Чтение онлайн

По дороге в аул я размышлял.

Значит, есть другие Врата Пустоты в Европе. Возможно, не одни. Рагнар отказывается говорить, но это не значит, что я не могу найти информацию самостоятельно.

Проблема в том, что он прав: любые поиски сведений о Пустоте — это уже преступление. За такое казнят без суда и следствия. Если спецслужбы узнают, что граф Серебров интересуется древними культами Пустоты, у меня будут очень серьёзные проблемы.

Нужна легенда. Достоверная причина, которая объяснит мой интерес к подобным местам.

И тут меня осенило.

Коллекционирование!

Многие аристократы собирают редкости — картины, оружие, драгоценности, артефакты. Почему бы графу Сереброву не увлечься тем же? Молодой, обеспеченный, амбициозный — вполне логично, если я решу заняться коллекционированием необычных вещей.

А где искать необычные вещи? В старых храмах, заброшенных крепостях, древних руинах. Прекрасная легенда.

Начну с малого. Обмолвлюсь родным и близким о новом увлечении. Куплю несколько артефактов на аукционах, обустрою комнату для коллекции. Слухи разойдутся сами собой — в дворянских кругах любят посплетничать.

А потом поручу архивариусам поискать информацию о древних культах в Европе. Не о Пустоте, конечно. Просто о культах, которые могли спрятать интересные артефакты. Места, где они хранили ценности, координаты их храмов и святилищ.

Если среди этих культов окажется тот, что связан с Пустотой… что ж, какое совпадение.

Неплохой план. Не идеальный, но рабочий.

«Хозяин, а зачем тебе всё это?» — спросил Шёпот.

«Хочу узнать больше о Пустоте. О Рагнаре. О том, что происходило до меня».

«А зачем?»

«Хороший вопрос. Затем что знание — это сила. Потому что Рагнар что-то скрывает, а я не хочу быть пешкой в чужой игре», — ответил я.

В ауле нас встретил запах еды.

Местные жители, несмотря на присутствие вооружённых чужаков, относились к нам гостеприимно. Матвей объяснил, что после того как их отряд разбил боевиков на подступах к аулу, их стали считать друзьями. Оказывается, боевики доставляли местным проблем — то грабили, то издевались над женщинами. Так что теперь нас здесь считали друзьями.

Все гвардейцы расположились во дворе большого дома, рассевшись на коврах вокруг низкого стола. На столе дымились глиняные миски с чем-то густым и ароматным.

— Присаживайтесь, господин, — Демид Сергеевич указал на свободное место.

Я сел рядом с ним. Хозяин дома, пожилой афганец с седой бородой, протянул мне миску и лепёшку.

— Шорба. Хорошо. Вкусно, — сказал он на ломаном русском.

Я попробовал. Густой суп с бараниной, нутом и какими-то местными травами. Действительно, очень вкусно — особенно после суток без еды.

— Благодарю, — кивнул я хозяину.

— Как вам местная кухня, господин? — спросил Шрам, макая лепёшку в суп.

— Неплохо. Не слишком люблю баранину, но эта отлично приготовлена, — ответил я.

— Вот и я так же. Видимо, местные барашки какие-то особенные, — усмехнулся Богдан.

Мы просидели за столом ещё около часа. После шорбы нам предложили чай с молоком, халву и дыню. Всё оказалось очень вкусным — я даже удивился, что в такой далёкой и на вид бедной деревне неплохо питаются.

Когда стемнело, я поднялся. После еды мои силы окончательно восстановились, поэтому пора заняться Иваном.

Он по-прежнему лежал без сознания, а Волкова по-прежнему сидела рядом с ним. Когда я вошёл, она как раз меняла ему компресс на лбу.

— Жар? — спросил я, войдя.

— Да. Заклинания не помогают, я уже хотела идти искать тебя, — ответила Алиса.

— Сейчас посмотрим, — сказал я, садясь на край кровати.

Иван выглядел плохо. Дыхание было поверхностным, прерывистым, пульс слабым.

Я положил руки на грудь Ивана и активировал диагностическое заклинание.

Твою мать…

Аура Курбатова была изодрана в клочья. Неудивительно, конечно, после той схватки с магическими духами. Но я не ожидал, что всё будет настолько плохо.

Я углубил диагностику, пытаясь понять масштаб повреждений.

Основные каналы — разрушены почти полностью. Вторичные — повреждены на семьдесят-восемьдесят процентов. Ядро ауры — едва теплится, как догорающий уголёк.

Дерьмо. Обычные целительские техники будут здесь почти бесполезны. Нужна ауральная хирургия, но я никогда не сталкивался с повреждениями такого масштаба.

Дверь скрипнула. Я обернулся — на пороге стоял Матвей.

— Как он?

Я понял, что не знаю, что отвечать.

Потому что аура Ивана выглядела хуже, чем у некоторых мертвецов…

Афганистан, провинция Бадахшан, аул Хашим

Я помолчал, подбирая слова.

— Его аура буквально разорвана в клочья. Духи, которые были в том месте, нанесли ему очень много ран, которых не видно, но повреждения очень серьёзные, — сообщил я.

Не стал увиливать и говорить, что всё в порядке или что я обязательно вылечу Ивана. Потому что, даже если я использую все знания по ауральной хирургии и целительству в целом — гарантий нет.

Лицо Матвея окаменело. Он тяжело сглотнул, глядя на брата, и спросил:

— Он выживет?

— Не знаю, — честно признался я.

— Вы можете что-то сделать, граф? — побледнев, спросил Матвей.

— Могу, и сделаю всё возможное. Приступлю к операции немедленно.

— Я могу помочь? — дрогнувшим голосом спросила Алиса.

— Да, останься, мне понадобится ассистент, — ответил я, засучивая рукава.

Курбатов коротко кивнул и вышел. Мы с Волковой приготовили необходимые эликсиры, провели небольшую медитацию для концентрации энергии, а затем провели резонансную настройку.

Прежде чем приступать к операции, я решил поставить в ауре Ивана дополнительное плетение. Оно было необходимо, чтобы исключить внезапные нарушения жизненных показателей. Потому что задача передо мной стояла сложная, и такое вполне могло случиться.