Линия Между
Шрифт:
– Если бы я знал, все было бы просто. Мирро ты не знаешь?
Волк ничего не ответил. Таисс фыркнула, а Мар покачал головой.
– Ладно. Попробую все уладить.
– Я сама могу! Кто из нас невеста?!
– Кто из нас мужчина - вот правильный вопрос, - категорически парировал граф.
– Ты лучше займись храмом, от меня там мало толку. Поговори с диром Игнасием для начала...
– Не учи дриаду танцевать, - девушка с сожалением потерла лицо и снова поднялась на ноги. Опять эта круговерть... Будет чудом, если она не заблудится и все-таки найдет дира.
– Я могу показать вам то, что вы ищете, хранительница, - хозяин дома продолжал смотреть королевне в глаза, выражение его лица ни капельки не изменилось, на этом лице вообще, кажется, шевелились только губы, да и те едва-едва.
Таисс не поверила своему счастью - она-то уже приготовилась выползать из теплого дома в сгущающуюся темень и топать к монастырю. Kroh Droido"ell Steino отличался необычной, завораживающей красотой: игрушечный городок внутри игрушечного городка, множество крыш, дверей, светящихся окон, комнаты-домики, прыгающие по крутой скале, как по лестнице. Но идти туда сейчас почему-то не хотелось.
– Вы?
– А вы думали, что вас просто так сюда привели?
– Но как вы узнали?
Друид откинулся на спинку и изобразил что-то вроде улыбки.
– А зачем еще Рыси Темное Пламя забираться так далеко?
Крыть было нечем. Вряд ли дир сейчас говорил абсолютную правду, но кто сказал, что друиды откроют свои источники информации первой встречной девушке?
– Действительно, - Таисс качнула головой в знак готовности.
– А как вы собираетесь мне что-то показывать?
Дир Игнасий поднялся и подошел к дриаде.
– Сядьте поудобнее и запрокиньте голову, - приказал он. Когда девушка повиновалась, критически ее осмотрел и спросил: - Шея не затекает?
Королевна отрицательно покачала головой и закрыла глаза, уже примерно представляя, что будет дальше.
Она не ошиблась: друид в прямом смысле слова показал ей храм Унны. Картины, правда, получились расплывчатыми и неясными, но даже они были очень кстати.
...Затхлый воздух, тусклый свет, многочисленные коридоры. С потолка капает вода, шуршат крыльями летучие мыши, пахнет гнилью и холодом. И камень - сверху, снизу, впереди, за спиной - везде камень. Он давит, заставляет сердце сжиматься от страха. И неторопливое течение магии, от вида и ощущения которой в горле рождается рычание. От магии пахнет смертью...
Эти эмоции были важнее, чем примерная карта храма - они позволяли подготовиться к тому, с чем предстоит бороться. А значит увеличивали шансы на победу. На мгновение королевне показалось, что где-то в глубине сущности Страж открыл глаза и улыбнулся. Жаль, промолчал.
– А ты в этом доме как оказалась?
– Арлес с благодарностью забрал тарелку и поискал взглядом что-нибудь вроде вилки. То, что ты ешь сырое мясо - это еще не значит, что есть нужно руками.
– Обычно, - девушка смущенно улыбнулась.
– В Академию меня не взяли, а учиться хочется. Вот я и пошла.
Они перешли на ты уже четверть часа назад: Арлесу показалось ужасно глупым обращение вроде "Госпожа, вы не подскажите, где тут можно найти кровушки или кусок сырого мяса? И побольше, побольше". Поэтому спросил он заговорщицким тоном, почти шепотом, а "ты" стало дополнительным козырем.
– А почему не взяли?
Девушка, которой клыкастый никак не мог подобрать определение (да и существует ли вообще название для "друида женского пола"), грустно опустила глаза.
– На то, чтобы там учиться, нужны деньги. Или... ну или бо-о-о-льшой талант. Первого у меня нет вообще, а второго не хватило. Вот и не взяли.
– Но как же тебя тогда друиды взялись учить?
– Я же не говорила, что совсем бесталанная. Просто в Академию на бесплатное обучение берут не много детей. Естественно, шанс есть, но... Я средненькая по уровню магичка, скажем так. А диры придерживаются мнения, что учить нужно всех, потому что нет ничего опаснее мага с силой но без хотя бы зачатка знаний. И я тут не бесплатно.
– В каком смысле?
– с каждым новым прожеванным кусочком настроение вампира стремительно росло. Уже почти не хотелось спать, общая усталость организма тоже потихоньку исчезала, так что можно было и поболтать с этой светловолосой девушкой, которая так напоминала Яну. Тем более, что банальные вопросы проще задавать ей, а не седым старцам, у которых на лицах написана отдаленность от поднебесной суеты.
– Я здесь еду готовлю, одежду стираю, за порядком слежу. Тут так принято - тебя учат, а ты ведешь хозяйство.
– А парни?
– А они либо в монастыре, либо так же, как я, но у хозяек-женщин.
– А как у вас женщин называют?
– Вот тебя как зовут?
– Арлес.
– А меня атта-дира Моэна. Атта - это ученица. В остальном - как везде: дир - дира, дор - дора, - девушка убрала со стола несколько пустых мисок и села, догадавшись, что у клыкастого гостя еще много вопросов.
– А почему Долахал находится в горах? При слове "друиды" мне видится лес, травки, грибочки, птички, белочки...
– для пущей образности вампир вдохновенно помахал в воздухе вилкой с наколотым на нее мясом. Моэна поняла жест по-своему.
– Мол, друид - это дриада в штанах?
– Нет, дриада в штанах - это дриада в штанах, то есть почти демон в юбке. Но ты правильно поняла, что я имел в виду.
– Деревья к друидам имеют косвенное отношение, - ученица заправила за ухо выбившуюся прядь. Взгляд у нее при этом был, как у заботливой мамочки, которой важно, чтобы ребенок правильно и хорошо питался. В роли ребенка, само собой, выступал Арлес.
– Это связано с восприятием мира, а не с местом обитания. Посмотри на рисунок на тарелке.
Вампир послушно отодвинул остатки мяса к краю и принялся изучать разрисованное дно. Картинка была простой и понятной: дерево с пышной кроной корнями пронзало землю, а ветвями - несколько слоев разного по плотности тумана. У самого ствола стояла, обнимая себя за плечи, девушка в длинном платье.
– И? Что значит этот туман?
– Это не туман, а небо, - обиженно парировала Моэна.
– То есть небеса. Все двенадцать. Великое древо пронзает их и ветвями прорастает в Хаос.
– То есть, - вампир внимательно присмотрелся к тонким линиям-веточкам, - вот эти птички - это Высокие?