Летопись вторая: Морная сеча
Шрифт:
— Ты что несешь?!
Он рассмеялся, глядя в ее нахмуренное лицо. Пока не появились остальные команды, а друзья занялись их Избушкой, у них в запасе была минутка. Тихо спросил:
— Пожелаешь удачи мне?
— Пф! С чего бы я должна была?
— Не хочешь, чтобы мы победили?
— Хочу. Ибо сколько можно проигрывать! Вы позорите школу! — она, прижатая к нему, не смотрела на него в ответ. Упершись щекой к его плечу, молилась, чтобы их никто не увидел.
— Тогда, может, заговор на удачу прошепчешь или еще там что?
— Я не знаю таких заговоров, которые помогли бы вашей Избушке быть быстрее вот этой громадины, — она обернулась, глядя на избу с синими наличниками. Та самозабвенно копалась в земле, косясь в сторону Рябушки, что немного успокоилась.
— Главное, чтобы я не сплоховал. Ей же надо меня слушаться.
— Тихомиров, что ты хочешь?
Женька хитро улыбнулся, непроизвольно облизнув нижнюю губу. Указав пальцем на свою щеку, смотрел на Софию, которая возмущенно фыркнула, догадавшись.
— Нет!
— Эх, тогда проиграем.
— Только опробуйте!
— Соф, ну тебе сложно? Я тебя довез, мне скоро в Навь, а ты пожалела один поцелуй! Причем детсадовский!
— Увидят же! — она перешла на шепот. Глядя зелеными глазами в его карие, растерянно заморгала.
— Кто? Зрители там, а нас закрывает… Мне кажется, или эта Избушка — мальчик? — Женька прищурился, пытаясь разобраться.
— Как ты это понял?
— Поведение, как у петуха.
— Тебе виднее, я не специалист в этом вопросе.
— Подкол засчитан!
На несколько секунд они замолчали.
— Так, мне надо идти. Уже народ собирается, — он неохотно отпустил ее и сделал несколько шагов в сторону. Еле сдержал улыбку, когда она схватила его за ферязь, останавливая.
— Один раз, понял?! Не привыкай!
— Что ты, Царевна! Как я посмею?!
— Будь серьезен!
— О, я очень серьезен. Мне надо идти!
— Погоди! Наклонись, я же не достаю!
— Ох, сколько капризов!
— Я сейчас передумаю! — она притянула его за шею руками в тонких варежках, примеряясь к его щеке.
Ее сбивчивое дыхание согрело кожу парня, и девочка неосознанно вдохнула его запах, напомнивший о лете. Уже почти коснувшись губами его щеки, поздно поняла, что Женька повернул голову, и их губы встретились. Закрыв глаза, ощутила трепет, какой возникал всякий раз в его присутствии. Он ее волновал. От осознания этого факта она распахнула губы, и парень притянул девчонку к себе, углубляя поцелуй. Прижимаясь к загону, стояли, обнявшись, а дыхание продолжало сбиваться от чувственных прикосновений губ. Однако Избушка, которая копалась в земле, кинула комок снега в их сторону. Он попал Женьке в шапку, и парень недовольно остановился, глянув в загон.
— У тебя нет шансов, Избушонок! Рябушка тебя сделает! — и добавил тише, посмотрев на Софию, замершую в его объятиях: — После победы подаришь мне еще один поцелуй?
— После победы в Морной сече — может быть.
— Мотивация — это хорошо, — он улыбнулся и глубоко вдохнул свежий воздух. — Ну я пошел. Теперь точно выиграем!
— Да-да, было бы сказано.
— Оставь свой скептицизм, Царевна, — счищая снег с шапки, отозвался Женька. Уже уходя, услышал:
— Помни про мотивацию!
— Верь в меня!
София улыбнулась, глядя ему вслед. Острое чувство счастья: такое позабытое и теплое, прокатилось по телу, остановившись румянцем на щеках. Улыбаясь, словно дура, она пошла в другую сторону, чтобы не пересекаться с яриловцами. Надо найти своих девчонок, которые, наверное, ее потеряли. Хотя в такой толпе вряд ли получится так просто встретиться…
Женька с ковром на плече подошел к их загону, где только что из Избушки выпрыгнула Мирослава, рухнув прямо на Яромира. Тот скривился, придавленный подругой. Голову от удара спасла шапка, но и без этого было мало приятного. Заметив Тихомирова, он буркнул:
— Где тебя носит?! Нам нужен был ковер!
— Ярила, я думала умру там! — Мирослава вскочила на ноги, немного пошатываясь, будто долго каталась на карусели. Лохматая, с кое-как застегнутым тулупом и в съехавшей на затылок шапке. Видимо, ей пришлось одеваться внутри избы, пока та бегала. — Курица! Ну, чумная, чуть не ушатала меня! Остановись, когда с тобой разговаривают!!!
Та, вот чудо, замерла на месте, гордо выпятив переднюю стенку, где находилось крыльцо.
— Ты обещала вести себя нормально! Я ничего тебе не сломала? — резко поменяв тему, Мирослава протянула руку Яромиру, который так и лежал. Она выбила из него дух, и ему понадобилась минута, чтобы прийти в себя. Приняв руку подруги, поднялся на ноги.
— Я надеюсь, такого цирка в Нави не будет.
— Слышала?! Ты нам в Нави нужна! Мы без тебя там погибнем!
Рябушка виновато склонилась ниже к земле.
— Отдохни пока, спринтерша, блин! А ты где был?! — Мирослава, перепрыгнув через одну перекладину загона, негодующе посмотрела на Женьку. Тот выглядел как-то странно. Будто чумной.
— Улаживал дела.
Яромир, что шел позади, как-то подозрительно хмыкнул.
— Ну-ну.
— Какие?
— Личные. Все здесь? Где Третьяков?
Будто ожидая призыва, из толпы вышел Ваня и быстро приблизился к друзьям. В это же время к загонам своих Избушек стали подходить прибывшие в Ведоград святгородцы и родославцы. Разом стало шумнее. Третьяков, подойдя к девчонкам, незаметно коснулся ладони Иванны, проведя по ней пальцами в перчатках, и девочка испуганно оглянулась. Но поймав его теплый взгляд, выдохнула с облегчением. Он пришел. Все хорошо.
— Я здесь. Привет всем.
— Вы чего все опаздываете?! — Мирослава явно находилась не в духе, как и стоявший рядом с ней Яромир. Оба взмыленные и уже уставшие, хотя испытание еще не началось.
— Главное, что все на месте, — Женька, сняв ковер с плеча, запрыгнул на высокий загон и свистнул. — Ряба! Ко мне!
Та, ко всеобщему удивлению, медленно, но все же подошла ближе.
— Дверь открой!
Как только дверь отворилась, он отправил туда ковер, подхватив его магией воздуха, и произнес:
— Иди, погуляй. Скоро будем бегать!
— Вот это связь с артефактами! Вот это подчинение, друзья! Вы видели? — к ним незаметно подскочил Златояр Гвоздь в своем фирменном золотом ферязе и с подсолнухом в руке. За ним всюду следовали черепники с черепами на специальных держателях. — Евгений Тихомиров, вратник команды Ведограда! — представил его зрителям Златояр, и Женька посмотрел в тот черепок, который светился ярче всех. Он приветьливо махнул рукой и спрыгнул с загона. — Как настрой на третье испытание? Ваша команда пока в отстающих!