Чтение онлайн

– Все в сборе?
– обратился к юноше со шрамами крепкий мужчина лет сорока с абсолютно седой головой и удивительно загорелым лицом.

В ответ юноша кивком указал на Виллема, который, закрыв конюшню, бегом рванул к трактиру. По-прежнему стоя у сухого дерева, таинственные люди проводили его взглядом и, не сговариваясь, медленно направились следом.

– Они собрались в зале, - забегая вперед, сказал горбун.
– Мы не можем так просто там появиться.

– Скройся!
– резко шикнула на него женщина.
– Они не смогут нас увидеть.

Невероятно худой мужчина, длинный и прямой, как палка, замешкался, обернулся и неожиданно крикнул, указывая куда-то назад:

– А вот и наш старый знакомый! Впервые вижу его так близко.

Словно повинуясь команде, все разом обернулись сначала на кричавшего, а затем к воротам постоялого двора. В облаке снежной крупы там стоял человек. Он был одет то ли в черный плащ с длинным ворсом, то ли в огромную медвежью шкуру, шерсть которой металась на ветру. Его лица было не разглядеть, лишь два огромных глаза сверкнувших, подобно полированному агату черного цвета, без сомнения были обращены к ним.

– Эй, ты!
– гаркнул седовласый.
– Даже не вздумай вмешиваться! Твое время еще не пришло!

– Вмешиваться не в его силах, - спокойно заметила женщина, потеряв интерес к темной фигуре.

Худой мужчина в дорогих одеждах, делающих его схожим с палкой, опутанной атласными лентами, двигаясь спиной вперед, продолжал с неприязнью смотреть на того, кто откровенно его пугал. Он прошептал, ни к кому конкретно не обращаясь:

– Убрался бы он со своими нергалами.

Услышавший это юноша только хмыкнул, но никаких замечаний от него не последовало. Обернувшись, он увидел, как фигура их противника медленно истаивает.

Наблюдавший за этим горбун радостно застучал кулачками, ловя на себе брезгливые взгляды остальных колдунов, однако стоило ему повернуться к двери в трактир, как он испуганно вскрикнул.

Черный человек стоял точно перед горбуном. Он склонился к нему так, что их носы едва не соприкоснулись, и шепнул:

– Я наблюдаю за вами.

Резким рывком женщина грубо оттащила дрожащего в испуге горбуна. Тот не устоял на ногах и, как деревянная игрушка с кривым основанием, завалился набок. Вызывающе дерзко женщина подошла к черному человеку и заглянула в его немигающие блестяще-черные глаза. С глупой попыткой угрозы в голосе она выдавила из себя:

– Ты не властен над нами.

Женщина, несомненно, боялась его. Боялась, как и все колдуны, этим ненастным вечером появившиеся из разломов в материи мира. Но именно она, стройная и невообразимо привлекательная, находила в себе силы умело скрывать свой страх. Сейчас ее дерзость рождалась из тайных знаний, которыми она стала располагать совсем недавно и в которых ощущала свое близкое спасение. Лишь открытые ей знания могли отсрочить последнюю встречу с этим сверхъестественным существом, стоящим перед ней в образе человека в плаще из длинных вороновых перьев, колышущихся на ветру.

Тихо отошедший в центр двора юноша привлек к себе внимание, крикнув:

– Посмотри-ка сюда!

Стоя с разведенными руками, он принялся что-то шептать, еле шевеля губами. Затем он сжался в тугую пружину, напрягаясь до такой степени, что тело затрясло мелкой дрожью. Шрамы, оставшиеся белыми, теперь еще сильнее выделялись, еще сильнее уродовали его молодое красное от напряжения лицо. Внезапно юноша прокрутился на каблуках, замер, и все увидели в его руках громадную птицу, тщетно пытавшуюся вырваться. Она очень походила на ястреба, но была крупнее, а во взгляде ее оранжевых глаз отчетливо читался разум.

Крючковатым желтым клювом птица вцепилась в перчатку, острые ее когти били ловцу в грудь. Однако все это не причиняло ему ничего, кроме незначительного беспокойства.

Он перехватил птицу поудобнее, зажав ее лапы и мощные крылья под рукой, и смахнул левую перчатку.

– Твои нергалы здесь ущербнее птиц. Тупые твари, которые ничего не могут, - засмеялся юноша.
– Так что проваливай!

Он положил руку на шею птицы, где беспорядочно топорщилась полоска бледно-рыжих перьев, и тут же свернул ей шею. Тело нергала полетело в сугроб, однако не достигло его, буквально рассыпавшись в воздухе. Такая неудача огорчила юношу, но он не пожелал подать виду, лишь закусил губу. Человек в черном плаще тоже не выразил ни малейших эмоций.

– Я и нергалы будем рядом, - сказал он, сделал небрежный пас, и в тот же момент из пустоты, хлопая крыльями и надрывно клекоча, вырвался ястреб с приметной полоской бледно-рыжих перьев на шее.

Проследив за полетом уносившейся прочь птицы, никто не заметил исчезновения человека в черном.

Глава шестая

Все путники собрались в трактирном зале. Хорст возился у печи, разводя огонь и постоянно интересуясь у Эльзы состоянием ее здоровья, от чего та уже устала и была порядком на взводе. Крупный и суровый по виду мельник был чист, опрятен, одет бесхитростно и потому ничего не смущался. Даже своего нелепого стеганого жилета, теплого и удобного, но создававшего не совсем ровное первое впечатление. А вот Эльза при этом была одета во все самое лучшее, что могли себе позволить люди с достатком выше среднего. Рядом друг с другом пара выглядела странно, и никто бы не предположил, что эти двое - муж и жена.

Виллем отряхнул залепленный снегом плащ и возвратил его Николаусу, оставшись в одежде, грубо залатанной совершенно неподходящими кусками маркой материи.

Едва появившись в трактире, Николаус и Михаэль разом поняли, что здесь происходит что-то неладное. Хорст поспешил рассказать им, что во всем трактире нет ни хозяев, ни гостей, кроме них самих, и куда подевались все люди, так и остается загадкой.

Встрявший Пауль Рейхенштейн представился нотариусом аббатства Адденбах и принялся тут же рассказывать историю о нападении на его карету стаи громадных волков. Самих зверей он не видел, в чем чистосердечно признался, но с легкостью бывалого охотника, к каковым никогда не относился, определил размеры по вою и шуму, которые волки издавали, прыгая по карете. Этот маленький толстый человек, преисполненный сознанием собственной важности и пытавшийся придать себе изрядной напыщенности, каким-то странным образом не вызывал стойкой антипатии. Он докучал, привлекал внимание всех и был недоволен, когда занятый делом Хорст вернулся к печи. И при этом ни у кого из собравшихся не проявлялось к Паулю ни малейшей неприязни. Может быть, этому способствовали его рост, фигура и тонкий мальчишеский голос.

– Отвратительный субъект, - брезгливо сморщился высокий худой колдун, обходя Пауля, и направляясь к Эльзе Келлер.
– А женщина выглядит нездоровой.

– Отвратительный, нездоровая, - безобидно передразнил юноша, усаживаясь на стол.
– Нам не дружбу с ними водить.

Горбун подбежал к колдунье, осторожно коснулся ее рукава и то ли игриво, то ли с заискиванием кивнул в сторону Келлеров:

– Эти двое - муж и жена. Представляете? Уже почти десять лет.

Колдунья отмахнулась и, не наградив горбуна даже взглядом, подошла к седому колдуну.

– Неважно себя чувствую, - пожаловалась она негромко.
– Устроить бурю в нескольких мирах сразу - это на грани моих возможностей.

– Ты молодец. До завершения обряда еще есть время. Займись собой. Я ведь учил тебя, как восстанавливать силы?

С этими словами лицо седовласого мужчины едва заметно изменилось. Его напускная суровость на короткий миг сменилась на ласковость. Колдунья ответила с улыбкой на алых и таких влекущих губах:

– Да, мой господин, ты многому меня научил.