Лекарка без диплома и маг в нагрузку
Шрифт:
— А если проявится?
— Тогда мы будем знать. — Торн улыбнулся холодно. — И тогда решим, что делать дальше.
Велен поклонился.
— Найти человека?
— Найти. — Торн махнул рукой. — И побыстрее. Время не ждёт.
Велен вышел. Торн остался один. Он смотрел на закат за окном и думал. «Дар есть. Я уверен. Корвус не стал бы ставить защиту просто так. Значит, есть что охранять. Но как заставить её проявить? Через людей? Через угрозу тем, кто ей дорог? Деревня. Пациенты. Эльф. Надо подумать». Он сел в кресло и закрыл глаза. План начинал вырисовываться. Медленно. Опасно. Но другого не было.
В избе Лена гладила кота и смотрела в окно. За окном было темно. Но где-то там, в темноте, уже двигались тени. Она не знала, что за окном, невидимая, стоит магическая защита, которая не пускает чужих. И что где-то далеко маг, который ушёл, всё ещё её охраняет.
Глава 32. Возвращение, или Как я снова стала лечить, а кто-то за мной подглядывать
Утро началось с того, что в дверь постучали. Лена, ещё сонная, поплелась открывать. На пороге стояла бабка Манефа с корзинкой.
— Вернулась! — заорала она так, что с печи свалился кот. — А я вот сметанки тебе свежей принесла!
— Баб-Манефа, вы зачем так рано? — простонала Лена.
— Так соскучилась! — Манефа уже втискивалась в избу. — Рассказывай, как в столице? Магов видела? Драконов? Принцев?
— Принцев не было, — Лена зевнула. — Были маги. В одного даже ступкой кинула.
— В кого? — не поняла Манефа.
— Долгая история.
— Жизнь налаживается, — констатировал Тингол, появляясь из-за печи с блокнотом. — Манефа, сметана, сплетни.
— И куча работы, — Лена кивнула на стол. — Склянки немытые, травы не перебраны, отвары не заварены.
День пролетел незаметно. Лена мыла склянки, перебирала травы, варила отвары. Тингол сидел за столом и строчил в блокноте, периодически подходя то с вопросом, то с советом. К вечеру пришли первые пациенты. Вошла женщина лет тридцати и девочка лет десяти. Девочка шла, прихрамывая на правую ногу, и морщилась при каждом шаге.
— Что случилось? — Лена присела на корточки перед ребёнком.
— Нога болит, — вместо девочки ответила мать. — Третий день. Вчера ещё ходила, а сегодня встать не может.
— Травма была? Падала? Ударилась?
— Нет, — мать покачала головой. — Ничего такого. Просто утром проснулась — и нога не идёт. Мы уж и к знахарке ходили, та примочки какие-то ставила, не помогло. Сказала, может, порча.
— Порча, — вздохнула Лена. — У них всё порча. Давай посмотрим.
Она осторожно приподняла подол платья девочки. Колено было опухшим, горячим на ощупь и слегка покрасневшим.
— Больно здесь? — Лена аккуратно надавила.
Девочка взвизгнула и отдёрнула ногу.
— Ой-ой-ой!
— А здесь?
— Тоже больно!
— Так, — Лена выпрямилась. — Не порча это. Воспаление сустава.
— Чего? — не поняла мать.
— Сустав болит. — Лена вздохнула. — Лечить будем. Тингол, принеси отвар коры ивы и чистую тряпку.
— Уже, — отозвался эльф, звеня склянками.
Лена снова присела к девочке.
— Сейчас я сниму боль, — сказала она мягко. — Магией. Будет тепло и приятно. А потом компресс поставим. Не бойся.
— А магия — это не страшно? — девочка смотрела круглыми глазами.
— Моя магия — не страшно. Я же лекарь.
Лена положила ладонь на больное колено, сосредоточилась. Тёплая волна прошла от пальцев. Девочка охнула, потом заулыбалась.
— Тепло, — сказала она удивлённо. — И не больно!
— Вот и отлично. Теперь компресс.
Тингол уже стоял рядом с миской, в которой пахло корой ивы и ещё чем-то травяным. Лена смочила тряпку, приложила к колену, замотала сухой тканью сверху.
— Три дня так ходить, — сказала она. — Компресс менять утром и вечером. Отвар внутрь — три раза в день по полчашки. Через три дня придёте — посмотрим.
— И всё? — мать смотрела недоверчиво. — А порча?
— Нет тут никакой порчи, — улыбнулась Лена. — Обычное воспаление. Бывает у детей, когда растут быстро, или после простуды.
— А магия? — девочка смотрела на неё с восторгом. — Вы правда магией лечите?
— Правда. — Лена потрепала её по голове. — Немножко. Когда надо.
— Ой, спасибо! — мать вдруг засуетилась. — Вот яиц свежих десяточек, возьмите, Лиррэ-лекарка.
Они ушли. Девочка на прощание помахала рукой и улыбнулась.
— Записал, — прокомментировал Тингол, появляясь из-за печи с блокнотом. — «Лиррэ вылечила девочку. Коты в предвкушении, получат яйца».
— Тингол!
— Что? Я фиксирую. Они говорят, что яйца — это деликатес.
— Они с тобой разговаривают?
— Я эльф. Я понимаю всех.
— Тогда спроси у них, кто съел вчерашний пирожок.
Рыжий кот на печи, услышав этот вопрос, демонстративно отвернулся и закрыл глаза.
— Он говорит, что не знает, — перевёл Тингол. — Но у него на усах крошки.
— Рыжий! — Лена погрозила кулаком. — Я тебя!
Кот даже ухом не повёл. Следующим был мужик с больным зубом.
— Терпел неделю, — пожаловался он. — Думал, само пройдёт.
— Само не пройдёт, — вздохнула Лена. — Садитесь, смотреть будем.
Осмотр показал, что зуб запущенный, но спасти можно.
— Лечить будем, — сказала Лена. — Сначала боль сниму.
Она положила руку на щеку мужика и сосредоточилась. Тёплая волна прошла от пальцев. Мужик охнул.
— Ой, — сказал он. — а не больно совсем!
— Не больно, — улыбнулась Лена. — Я магией сняла. Теперь удалять буду.
— Магией? — мужик округлил глаза. — Вы и магией умеете?
— Немного. Травами тоже. А магией — когда надо.
Пациент ушёл через полчаса без зуба, но счастливый. А за окном, в кустах, сидел мужик. Обычный с виду. Лет сорока, одежда серая, лицо невыразительное. Таких в деревне пруд пруди. Он смотрел на избу и записывал в потрёпанный блокнотик:«Лиррэ вернулась. Принимает пациентов. Использовала магию для обезболивания. Буду наблюдать дальше». Он убрал блокнотик и растворился в темноте. Лена вышла на крыльцо подышать перед сном. Ночь была тихая, звёздная, пахло сеном и покоем.