Чтение онлайн

— Я поговорить хочу, Мир, столько времени прошло…

— О-о, нет-нет! Разговорами о Софии ты мне этот вечер не испортишь! Пойдем, а то там уже очередь собралась!

Она развернулась и побежала сквозь веселящуюся толпу прямиком к высокой возведенной горке. Яромир шел следом, не боясь ее потерять из виду. Чувствовал на каком-то интуитивном уровне. Так было с теми, кто был ему дорог или роден. Так ощущались, к примеру, отец, братья, бабушка, племянники, Никита или Ваня, даже сумасбродная Астра и тихая Иванна. Они все заполучили свое место, и теперь его будто нитями что-то связывало с друзьями. И даже не нужен был поцелуй, чтобы понять — София не была таким человеком. Больше нет.

??

София неслась с горки, но не было у нее желания веселиться. Цепляясь пальцами за ледянку, сжимала зубы, чтобы не закричать. Кричать хотелось только от бессилия, а не от азарта и веселья, которые можно было ощутить в атмосфере, только протяни руку. Неровная ледяная дорожка петляла, разворачивала ездоков, обуздавших санки и ледянки, путала между собой руки и ноги, одевала всех в тонкое кружево снега.

Поперек ледяной дорожки пробежали несколько парней, поскальзываясь и хохоча. Ее развернуло спиной вперед, завитые рыжие волосы закрывали лицо с порозовевшими щеками и носом. Тут ее перевернуло, и девочка, запищав, зажмурилась, ожидая удара или столкновения.Тот, кто бежал последним, точно не успеет добежать.Она, кувыркаясь, столкнется еще и с ним! Секунда. Две. И вот крепкие руки вытянули ее с дорожки, остановив бешеное и неуправляемое движение.

— Жива?

Девочка, лежа на спине, уставилась на троих парней в лохматых накидках, смотревших на нее сверху вниз. Она глупо закивала, сложив руки на груди.

— Знакомые все лица! Царевна, косим под Спящую красавицу? — Женька, склонившийся над Софией, вопросительно выгнул бровь.

— Ой, Женя?

— Ой, ну слава Роду, узнала!

— Это вы бежали по дорожке?

— Сглупили, — кивнул Костик, на котором была белая накидка, и София уставилась на друзей Тихомирова: простые, но добродушные лица, оба коренастые, хотя под накидками и лежа на спине, сказать что-то большее о них было трудно.

— Но если бы не мы, ударилась бы ты спиной в бортик! — сказал Рома. Он был одет в красную накидку. Наверное, они изображали метель и огонь, так ей подумалось.

— Соф, вставать будешь? Или нам тебя оставить полежать?

— Ой! Да, помоги! — будто опомнившись, она протянула руки в теплых варежках со снегирями, и Женька помог ей встать на ноги, при этом разглядывая ее яркую зеленую шубу.

— Слушайте, там очередь растет! — поглядев на горку, подметил Костик.

— А можно мы возьмем твою ледянку? Обещаем, вернем в целости! — Рома нагнулся к расписанной под гжель ледянке и поднял ее, отряхнув.

— Да берите, это местная, напрокат брала вон там, — София махнула куда-то в сторону, не заботясь указать верное направление. Кататься она больше не собиралась, поэтому ей было все равно.

— Вы без меня хотите свинтить?! — Женька обернулся на друзей, уже их обошедших и направившихся к горке.

— Не маленький, догонишь! — парни ускорили шаг, вскоре потерявшись в разномастной толпе.

Тихомиров повернулся к Софии, безучастно стоявшей рядом.

— Ты точно не ушиблась? Там надо было вес по-другому распределить, чтобы не мотыляло… Эй?

Девочка шмыгнула носом, и Женька внимательнее всмотрелся в ее лицо.

— Ты меня пугаешь! Где болит?

Она замотала головой, и в следующее мгновение вытащила из кармана руку, где на варежке лежала печенька-козулька. А, точнее, сплошные крошки. Видимо, раздавила. На глазах выступили слезы, такие горячие и едкие, что терпеть стало невозможно. Вот так всегда и бывало — из колеи выбивала какая-то незначительная мелочь. Такая, как раздавленная печенька с предсказанием.

Женька удрученно вздохнул. Видимо, не судьба ему сегодня дойти до горки. То ходил ряженым медведем, развлекая народ, потом его затащили в хоровод первокурсники, сейчас вот плачущая София. Не мог же он просто взять и уйти!

— Может, Полоцкого найти?

Мирская снова отрицательно покачала головой. За весь вечер, пока она не предпринимала попыток, Яромир тоже не соизволил хотя бы подойти и поздравить. Стоя на горке, увидела его с Морозовой, подходящих к лестнице, оттого и сиганула вниз, чтобы не пересекаться с ними обоими. Ей было стыдно и больно. Внутри сердце сжигало само себя от обиды. Она не знала, как заставить его снова себя полюбить. Не знала, как вернуть все то, что между ними было раньше. Ее детская любовь казалась манией, и это стало слишком заметно. Но как выкинуть из головы и сердца того, кто поселился там давно и, кажется, надолго? Да она готова на все, чтобы они снова были вместе. Но сейчас не хотелось показываться перед ним в таком расстроенном виде.

— Так, плакать лучше не здесь, — Женька коснулся ее плеча и повел к одному из костров, что освещал дорожку у возведенной горки. Неподалеку возвышался над сугробом забор с широкой верхней перекладиной. Захватив по пути по кружке горячего сбитня, поскольку его мучила жажда, предложил сесть здесь. На голове девочки был повязан зеленый платок с розовыми цветами, но он сполз, и рыжие волосы теперь подсвечивались красным и жарким огнем от костра. Мирская молча забралась на забор и сидела, насупившись, словно лиса из известного мема. Да, Женька хоть и был ведьмагом, но за каникулы старался наверстать упущенное: смотрел новинки фильмов и сериалы, играл в популярные компьютерные игры, да и просто лазил по просторам интернета. Тихомиров улыбнулся такому сравнению. Знала бы София о его мыслях…

— Ты хоть прорицание успела прочитать?

— Лучше б не читала.

— Эту фразу я за сегодня слышал сотню раз! — он улыбнулся и сделал большой глоток, чувствуя на языке послевкусие меда и пряных трав. — Так и что там было?

София гневно на него посмотрела, наконец выкинув крошки в костер. Огонь принял угощение, утробно урча и облизываясь.

— Не дели шкуру неубитого медведя. Неужели нельзя было в предсказаниях что-то хорошее писать?!

Тихомиров хохотнул.

— Ха! Надеюсь, это не обо мне? А то сегодня за мной гонялась стайка девчонок, и они точно хотели оторвать мне что-нибудь!

— А у тебя самого что?

— О, тебя это повеселит!

— Сомневаюсь, — буркнула София, отпивая сбитня. От него шел ароматный пар, и девочка с удовольствием грела о кружку пальцы. Женька достал свою печеньку, которую так и не съел, и протянул ее коляднице. Фыркнув, она все же улыбнулась, когда прочитала.

— Ну вот! Думаешь, я сам рад такой участи? Что еще за козел мне судьбой предписан?! Ну хоть бы коза! — он громко хрустнул печенькой.

— Коза? Вот скажи, что ты в Морозовой нашел? — ей почудилось, что речь в предсказании шла именно о ней.

— Всмысле?

— Просто не пойму, почему вы за ней все вьетесь.

— Интересно ты с козы на Миру перескочила.

— Ну так и что?

— Уж извини, но мы дружим с детства. Она мне как сестра, поэтому и люблю!

— Любишь как сестру? Смешно.

— Я ее бабушке обещал, что буду краем глаза приглядывать. Ну вообще она классная, правда! Просто надо поближе ее узнать! Я уж не знаю, что вы не поделили… Хотя, тут несложно догадаться.

— Я с ней ничего общего не имела и не делила!