Чтение онлайн

Один ограничился кивком.

В течение нескольких дней Локи старался держаться в тени, не попадаясь отцу на глаза после того неприятного разговора. Следовать за ним, оставаясь незаметным, и ловить каждое слово, будучи в любую минуту готовым предложить свою силу и, если потребуется, жизнь для воплощения планов царя. Это было настоящее счастье, и больше всего на свете царевич не хотел уезжать — все революции были забыты, поселенцы отошли на второй план. Локи хотел служить отцу подобно воронам и волкам, поэтому, когда спустя несколько ночей пришло послание от Хагалара с требованием вернуться, Локи едва сдержался, чтобы не порвать его в клочья. Но медлить было нельзя. Он и так засиделся во дворце, его присутствие сильно нервировало и брата, и большую часть придворных.

Прощание с дворцом было пышным, на него пришли даже друзья Тора.

— Приезжай к нам еще, — сказал Фандралл, салютуя Ивару.

— О да, и привези какую-нибудь интересную птицу, — добавила Сиф.

— Разумеется, разумеется, — кивнул маг. — Если на то будет воля сына Одина, — кивок в сторону Локи, который любезничал с матерью. Она сама настаивала на его приезде во дворец, но к концу стала выражать явное недовольство по поводу длительности пребывания. Среди провожающих была и Фула. Улучив удобный момент, она отвела в сторону Беркану.

— Позволь я дам тебе совет, дорогуша, — сказала она тихо. — Даже если ты талантлива как маг, тебя всегда могут отравить. Поверь, тебе во дворце никогда не будут рады.

— Я знаю, — кивнула девушка, внутренне похолодев. — Я не хотела приходить сюда.

— Очень сильно подумай, прежде чем выходить замуж. Ты ведь отверженная, значит, барышня свободная и сама за себя все решаешь.

— Замуж? — удивилась Беркана. — Нам запрещено.

— Даже в Гладсхейме любому известно, как вам что запрещено, — усмехнулась Фула. — Мое дело тебя предупредить. Оставь в покое Локи, не нарывайся на большие, очень большие неприятности. Против тебя выступит, как минимум, сама царица.

— Против меня? — Беркана совсем смешалась. Неужто Фригг узнала ее? Нет, этого не может быть, они уже виделись раньше, и та ни жестом, ни словом не дала понять, что узнала. Магиолог судорожно кивала на каждое слово Фулы и мысленно давала себе обещание не вмешиваться ни в какие авантюры Локи. Ей вечно суждено гнить в поселении, большой мир закрыт для нее навсегда — он ее уже ненавидит, хотя она ничего плохого не сделала!

По возвращении Локи было не до чего. Он ходил по поселению сомнамбулой и думал только о том, как заставить отца собой гордиться. Нужно было что-то новое, революционное. Вернувшиеся с Земли мастера придерживались очень противоречивых мнений. Кому-то все понравилось, кто-то заявлял, что никогда не допустит ничего подобного в Асгарде, кто-то — что есть несколько разумных изобретений, и их можно и нужно адаптировать на пользу поселению. Локи эта «демократия» раздражала. Наорав на всех почтенных старцев, он заявил, что полностью поддерживает идеи Раиду и что ученые должны немедленно приступить к воплощению тех планов, которые кажутся естественникам разумными. Мастера, привыкшие к тому, что Локи не вмешивается в дела поселения, не знали, что и делать. Посовещавшись, решили созвать тинг и обязать присутствовать на нем всех жителей.

Собрание тинга всегда было событием очень шумным. А уж в этот раз, когда площадь с трудом вместила в себя больше тысячи асов, стоял такой гвалт, что даже ближайшие соседи не могли расслышать друг друга.

— Довольно! — крикнул Локи, выйдя на помост с каруселью. Однако его реплику не расслышали, и ему пришлось повторить:

— Хватит!

Резко наступила тишина. Такая оглушительная, что можно было услышать жужжание пролетающей мимо мухи. Локи прокашлялся и продолжил уже более спокойно:

— Вам давно пора приниматься за работу. У кого-то есть конкретные предложения?

Тишину не посмел нарушить ни один… Асы переглядывались, подталкивали друг друга, тихо перешептывались, но выйти из толпы и подойти к сиятельному царевичу не смели. Локи хотел уже было продолжить речь, но тут вперед вышел, а точнее, вывалился, чуть не поскользнувшись и не поздоровавшись с лужей вплотную, широкоплечий ас с темно-русыми волосами, заплетенными в косу. Локи с трудом узнал его — это был Урур, то ли родственник, то ли бывший любовник… кажется, ее звали Наутиз — молодая женщина, с которой царевич познакомился во время изучения холодильника.

— У меня есть предложение, — Урур поднял вверх правую руку, с опаской посматривая на царевича.

— Я слушаю, — Локи кивнул и постарался предать лицу умное и заинтересованное выражение.

— Печатный станок. У людей он появился много веков назад и больших усилий не потребует. Нам нужно всего лишь вырезать руны из металла, покрасить их и прикрепить к ровной пластине, под нее положить лист бумаги и надавить — мы получим целый лист одним движением.

Поселенцы начали тихо переговариваться, выражая все «за» и «против», порой не в самых цензурных выражениях. Локи собрался призвать толпу к порядку, но тут вперед вышел Ивар — мастер естественной ветви науки. Он занимал свой пост уже несколько столетий и успел сыскать всеобщее уважение.

— Ваше высочество, мне эта затея не кажется удачной. У нас есть стукалки, мы можем быстро и без ошибок набить любой текст — наши библиотекари работают днями и ночами. — Ивар всегда говорил кратко и по делу.

— Но они не могут набить сразу несколько копий! — Урур хотел выйти вперед, но, вовремя вспомнив о луже, остался на месте.

— Несколько библиотекарей вполне могут набить одинаковый текст. У нас нет потребности в сотне копий одного документа.

— Врешь! Начальные учебники по естественным наукам пришли уже в совершеннейшую негодность и их очень мало! Учить новичков скоро станет просто-напросто невозможно! — Та решительность, с которой естественник отстаивал свое мнение, была поистине впечатляющей, но многие предпочли бы, чтобы он замолчал, ведь начиналось самое страшное, что могло произойти на тинге — базарный спор. А базарный спор с собственным мастером почти всегда кончался в пользу мастера.

— Мы можем купить новые, — мягко возразил Ивар. Естественники уже и забыли о царевиче, который с кислой миной наблюдал за происходящим.

— Зачем нам тратить серебро и силы логистов? Мы сможем получить копию любой страницы в любой момент: надо будет только нарезать множество букв. К тому же ошибок будет гораздо меньше. Наши библиотекари быстры, но не безупречны!

— Мне это не кажется проблемой первой необходимости. — Ивар уже начал терять терпение. Он понимал, что это тот самый случай, когда спорь — не спорь, переубедить не получится. Поселенцы все равно поддержат его; и он сам, и Урур это знает, так что они просто зря теряют время…

— А мне кажется!

Сотни пар голубых глаз уставились на того, кто посмел вмешаться в спор — на царевича Асгарда.

— Урур, кто тебе нужен?

— Пара естественников и маг, на случай, если мы не сможем подобрать краску или если не решим, какой источник энергии использовать. Магиологи мне вряд ли понадобятся, — пробормотал Урур, не веря собственной удаче — царевич Асгарда не просто обратил на него внимание, а поддержал, даже несмотря на явное неудовольствие мастера! Это было немыслимо. Асы переглядывались и перешептывались. Наконец-то Локи решил показать, что он не просто изгнанник, а еще и сын Одина, хозяин всех земель Асгарда. У одних ученых были не самые лучшие отношения с мастерами, другим запрещали проводить их личные исследования, ссылаясь на опасность. Теперь же, когда появился тот, кто выше тинга… Во многих головах начали зреть планы по использованию могущества Локи в своих целях. Тот же тем временем прошелся по помосту и осмотрелся, выискивая в толпе нужные лица.

— Наутиз, Ивары — приступайте к работе. — Царевич мстительно ткнул пальцем в мастера естественной науки, своего давнего приятеля и девицу из холодильника. Сказать, что все трое были удивлены, значит, ничего не сказать. Они переглядывались, пытаясь найти друг у друга ответ на вопрос — почему именно они?! По толпе прошел ропот — решение царевича всем показалось странным.

— Если так угодно сыну Одина… — первым пробормотал Ивар, как только понял, что не сможет сходу придумать никакую отговорку. Он никак не ожидал, что от красок, шипучей воды и развлечений его оторвут и заставят работать. Как Локи мог так поступить с ним, особенно после того, как лично возил во дворец?