Чтение онлайн

— Ты о чем?

— Да так. Тебе же не интересно тратить время на разговоры со мной! Поэтому пойду я, — он обошел Третьякова, который хотел что-то сказать, но тут из смежного коридора им навстречу вышел хмурый Тихомиров.

В тот момент, когда парни почти поравнялись, Ваня будто в замедленной съемке видел, как в челюсть Полоцкого прилетел кулак их вратника. Яромир, не ожидающий подобного, пошатнулся, но равновесие окончательно не потерял. Глаза его почернели еще сильнее, и он, проверив челюсть на повреждения, поднял тяжелый взгляд на Тихомирова. Тот сказал:

— Думаю, ты сам знаешь за что!

Полоцкий сдержался, чтобы не сплюнуть кровь от разбитой об зубы губы.

— Какой ты стал заботливый. Я еще сам не успел во всем разобраться, а ты уже делаешь выводы. Плохое качество для ратиборца.

— Скажешь, не виноват? Я тебя с землей сравняю, если с нее по твоей милости хоть волосок слетит, княже! — Женька был не похож на себя: не стало улыбки, голос понизился на пару октав, никакого шутливого образа веселого друга.

— Ты подбил ее к сече! Или ради своей победы забыл про благородство?!

— Я ее не звал.

— Да что ты?! Не ты ли просил для игр Избушку?! Не ты таскал Мирославу на тренировки?! Не ты пел восторженные оды, чтобы побудить ее к участию?! Я все сделаю, чтобы мы прошли через все врата, но не ради тебя, вратник! А ради того, чтобы она не пострадала!

— Ой, вот честь! Мне тебе в ноги поклониться?!

— Мда, — буркнул себе под нос Ваня, понимая, что конфликт только начинает набирать обороты. — У нас тут дела сердечные...

— Окстись, Тихомиров! — тихо произнес Яромир.

— Полоцкий, давай ты самоудалишься из ее окружения, а? Так Мира точно целее будет. Или сегодняшняя истерика твоей невесты для тебя это шутки?! — Женька медленно сделал несколько шагов вперед, наступая на яриловца.

Яромир не сдвинулся с места, выжидая. Прищурившись и о чем-то догадываясь, спросил:

— Она тебе нравится?

— Она — моя подруга!

— Представляешь — моя тоже. Вышло недоразумение. Я все решу, и больше подобного не повторится.

— А как же твоя основная проблема? Или думаешь, что общение с проклятым волколаком пойдет ей на пользу?! Эта проблемка, увы, с тобой на всю жизнь.

— Это тебя не касается.

— Касается. Пока она плачет из-за тебя, значит, ее кто-то должен защищать.

— От меня ее не надо защищать!!! — почти прорычал яриловец, не представляя, что смог бы ей навредить. Волк внутри завыл так ощутимо, будто готов был вырваться наружу за несколько дней до полнолуния. Что-то в словах святича ему не понравилось. Протестовало сама суть его словам!

— Это ты так думаешь! — Женька схватил его за грудки, но Яромир ждал этого.

Сила плескалась в крови, и ему хватило одного движения, чтобы вырваться из крепкой хватки. Он махнул ногой, ударяя ею в грудь святича, но тот, поддавшись инерции, лишь перекувыркнулся назад, встал на ноги и снова рванул вперед, игнорируя боль в ребрах. Они сцепились мертвой хваткой, Третьяков же лениво отошел к нише, вздохнул и решил, что вмешаться — будет себе дороже.

Это не было похоже на драку Софии и Мирославы, что случилась в прошлом году. Тут, кажется, велась борьба за что-то большее, чем простое желание оказаться правым. Отточенные удары отдавались глухим звуком. Но темп парни не теряли, пока Полоцкий не рухнул спиной на пол, споткнувшись о подсечку. Женька навалился сверху, колено выставив так, что у противника не получалось вырваться. Однако силы Яромиру было не занимать, и ему почти не мешала лежачая поза. Его удары приходились четко в цель, и позже они оба могли похвастаться синяками и гематомами на теле и лице.

— Вы совсем очумели! — раздался женский голос, и в следующее мгновение дерущихся раскидало в разные стороны. К ним быстро, цокая набойками тяжелых сапог, приближалась Пень-Колода, а за ней медленно шел, оценивая обстановку, Роса. — Вам мало тренировок, братцы?!

Она одним движением подняла с пола Яромира, словно шкодливого котенка за холку, Женька кое-как поднялся сам, опираясь о пол руками со сбитым костяшками. Рогнеда Юлиевна повернулась к Третьякову.

— Почему не остановил?!

— Я что, похож на умалишенного, чтобы вмешиваться?! — Ваня нисколько не чувствовал своей вины и расслабленно подпирал собой стену. Однако была заметна его бледность. Он посмотрел на окровавленных парней и следы крови на полу, и к горлу подкатил мерзкий ком. Не дожидаясь разрешения уйти, рванул прочь от греха подальше.

— Зашибись! Никто не при делах, получается! Вы ведь тоже просто шутили, а нам все показалось, да?

— Нет, — облизав окончательно разбитую губу, ответил ей Яромир.

— Я ошиблась! Вы у меня не щенки! Вы словно шакалы, не знающие правил! Разочаровал меня, Яромир!

— Ну, у вас есть мой брат, чтобы вас радовать. А я, извольте, другая сторона медали! — его слова были тихими, но бьющими прямо в цель.

Пень-Колода приблизилась, глядя на яриловца прищуренными побелевшими от гнева глазами. Закивав, безрадостно улыбнулась. Август Кондратьевич со всего размаху приложился посохом по спине заранее сгруппировавшегося Тихомирова. От удара деревянный посох должен был сломаться, но, кажется, хрустнуло что-то у Женьки, упавшего на колени.

— Позор! — гаркнул Роса и тоже посмотрел на Яромира. — Любые вопросы, даже любовные, должны решаться только в пределах тренировочного корпуса!

— С чего вдруг любовные?! — Женька захрипел, и в тот же миг Роса поднял его за ворот ферязя, будто тот не весил больше самого старца.

— За кретина меня не держи, Тихомиров!

— Я не держу вас за кретина…

— Значит, держишь за старого ничего не понимающего в этой жизни пня!

— Вы понимаете, что если я вам сейчас впаяю отработку, у вас не останется времени на уроки?! Вы не можете не участвовать в сече! Вы дали клятву Маре, что явитесь в срок! — почти кричала Пень-Колода, обычно умевшая держать эмоции при себе.

— Морная сеча сделает все за нас, если, конечно, они друг друга раньше не поубивают! — Роса смерил всех тяжелым взглядом. Он посмотрел на Яромира, с разбитой губой и бровью, с которых активно бежала струйка крови. — А ты другой. Не похож на брата.

— И слава Яриле! — тут же фыркнул Яромир, которому было абсолютно плевать. Его волк внутри рвался наружу, царапал внутренности, ломал кости. Парень оперся рукой о стену, стараясь не дрожать.

— Расходитесь! Ваши родители получат письма о вашем поведении! — прошипела Рогнеда Юлиевна, косясь на младшего Полоцкого. В итоге схватила его за плечо и потащила прочь. — Ты нас всех под монастырь подведешь, ты этого не понимаешь?!