Чтение онлайн

Но куда уезжать нам?! Это наша Родина, мы хотим не просто здесь жить, мы хотим процветания нашего благодатного чернозёмного края. Пока мы живы, будем бороться. Мы не отступим.

Вот из таких чувств возникло протестное движение, которое мы назвали "Зелёная лента".

– Как оно возникло? Кто сейчас ваши союзники?

– Наше движение "Зелёная лента" возникло стихийно. Когда только начинали, мы писали и звонили во все инстанции, обращались во все партии, но ни одна партия на высшем уровне не поддержала нас. Мы поняли, что остались один на один со своей бедой. Вот тогда-то и родилась "Зелёная лента" как символ борьбы за чистую экологию и за жизнь. Официально я объявила о создании движения "Зелёная лента" на митинге в Борисоглебске 13 мая 2012 года. Люди с огромной радостью поддержали эту идею, и огромное множество людей теперь считают себя участниками движения. Символ его - зелёная лента и флаг с изображением пшеничного поля, соснового леса и голубого неба. Наше движение объединило все сословия и разные слои общества - это и казаки, и националисты, многодетные матери, преподаватели, простые рабочие и крупные предприниматели.

– Насколько объективны ваши тревоги? На чём основано ваше убеждение в губительности разработок для экологии вашего и соседних районов? Не возникает ли у вас опасения, что вас "используют" противники УГМК?

– Наши тревоги более чем объективны, достаточно посмотреть на те местности и города, в которых уже ведётся добыча никеля и его обогащение, посмотреть и сделать однозначный вывод: исчезают реки, отравляются грунтовые воды, всё вокруг медленно, но верно умирает. Ведь сопутствующими элементами любой добычи никеля и меди всегда являются ртуть, мышьяк и сера. Хвосты, которые образуются после переработки и обогащения руды, остаются на поверхности, испарения и выветривание их приводит к тому, что всё вокруг насыщается тяжёлыми металлами и гибнет всё живое. Поэтому для нас нет абсолютно никакой разницы, какая именно компания будет здесь смердить и отравлять наше существование, мы против любого комбината, против добычи никеля вообще на Воронежской земле.

– Как вы оцениваете перспективы вашей борьбы, ведь ООО "УГМК" - мощная корпорация со своими лоббистами, "агентами влияния"?

– Давайте проследим хронологию событий[?] Первое протестное мероприятие прошло в городе Борисоглебске в виде пикета с участием всего 30 человек. В конце апреля была создана интернет-газета "Зелёная лента", затем был митинг 22 апреля в Борисоглебске, на который пришли уже 400 человек, затем мы громыхнули двухтысячным митингом 13 мая всё в том же Борисоглебске, после которого наконец-то проснулись Урюпинск и Новохопёрск.

Были ещё митинги. Соседи поддержали. Прибыло много участников из Урюпинска, был устроен автопробег в количестве 400 автомобилей. Активистами "Зелёной ленты" была посажена берёзовая аллея жизни на Еланском месторождении. 3 июня 2012 года мы устроили грандиозный по масштабу и накалу Славянский марш и митинг, на котором собрались более десяти тысяч человек.

Динамика протестного движения говорит сама за себя. Как видите, наше движение набирает силу и мощь с каждым днём, поэтому любые попытки со стороны УГМК погасить их или обмануть, обольстить, перехитрить, а может быть, и подкупить кого-то из нас будут пресекаться на корню, что уже и происходит. Нашими союзниками сейчас являются все люди, у которых есть совесть, а противниками - те, у кого отсутствует этот необходимый элемент в жизни человека.

– Воронежский губернатор в прошлом министр сельского хозяйства России. Черноземье - жемчужина государства, оно могло бы прокормить всю страну. Неужели он не осознаёт, что вторжение в экологию края может привести к гибели традиционных сельхозотраслей?

– Губернатор Гордеев - очень хороший исполнитель приказаний сверху. Но разве задача губернатора состоит в слепом исполнении воли сверху, а не в том, чтобы заботиться прежде всего о своём крае, о людях и болеть душой за область, за каждый её уголок? Создаётся впечатление, что Гордеев так и не прикипел к Воронежскому краю и ждёт повышения по службе, а потому и старается безоговорочно исполнять любые проекты, невзирая на мнение населения края.

Нам нужен человек, который родился и вырос на нашей земле, которому небезразлична судьба Воронежского края, человек, который будет способствовать развитию действительно мощных и эффективных проектов по развитию огромного потенциала края в сфере сельского хозяйства, животноводства, экотуризма[?] Что действительно приведёт к настоящему экономическому прорыву Воронежской области и её процветанию.

– Валентина, у вас до этих событий была обычная биография. Вышли замуж за офицера, мотались по гарнизонам, пережили лихие 90-е[?] И при этом воспитываете троих детей. Ваш муж сохранил верность военной профессии. И вот сейчас вы в центре событий, сделавших вас лидером протестного движения. Как же это произошло?

– Борисоглебск - мой родной город, здесь я родилась в семье рабочих, окончила культпросветтехникум. Для нашей семьи приоритетом всегда является прежде всего физическое и духовное здоровье нас и наших детей. И когда я узнала о том, что собираются сделать власти с нашим краем и как это отразится на здоровье, не только моих, но и многих детей, я посчитала своим долгом защищаться от подобного произвола "кучки избранных". Я - воспитанный в патриотическом духе православный человек. Другого выхода у меня просто нет. Я не знаю чем это всё закончится для меня и моей семьи лично, но отступать я не могу. Глубоко убеждена в том, что "не в силе Бог, а в правде", и поэтому победа будет за нами.

– Вы ровесница небезызвестной столичной либералки Чириковой. В чём вы видите отличие "болотных" протестов от вашего?

– По поводу Чириковой не могу ничего сказать ни хорошего, ни плохого, потому что не знакома с ней лично и не интересовалась её деятельностью. Знаю, что она ещё в марте 2012 года приезжала в Воронеж, чтобы научить всех, как бороться за Хопёрский заповедник. Её взгляды мне не понравились. Мы очень разные, у нас разные цели и задачи. Для меня главное - спасти родную землю. Как бы пафосно это ни звучало, но я душой болею за свой край, мне очень обидно, что такая благодатная область, как Воронежская, находится в таком плачевном состоянии. Если обойдутся без меня, то многодетной маме, поверьте, есть чем заняться. Лишь бы нашим детям довелось бы жить на чистой, не отравленной родной земле.

Да, получилось так, что мы тоже стали оппозицией, но мы боремся именно за жизнь.

– А если эта борьба перерастёт в прямое противостояние власти?

– Мы будем бороться и с властью.

У позиции губернатора Гордеева есть своя логика. Масштабные разработки - это инвестиции, налоговые поступления, создание рабочих мест. Правда, на последнее особо рассчитывать не следует. Как правило, для подобного рода проектов требуется сравнительно малочисленный квалифицированный персонал, работающий вахтовым методом, который будет привлечён из других регионов, а местное население будет задействовано в качестве обслуги и на вспомогательных работах. Но ведь если опасения экологов обоснованы, то это логика человека, который для того, чтобы добыть плоды, рубит дерево.

Ну а как понять молчание властей близлежащих регионов? Той же Волгоградской области? Если воронежцы будут иметь хотя бы компенсацию в виде налоговых по[?]ступлений, то Волгоградская область, кроме перспективы получить отравленную клоаку вместо чистейшей на сегодняшний день реки Европы - Хопра, не получит ничего. А "город из анекдота" Урюпинск рискует превратиться в город из анекдотов чёрного юмора на тему экологии, вроде чернобыльских о двухголовых мутантах и грибах размером с дом.

Но, похоже, волгоградского губернатора Боженова больше волнует возможное проведение матчей чемпионата мира по футболу в 2018 году в Волгограде, чем судьба севера области.

Ещё одна особенность этого стихийного взрыва - его размах. Десять тысяч протестантов в нищей провинции то же, что миллионы в Москве. Говорить о какой-то моде на фронду, докатившуюся от Болотной до Хопра, в данном случае бессовестно и бессмысленно. Мотивы протестантов Черноземья кардинально отличаются от столичных. Они чёткие и конкретные.