Чтение онлайн

— Друзья?

— Да, Костик с Ромкой, обещал!

— Хорошо, мне тоже пора к своим. И спасибо… Это очень ценный подарок!

— Главное, чтобы ты не плакала! — Женька щелкнул ее по носу и побежал к друзьям, накинув на голову капюшон. По округе раздался медвежий рык, кто-то завизжал, а потом разлился громкий смех.

Мирослава, улыбаясь, положила мешочек в карман и двинулась к костру. По пути ее догнал Третьяков, непривычно румяный и веселый, чего в последнее время не бывало. Он держал в руках две кружки со сбитнем и одну протянул яриловке, от чего у нее закралось воспоминание о прошлом дне Новолетия.

— Можно я к вам присоединюсь? — сразу спросил парень, и девочка кивнула.

— Конечно, о чем речь! Кстати, как тебе прорицание? Внимаешь ему?

— За двумя зайцами погонишься — ни одного не поймаешь.

— Ого, интересно, за кем это ты гоняешься? — Мирослава, глотнув сбитня, посмотрела на парня. Тот пожал плечами.

— Тут можно поразмышлять. А ты как думаешь?

— Я думаю, что это все лишь шутки, и не надо зацикливаться! Хотя уверена, что ты уже понял, о чем речь!

За последнее время они стали общаться на порядок больше, чем в прошлом году или даже в начале этого учебного года, поэтому подобные разговоры стали привычными. Третьяков же нашел предсказание довольно убедительным. Только вот ассоциировал он его не с людьми, а с… жизнями. Он все еще пытался поймать пальцами старую жизнь, утекающую, словно мука через сито. Но также и гнался за новой, не желанно приобретенной жизнью. В итоге не находил себе места вовсе. И надо было определиться, как жить дальше, чтобы не мучить ни себя, ни семью в этом пограничном состоянии.

Тут они подошли к костру, где в толпе одногруппников стояли Астра, Иванна, Яромир и Никита. Все что-то громко обсуждали, непрестанно смеясь.

— Всем привет! — кивнул Ваня, и Никита тут же пожал ему руку.

— О, вы уже по сбитню? Вы прям как Персей!

— Он что, снова..? — Мирослава испуганно посмотрела на Вершинина, и тот закинул руку ей на плечо, взяв из руки кружку.

— Не! Ты же не против? Ох, как вкусно!

— Какой ты воспитанный!

— Мне надо запить ваши сухари!

— Вот сам бы испек! Что тебе выпало?

Тут захохотали девочки, и улыбнулся даже Яромир.

— Всякому овощу свое время! — смеясь, рассказала Астра, и Никита погрозил ей кулаком.

— Интересно, какой именно ты овощ, Вершинин? — спросил Яромир, и Никита застонал.

— Да отстаньте вы! У самого не лучше!

— Куда уж мне!

— Так, а что там? — спросил Ваня, смущая Иванну своим пристальным взглядом, постоянно останавливающимся на ней. С их странного разговора в библиотеке они больше не общались, разве что иногда перебрасывались безобидными фразами на собраниях старост. Но вот чего Иванна не знала, так это того, что своим откровением будто подцепила его на крючок, побуждающий раз за разом возвращаться к ней мыслями или всегда видеть в толпе людей. Странно и необычно. Его это подзадоривало, более того — подмывало снова заговорить, но она ловко раз за разом куда-то ускользала из его поля зрения.

Мирослава посмотрела на Полоцкого, и тот, поймав ее взгляд, ответил на вопрос Третьякова:

— Волком родиться — овцой не бывать.

— Как па-афосно! — фыркнул Третьяков.

— Ну не я же писал эти пословицы!

— Это я их выписывала, — улыбнулась Мирослава. — Но их было несколько сотен, а вытаскивали печенье вы сами. Кстати, представьте, мне Женька ковер подарил!

— Да ну?! — Никита, допивающий сбитень из ее кружки, чуть не подавился и вытер губы рукавом.

— Да!

— Тихомиров? Он что, богатенький буратино? — спросила Астра, улыбаясь. Яромир беззвучно фыркнул, с интересом глядя на обрадованную подругу.

— Сама не знаю, где достал, но поглядите! — Мирослава выудила из мешочка красную кисточку и небольшой край красно-голубого ковра.

— Ух, надо будет его завтра опробовать, что скажешь? — Никита потеребил кисточку ковра, чувствуя пульсирующую в нем магию. — Силен!

— Конечно опробуем! Можем с него тоже рунограмму снять.

— Точно! Тогда будет цельная картина!

— Завтра у нас две контрольных! — напомнила Иванна, и все разом застонали. — Ну, а чего вы? Не надо расслабляться раньше времени!

— Вот умеешь же ты испортить настроение! — скривился Никита, и Иванна виновато улыбнулась.

— Тебе испортишь, как же, — буркнула Астра. Снова завязался спор.

— А пойдемте с горки кататься? — чуть позже предложила Мирослава, услышав громкий визг в стороне.

— А санки есть? — спросил Ваня.

— Расшибемся на санках! — запротестовал Никита.

— Без них покатаемся! — пожал плечами Яромир и двинулся вперед.

— Ну пойдемте, коль не шутите! — Астра покрепче завязала платок на голове поверх маски и схватила Иванну под руку, тихо зашептав: — Чего это наш упырь на тебя пялится?

— Кто? Пялится? — Иванна неосознанно посмотрела на Ваню, шедшего впереди рядом с Мирославой, Яромиром и Никитой. Они что-то обсуждали, громко смеясь.

— Он, он.

— Так я откуда знаю?

— Тогда почему ты пялишься?

— Астра! Ну глупости говоришь!

— Глупости? Ну-ну, — скептически хмыкнула и добавила уже громче: — А давайте парами кататься! Вершинин, ты со мной! Третьяков, могу я тебе Ванюту доверить?

Ваня, обернувшись, кивнул после недолгой паузы.

— Да.

— Кузнецова, на кой ляд ты мне сдалась?! — засопротивлялся Никита, и Астра шикнула на него:

— Да закройся, бестолочь овощная!

— Овощная?! — спросил он уже злым шепотом.

— На горку пойдем, говорю! Иначе я тебя к санкам привяжу и с разгона вниз спущу, как тыкву!

— Какая ты злая особа!

— О, еще какая!

— Гринписа на тебя нет!

— Ты еще сельхознадзор на меня натрави!

Ваня дождался подошедшую к нему Иванну, сразу спросив:

— Ты точно хочешь на горку?

Девочка, представив, что они покатятся вместе, мотнула головой.

— Я не очень люблю, если честно.

— Не доверяешь мне? — он грустно улыбнулся. Иванна протестующе замотала головой с надетой на ней пушистой рыжей шапкой.

— Нет, правда не люблю!

— Тогда… — Ваня вздохнул, пытаясь собраться с мыслями. Он махнул рукой, отправляя свою опустевшую кружку на ближайший стол. — Что хочешь?

— Чай. Я замерзла.

— О, тогда пойдем! Я видел, там где-то наливают земляничный, очень вкусный!

— Пойдем… — они двинулись в сторону ярмарки на таком расстоянии друг от друга, что между ними мог поместиться еще один человек.

Мирослава уставилась на Яромира, когда поняла, что все разбрелись кто куда. Оглядевшись, уже стала искать пути отступления, как он спросил:

— Даже на горке со мной покататься не желаешь?

— А ты со мной?