Чтение онлайн

«Но ведь другие-то тоже по округам сидят, - сам себя успокаивал Жуков.
– Всех по провинциям разогнали!… Не я один… Все маршалы… Но мне-то что до них?!
– тут же возразил он сам себе.
– Я - ЖУКОВ! Не Говоров, не Тимошенко, не Мерецков, не Малиновский! Это они могут безропотно ехать куда угодно, хоть в Бобруйск, хоть в Читу, хоть во Владивосток! И командовать там ротой, если прикажут! Я - Маршал Победы! Я брал Берлин!… Да все остальные, вместе взятые, не сделали для страны столько, сколько сделал я!… И потом, не все на округа встали, далеко не все… Конева поставили на мой пост, главкомом Сухопутных войск, Василевский - начальник Генштаба, Рокоссовский - главком Северной группы в Польше, Толбухин - Южной группы, в Болгарии… А до меня Одесским округом командовал всего-навсего генерал-полковник. Юшкевич, конечно, хороший генерал, слов нет, но ведь даже не фронтового - армейского уровня, всю войну просидел на армии, а начал вообще с корпуса… Так что и тут тонкий намек: мол, истинный твой уровень, Жуков, - генерал с тремя звездами, не выше…»

Ничего. Он им еще покажет. Он еще покомандует. Еще увидим, кто мудрее, прозорливее и сильнее - старик с неизменной трубкой, щуривший с Мавзолея свои рысьи глаза, или он, поставивший на колени Европу, а будь такой приказ, - еще неизвестно, где бы он вообще остановился…

Жуков дернул поводья, поднимая коня на дыбы. Гарцевавший неподалеку охранник недоуменно уставился на него.

– Ну, чего пялишься?
– пробурчал маршал.
– Поехали назад…

…Купался он на специальном пляже у военного санатория «Волна». Заплыл далеко, так что берег стал еле видимой тонкой линией, а потом и вовсе потерялся в тумане. Лег на спину, восстанавливая силы. Волны поднимали и опускали его крепкое тело. Туман клубился вокруг, и казалось, до земли - многие сотни километров.

– Товарищ Маршал Советского Союза, - пробулькал где-то невдалеке охранник, - я не могу так далеко… У меня сил не хватит обратно доплыть.

– А я тебя за собой не тянул…

Над маленьким уютным пляжем постепенно рассеивался утренний туман, но над морем он еще висел густой, плотной пеленой. Ординарец, беспокойно расхаживая по берегу, вглядывался в непроницаемую серую завесу. Хоть и знал, что начальник - отличный пловец, да и охранник всегда рядом, а все же сердце нет-нет, да и екало: а ну как случится что?… Ведь потом всех собак навешают…

Но волнения его оказались, как и следовало ожидать, напрасными. На прибрежный песок с довольным фырканьем вышел мокрый Жуков в длинных купальных трусах, с удовольствием растерся докрасна махровым полотенцем. Вслед за ним, шатаясь и тяжело дыша, выбрался из моря охранник, сопровождавший маршала во время плавания. Протягивая командующему металлический стакан от термоса с дымящимся чаем, ординарец невольно любовался подтянутой и мощной фигурой маршала.

В тумане послышался шум мотора. Сделав лихой поворот на прибрежном песке, рядом с Жуковым остановился роскошный черный «Бьюик», с переднего сиденья почти на ходу выпрыгнул щеголеватый, подтянутый адъютант командующего - подполковник Семочкин.

– Нашел, товарищ Маршал Советского Союза! В Киеве он!… - ликующе крикнул он вместо приветствия. И тут же торопливо добавил: - Здравия желаю!

– Согласился?
– Жуков отхлебнул чаю.

– Так точно!
– лихо козырнул адъютант.
– Сказал, самолет не понадобится… Уже выезжает поездом.

– С остальным как?

– Все необходимые распоряжения сделаны. Крутятся как заводные!

Жуков удовлетворенно кивнул, прихлебывая чай:

– Они у меня покрутятся!… Ладно, поехали в штаб…

За те двенадцать дней, что маршал командовал округом, одесситы уже успели свыкнуться с тем, что по нему можно сверять часы. Ровно в девять утра черный «Мерседес-Бенц», стартовав в Санаторном переулке и миновав Пролетарский бульвар, Пироговскую, площадь Октябрьской революции, Пушкинскую и Ярославскую улицы, подкатывал к подъезду здания на Островидова, 64. Так было и на этот раз. Бодрый, подтянутый маршал в белом кителе и синих брюках быстрым, упругим шагом взбежал по мраморной лестнице штаба округа на второй этаж. Дежурный по штабу доложил ему о происшествиях на территории округа - вернее, об их отсутствии, - и в кабинет командующего вошел начальник штаба генерал-лейтенант Ивашечкин с грудой бумаг, требующих подписи…

Разобравшись с текучкой, Жуков вызвал адъютанта Семочкина, Тот вырос перед шефом, словно талантливая иллюстрация к поговорке «Стань передо мной, как лист перед травой».

– Ну как там… эти?
– поинтересовался командующий.
– Пришли?

– Так точно, товарищ Маршал Советского Союза.

– Ну запускай…

…Невыспавшееся за ночь военное и партийное руководство Одессы снова сидело за длинным столом в жуковском кабинете. Только теперь в окна весело ломилось солнце июньского утра. У всех присутствующих, кроме самого Жукова, были помятые, угрюмые лица.

– Ну?
– бодро вопросил маршал, осматривая ряды подчиненных.
– Надумали, как одним махом накрыть всех воров Одессы?

Ответом было мрачное молчание.

– Не знаете?
– ернически поинтересовался командующий.
– А вот я знаю.

– Потому как, - он неожиданно перешел на одесский выговор, - трэба голову иметь на плечах, а не тухес!

Кто-то из начальства помельче робко хихикнул. Остальные продолжали пришибленно молчать, чувствуя, что жуковский юмор скоро сменится знакомой жуковской яростью.

– Разучились шевелить мозгами?!
– начал оправдывать ожидания маршал.
– Языки проглотили?! Есть хоть один с живым голосом?!!

Взгляд Жукова вновь метлой прошелся по лицам присутствующих. И вдруг словно споткнулся…

– А где этот… биндюжник из УГРО, который мне нахамил?… Гоцман где?… Я что, тихо спрашиваю?!

Присутствующие молчали. Наконец, поняв, что вопрос обращен главным образом к нему, с места поднялся начальник УМГБ по Одесской области:

– Товарищ Маршал Советского Союза, Гоцман арестован сегодня ночью… Как участник антисоветского заговора.

На лице Жукова загорелись красные пятна. Он ткнул пальцем в полковника МГБ:

– На каком основании?!

– Товарищ маршал… - пробормотал тот.
– Но… Гоцман же публично сравнил ваши действия с действиями немецко-фашистских оккупантов… И к тому же…

– При чем тут сравнил или не сравнил?!
– Жуков в ярости ахнул кулаком по столешнице.
– Я, мать твою, отдавал приказ его арестовывать или нет?!

– Никак нет…

– Тогда на каком основании?

Полковник МГБ молчал, понурив голову.

– Ты хочешь, чтобы я прямо сейчас позвонил в Москву Абакумову и сообщил ему, как ты тут своевольничаешь? Ты хочешь сегодня же вечером поехать командовать оленями в тундре, да?!

Такая перспектива явно не устраивала полковника. Он побледнел, перевел дыхание.

– Тогда вот тебе телефон, - Жуков щедрым жестом протянул ему телефонный аппарат, - звони и отдавай приказ немедленно освободить Гоцмана… А мы все послушаем.

Бледный как полотно полковник взял телефон и негнущимся пальцем набрал несколько цифр…