Чтение онлайн

– Простите ради бога. Я разговаривала с отцом.

– Дурная привычка, - сказала женщина, кивая на сигарету.

– Знаю. Надо бросить... Давно курю. С шестнадцати. Стимула нет, - нервно улыбнулась Лиля, щелчком отправляя недокуренную сигарету за окно.

– А муж не против?
– Женщина снова кивнула, на этот раз в сторону кольца на пальце.

– Против. Он против, - вздохнула Лиля, глядя на навигатор.
– Тут нет такой, только Сатрокачаловская... Знаете что... вы лучше завтра всё же сходите в поликлинику. Давайте, я вам свой номер оставлю. если потребуются какие-то обследования дополнительные... или лекарства. Позвоните, хорошо? Как вас зовут?

– Ирма. От Старокачаловской я покажу.

– Красивое имя. Вот моя визитка. Звоните, договорились?

Женщина покрутила в руках белый прямоугольничек визитки, потом повернулась к Лиле.

– Ты занимаешься путешествиями?

– Да...
– махнула Лиля.
– Училась заочно на связи с общественностью, но не моё это. Отец пристроил. А тут как-то получилось...

– Тебя назвали в честь цветка?
– вдруг спросила с улыбкой женщина.
– Лилия, это ведь тот нежный цветок с пятнистыми лепестками?

– Да.

– У нас говорят, каждый цветок должен расти на своей грядке. Лилия, почему ты всё проклинаешь?

– День дурацкий, - честно сказала Лиля, доставая пачку из бардачка.
– Чёрт. Закончились. Я заскочу в круглосуточный, хорошо? Ирма, вы не против?

– Погоди. Ты же хотела бросить, - лукаво улыбнулась женщина.
– Может, это твой шанс?

Лиля пожала плечами, покосившись на женщину, потом взглянула пристальнее. Она же была светловолосой, почему сейчас волосы кажутся тёмными? Неужели кровь?

– Я была молодой, как ты, - сказала Ирма, вздохнув.
– Мою любовь предали. Знаешь, как это больно? Эту боль не выразить словами.

Лиля стиснула зубы, вспоминая крики Ромки под окном, пьяные, отчаянные.

– Я тоже предавала любовь, - сказала она.
– Ирма, у вас точно нет на голове раны? Ваши волосы потемнели...

– Это иллюзия, - улыбнулась Ирма.
– Игра света. Тебе кажется. Люди часто видят то, чего нет, и не замечают то, что есть. У вас столько красивых легенд... Нет им числа.

– "У вас"?
– переспросила Лиля, провожая глазами диодную вывеску заправки.

– Да. Их рассказывают даже детям. Как то сказание про девушку, которая жила с мачехой и сёстрами, а потом с помощью чуда оказалась во дворце и танцевала с принцем в неудобных туфельках.

– "Золушка"? Да. Но там ничего не было про неудобные туфельки. Просто очень красивые.

– Это уже о многом говорит, - рассмеялась Ирма.

– Ну, там же была фея. Может, она чудом сделала красивую обувь удобной, - улыбнулась Лиля.

– А ты веришь в чудо?

– Не-ет, - подумав, сказала Лиля.
– В детстве - верила. Я жила в такой же нищете, в задрипанной каморке, а потом приехал папа и привёз чудесные деньги, которые решили много наших проблем. Но с его появлением открылись другие проблемы. Слава богу, сейчас всё наладилось. Папа вернулся в семью, я разобралась со своей жизнью, вышла замуж за любимого, и всё складывается хорошо.

– И это не иллюзия.
– В утверждении Ирмы слышалась вопросительная интонация.

– Нет, - пожала плечами Лиля.
– Почему же? Я не склонна смотреть на мир сквозь розовые очки. Голодное детство, знаете ли, отбило такие привычки.

– Ты чистая душа, - вздохнула Ирма.
– Несмотря на то, что разбила ему сердце. Мне не хотелось бы, чтобы разбилось твоё.

Лиля с удивлением покосилась на Ирму.

– С чего ему разбиваться? Я же говорю, у меня всё наладилось, наконец-то, и я бы не хотела сейчас ничего менять.

– Иногда достаточно стронуть один камешек, чтобы лавина сошла, - сказала Ирма.
– А бывает, человек идёт себе спокойно по улице и совершенно не ожидает, что сейчас его повалит на землю.

– Извините, пожалуйста.
– Лиля повернулась к ней.
– Я правда виновата. Отвлеклась.

– Я прощаю тебя. При одном условии.
– Ирма махнула на дорогу, и Лиля спохватилась.
– Вот то, что ты уронила.
– Она протянула Лиле гарнитуру.
– Я прощаю тебя, если ты пообещаешь не курить. Это моё условие. Продержись до двадцать шестого.

– А что будет, если я нарушу условие?
– Лиля снова повернулась к Ирме, и та встретила её взгляд добродушной улыбкой.
– Если я не продержусь? Прощение отменится?

– Придётся выбирать между дымом и туманом, - пожала плечами Ирма.
– И то, и другое отделяет тебя от исполнения твоих желаний. Разница лишь в том, что туман собирается сам, а для появления дыма нужно, чтобы что-то горело. Там, где нечему гореть - и дыма не будет.

Лиля нахмурилась, потом недоуменно пожала плечами. Видно, действительно Ирма ударилась головой. Ладно. Она предложила помощь, а дальше - не её дело. Она повернула, следуя указаниям навигатора, и остановилась, потом открыла окно и выглянула наружу.

– Но тут же ничего нет, - сказала она, поворачиваясь.
– Тут стройка...

Пассажирская дверь была открыта. Ирмы в машине не было.

– Эй... – неуверенно позвала Лиля, перебираясь на сиденье справа, и вдруг замерла.

Сиденье было холодным. Мини-юбка, которую молчаливо одобрял шеф, в машине всегда задиралась, и тонкие, как паутинка, колготки не оставляли возможности ошибки. Лиля потрогала ладонью сиденье слева и нахмурилась. Её сиденье было тёплым. Сиденье Ирмы было таким, будто на нём никто и не сидел вовсе.

Ладно. Лиля скептически сморщилась. Это всё игры воображения. Надо вернуться и лечь спать, а с утра собрать вещи. И Максу помочь, а то он за эти годы уже разучился собираться сам.

Дорога домой по неожиданно пустым улицам была приятной. Лиля удивлялась отсутствию машин, потом попыталась вспомнить, может, она пропустила какой-то праздник? Радио негромко наигрывало романтичные мелодии, прохладный ветерок холодил левую щёку. Май, май... Прекрасный май. Интересно, Ирма позвонит? В её возрасте опасно оставлять...