Чтение онлайн

— О! А вот и еще один секрет подошел! — Долгорукий, посмотрев на Мирославу, подмигнул ей и легко спрыгнул вниз. Парни остановились друг напротив друга. Девочка же, не заметив, что к ней подошла Избушка, дернулась от испуга, когда та со скрипом отворила дверь. Ей было интересно, о чем будут говорить парни, но требовалось пообщаться с Рябой, раз пришла именно к ней.

— Ох! Напугала! Ну что, гонщица, как себя чувствуешь? — она коснулась перил, ощущая дрожь дерева. — Все хорошо у тебя? Подружилась с другими Избушками, да?

Тем временем разговор внизу продолжался:

— Что, Олег, пытаешься через нашу сокомандницу тайны выведать?

— Да брось, просто налаживал коммуникативные связи.

— Да ладно? И все снова свелось к Яромиру? Какой у тебя узкий кругозор! — Ваня смотрел на бывшего друга холодным взглядом, хоть и улыбался широко, как делал это прежде. Тот, надо отдать ему должное, отвечал тем же.

— Мы можем поговорить и о тебе, Иван. Или что, скажешь, тебе нечего скрывать? Вы все ходите в скрывающих перстни перчатках даже вне испытаний, это странно.

— А это ты вынюхал в Ведограде, пока мы лежали под лечебным сном? Время не теряешь, молодец. Но я тебя снова разочарую: это лишь для того, чтобы не привлекать к себе внимание.

— Время — самая дорогая монета. Так кто из вас что скрывает? Она? Обладательница пазорьих глаз? — Олег поднял голову, глядя на Мирославу, которая прыгнула на крылечко Избушки и скрылась в горнице. — Или ты? Человек, вернувшийся с того света? Ты себя вообще видел? Да краше в гроб кладут!

Ваня улыбался, выжидая, ведь Долгорукий и не требовал ответов, продолжая допытываться:

— Или тот, кто проклят, но вдруг чудом перекидывается вне полнолуния?

— Мне льстит, что спустя столько лет ты все еще не можешь спокойно жить, не упомянув меня, — к ним подошел Яромир, краем уха слышавший, о чем шла речь. Он был последним, кого отпустили из палат, и выйдя в Пущу, просто шел к Избушкам, на удачу надеясь встретить здесь кого-нибудь из друзей. Как говорится, искал медник, а нашел империал.

— О! Ваше Высочество! Неужели вы почтили меня своим вниманием! — Долгорукий говорил едко, и улыбка его сочилась ядом.

— Миру не видел? — Яромир проигнорировал этот выпад и посмотрел на Третьякова. Тот поднял глаза на Избушку. Кивнув, Яромир снова обратился к Олегу: — Шел бы ты, Олег. Здесь тебе не Святгород. И правила здесь устанавливаешь не ты.

— Неужели здесь их устанавливаешь ты?!

Полоцкий хмыкнул, глядя на святгородца с таким равнодушием, на которое только оказался способен. Горячность тут не нужна. Лучшее его оружие — это спокойствие и хладнокровие, выбивающие почву из-под ног быстрее острого словца.

— Не угадал. Но это — наш дом, и лучше бы тебе в нем не хозяйничать попусту. Я тебя лишь предупреждаю: не надо копать под нашу команду. У тебя все равно не получится нас обойти.

— Это мы еще проверим, — голосом, способным резать лед, ответил ему Олег и, окинув презирающим взглядом парней, пошел в сторону празднования быстрым шагом.

— Как гнидой был, так гнидой и остался, — Ваня недовольно фыркнул.

— Я удивлен, что вы не сцепились.

— Если бы ты так вовремя не пришел, я бы с удовольствием приложился к его роже.

— Да я бы и сам рад. Но знаешь, не тронь…

— Вонять не будет! Это точно! Ну ты как, княже? Как самоощущение? Ты произвел триумф! — Третьяков закинул руку на плечо друга. Тот пожал плечами, и со стороны казалось, что внутри у него не кипел вулкан из чувств и эмоций.

— Очень странно. Все еще не могу поверить, что это случилось.

— Это ведь все меняет! Такие перспективы!

— Главное, чтобы никто не узнал, — Яромир неосознанно коснулся перстня деда на указательном пальце левой руки.

— Это верно. А то некоторые шакалы уже все вынюхивают!

— Точно. Мира!

Девочка выглянула из Избушки. Увидев внизу Полоцкого, она улыбнулась. Он спросил:

— Пойдем к нашим?

— А если я спрыгну, вы меня поймаете?

Яромир, вспомнив, как подруга упала на него в прошлый раз, замотал головой.

— Не вздумай!

— О! И снова все почти в сборе! — к ним присоединился Женька, тоже сразу зардав голову вверх. — Опускай избу!

— Какие вы скучные! Ряба, давай вниз.

Пока она опускалась, натужно скрипя деревом, к загонам подоспели артефакторы и зверомаги, следившие за Избушками.

— Ну что, курочки, готовы отправиться на волю? — спросил у тех грузный мужчина, подойдя к загонам. Он что-то отмечал в своих документах, видимо, заполнял отчеты или какие-то данные об их содержании, чтобы отчитаться организаторам.

— Фух! Еле вас нашел! — Никита подбежал к друзьям, вместе с ними повиснув на нижней перекладине загона, которая была им почти по грудь. — Что, выпускать будут?

— Да. Онисим, наверное, уже околел спать под елкой, — хохотнула Мирослава, просунув голову в загон. Десять человек прошли внутрь, подготавливая все к перемещению Желтка и Пепла.

— А мы, наверное, смогли бы и сами Рябу в лес отвезти, чтобы Онисим обратно заселился! — предложил Женька, опираясь на перекладину рядом с подругой.

— Да я уж и сам явился!

Все разом повернули головы, увидев лешего. Однако он несколько отличался от того Онисима, к которому они привыкли. На нем не оказалось ни шапки, ни телогрейки. Глаза его горели зеленым, а сам он ростом доходил до верхушки молодой сосны. Ветвистые рога стали бы предметом зависти любого оленя. Еловый хвост заметал его копытистые следы. Леший склонился в поклоне, чего не делал прежде, и ребята, отмерев, склонились в ответ. Истинный облик лешего их поразил.

Уже через десять минут с помощью специального вида маглокации артефакторы перенесли в лес Родослава Желтка. А Пепел, когда его повели в другой портал, заупрямился, увидев, что Рябушку просто выпускают в Пущу. Ту за собой чарами, на которые был способен только дух леса, манил Онисим, углубляясь в чащу.

— Порядки наведу, тады и заходите в гости! — сказал тот и слился с деревьями. Избушка шла следом, ведомая его властью.

— Эх, у меня бы так получалось ею управлять! — улыбнулся Женька, но в следующую секунду обернулся и на автомате выставил щит, защищающий их всех от Пепла, который рвался следом за Рябушкой. Его не могли завести в портал. Поднялся шум, во все стороны летел взрыхленный лапами Избушонка снег.