Чтение онлайн

— Тогда платите!

— И сколько ты хочешь?

— А сколько дашь! — ответила Мирослава, но медведь зарычал.

— Хочу золото!

— Я тоже золото хочу, — хохотнула Астра и полезла в карман, одной рукой звеня монетами, а другой сдвигая на лоб маску белоснежной кошечки. Пересчитав рукой в пушистых белых рукавицах, протянула монеты медведю. — Сорок медников(Примечание автора: номинал медника, согласно весу монеты в 6гр. и цене за

медь высшей пробы, составляет примерно пять рублей)!

— Кузнецова, тебя жаба душит что ли? — спросил медведь, и тут же получил от своего поводыря по затылку.

— Давай не наглей, морда лохматая!

— Ла-адно, так и быть! Меняю медники на печенье-козули!

— Так… осталась всего пара штук, поторопись, народ!!! — крикнула Мирослава, протягивая Астре мешочек. — Выбирай, красавица, подсказку из будущего!

Астра запустила в него руку, сняв рукавицу и придерживая на плечах синий платок. Выудила печенье, имевшее форму рогатого животного и красиво расписанное белой глазурью. На обратной стороне было написано послание.

— Нового счастья ищи, а старого не теряй. Ну нет, давай еще одно!

— Брысь, киска! — зарычал медведь и повернулся к Иванне. Он аккуратно притянул ее к себе. — А ты сколько предложишь мне за волшебную козульку, мышка?

— У меня есть… славник(Примечание автора: согласно весу монеты в 5,6гр.и цены за серебро, номинал

славника равняется пятистам российским рублям).! — она протянула ему серебряную небольшую монетку, и медведь взвыл.

— О-о-о, козочка, дай ей печенье! Да побольше!!!

Мирослава, улыбаясь, протянула мешочек Иванне. Та вытащила печеньку и громко зачитала:

— Добро помни, а зло забывай…

Медведь прорычал:

— Очень хорошо! Просто замечательное послание! Не надо на плохом зацикливаться!

Иванна кивнула и отошла к жующей свое печенье Астре. Народ, кто хотел, уже получил свое предсказание и стал расходиться к кострам, где начинались хороводы и танцы.

— Так, коза, осталось там еще печенье?

— Да, два!

— У-у-у, какие мы молоды! Дай мне печеньку, медведь голоден!

— А сколько заплатишь?

— Мороз, не наглей!

— Нет-нет, плати!

— Так денег нет!

— Как нет?

— Все Коляде отдал! Чтобы солнце славить!

— И чем расплатишься?

— А печенье точно дашь?

— Дам, дам! — она вытащила из мешочка последние два печенья, положив их прорицаниями вниз. — Выбирай!

— Левое!

— Бери!

— Вот спасибо, козочка! — расхохотался медведь и протянул руку. Он провел перед собой лапой, пробормотав заговор, и легко снял капюшон, явив подруге лицо. Раскрасневшийся Женька как всегда улыбался.

— Эй, а оплата?!

— Оплата?! Ну держись!!! — Тихомиров перекинул ее через плечо и понесся в сторону, утопая в сугробах.

— Жека!!! Чтоб тебя!!! Отпусти!!! — Мирослава, вися вниз головой, ухватилась за его спину, чтобы не слететь вниз, хотя друг крепко держал ее за ноги. Подбежав к одному из костров, остановился в отдалении и прыгнул в высокий сугроб, перехватив девочку, чтобы она упала рядом.

— Отпустил, как ты и хотела!

— Дурак!

— Я еще даже предсказания не читал, за что платить?!

— Самодур!

— Не унижай меня, Мороз, у меня тонкая душевная организация! Ты свое прочитала?

— Думаешь, пока ты меня в сугроб волок, я именно этим занималась?

— Конечно! Ну так что?

Девочка полезла в карман, ворочаясь в снегу. Тот сыпался в рукава, но было все равно. Она, улыбаясь, повернула печеньку и прищурилась, чтобы в блике костра прочитать предсказание.

— Да уж...

— Что там?

Женька подполз ближе и протянул руку.

— Не надо лапать, я же ее потом съем!

— Тогда расскажи!

— Старый друг лучше новых двух.

— Мудро! И я с этим полностью согласен!

— А у самого там что?

— Давай-ка глянем… Ой, сломалась немного, — он кинул отломанную часть печеньки в рот и, жуя, удивленно прочитал: — Любовь зла, полюбишь и козла.

Мирослава захохотала, откинувшись обратно на спину и раскинув руки в стороны.

— Так тебе и надо, Тихомиров!

— Не нужен мне козел! Слушай, может, это судьба, а? — Женька хитро прищурился, глядя, как подруга, маска которой лежала рядом на снегу, жует печеньку.

— Что тебе в любви не повезет? Я верю в предсказания!

— Может, тут про козу речь? А ты сегодня как раз коза! А ну, иди поцелую, Мирка, козулька моя!

— Сдурел?! — она покраснела, глядя на веселящегося друга, и стукнула его ладошкой по плечу.

— Да ладно тебе! Столько лет знакомы!

— Шутки все тебе…

— Слушай, а я ведь правда умею предсказывать!

— Да-а? — недоверчиво протянула Мирослава, позволяя ему помочь ей встать. Подняв свою маску, отряхнула ее.

— Конечно! Вот ты целоваться не хочешь, а сама же полезешь!

— У тебя лихоманка что ли?

Женька, смеясь, полез в карман и выудил из лохматой накидки небольшой мешочек.

— Это тебе.

— И что там? Очередная козулька?

— Посмотри…

Она засунула руку в мешочек и удивленно вытащила из него край с кисточкой, трепетно обхвативший ее ладошку. Светло-голубой ковер с красной бахромой приветствовал свою новую хозяйку и рвался наружу, но Мирослава вытаскивать его не стала, лишь прижала к себе мешочек. Женька улыбался.

— Откуда?

— Это важно? Он твой!

— Жень… Это ведь дорого…

— Не переживай, наш с мамкой дом в Славенках закладывать не пришлось.

— Спасибо тебе! — она, растрогавшись, в несколько шагов добежала до друга, повиснув на его шее.

— Да ладно.

— Ну так и быть! — Мирослава, нещадно краснея, задержала дыхание и прижалась губами к его щеке. Гладкой и холодной, пахнущей смородиной и летом.

— Говорю же: я — отличный прорицатель! А что, только один поцелуй? — он рассмеялся и тут же повернул голову в сторону, когда его кто-то позвал. Ему махали два парня. — Иду, иду!