Чтение онлайн

Доказать, что она не выскочка. Гвен задумалась, не решаясь сразу ответить. Страшно было проявить излишнюю самонадеянность, но и отказаться от предлагаемого шанса казалось невозможным.

Теперь её дни стали ещё более насыщенными. Опекун нанял для неё учителя танцев, и вечерами Гвен по несколько часов кружила по отведённому для тренировок залу, запоминая и оттачивая необходимые движения.

Откровенно говоря, занятие казалось ей пустым и бессмысленным. Не то чтобы Гвен не нравилось танцевать, но она привыкла совсем к другим пляскам. В деревне, где она родилась и выросла, с этим всё было просто: слышишь музыку — скачи под неё, как вздумается, если есть настроение повеселиться. А какой смысл в танце, если он больше похож на некий ритуал и вовсе не веселит, а требует точности и внимания?

Однако Гвен ни словом, ни жестом не выдавала своих мыслей. Раз уж нужно — она научится и этому. Иногда, если какое-нибудь движение никак не давалось, она представляла себе грядущее торжество. Ректор сказал, там будет множество именитых, влиятельных людей. Раз так, наверняка приглашён и барон де Триен. Гвен не стала спрашивать, опасаясь, что её интерес будет выглядеть неуместным, однако почти не сомневалась, что не ошибается в своём предположении.

В такие минуты ей больше, чем когда-либо, хотелось ни в чём не уступать благородным леди. Учитель был доволен её результатами и уверял, что через месяц её будет «не стыдно показать людям».

Иветт, узнав о том, что Гвен приглашена на торжество, восторженно захлопала в ладоши.

— Подумать только, как тебе повезло! Я так за тебя рада! Первокурсников ещё никогда не приглашали на празднества в честь основания Академии. А в этом году ещё и круглая дата, наверное, будет нечто грандиозное! Может даже, бал посетит кто-нибудь из императорской семьи. Хотела бы я тоже там побывать!

— А ты не можешь пойти? — удивилась Гвен. Несмотря на то, что она уже была наслышана об исключительности предстоящего мероприятия, в голове не укладывалось, что даже дочери главы Тайной службы туда ход закрыт.

Иви состроила грустную гримаску.

— Не в этом году точно. Отец уже получил именное приглашение, как всегда на двух персон. Конечно, он пойдёт с мамой. Может быть, если у меня будут хорошие успехи, через год-другой он согласится похлопотать о дополнительном приглашении, но сейчас и говорить не о чем… А ты уже заказала себе наряд? Надеюсь, ты не станешь скромничать и захочешь, чтобы тебе пошили что-то умопомрачительное! На таком празднестве все дамы будут блистать!

Гвен ещё не думала о платье, хотя опекун на следующий же день после того, как сообщил о предстоящем приёме, прислал ей туго набитый кошелёк, чтобы она могла подготовиться к торжеству. Узнав об этом, Иветт тут же предложила помощь и с энтузиазмом взялась за дело. Понимая, что подруга гораздо лучше неё разбирается в моде, Гвен лишь согласно кивала в ответ на её рассуждения о тканях, фасонах и украшениях.

Увлёкшись подготовкой Гвен к празднику, Иветт на время даже забыла о своём намерении проследить за лабораторией исчезнувшего профессора.

Несмотря на то, что свободного времени теперь не хватало даже на сон, Гвен могла назвать последние дни счастливыми. По крайней мере, так было до одного вечера.

Гвен тогда только вернулась к себе после дополнительных занятий, и почти сразу в её гостиную без стука влетела взволнованная Иветт.

— Как хорошо, что я тебя застала! Пойдём со мной! — сбивчиво затараторила она. — Ко мне приехала моя мать… Я не знаю, в чём дело, она почему-то хочет тебя видеть… То есть, поговорить с нами обеими… И она плачет!

Гвен ещё никогда не видела подругу такой растерянной, даже испуганной. На неё Иви смотрела с немым вопросом и ожиданием, словно надеялась, что Гвеннет сможет что-то объяснить.

Пожалуй, она действительно знала больше, по крайней мере, могла догадываться, о чём пойдёт речь, но сейчас, когда их ждала мать Иветт, было поздно затевать разговор о своих подозрениях и домыслах.

Леди Сен-Моро нервно расхаживала по комнате. Увидев вошедших девушек, она резко обернулась, напряжённо застыла, заметавшись взглядом по их лицам. Через несколько мгновений на её лице отразилось отчаяние и странная, почти детская беспомощность.

— Всё так… — бесцветно, надломленно произнесла она, забыв о приветствиях. — Одно лицо… Я знала, всегда знала, что однажды что-то произойдёт и придётся рассказать!.. — голос сорвался на протяжный глухой стон.

Перепуганная Иветт подбежала к матери, но та коротко покачала головой, отвергая любое проявление заботы.

— Всё в порядке, — с заметным трудом заставляя голос звучать ровно, выдавила она. — Простите за эту сцену. Сейчас… Сейчас я всё объясню.

Госпожа Сен-Моро надолго замолчала. Иветт так и осталась потерянно стоять в нескольких шагах от матери, пока та не попросила:

— Сядь. И вы тоже, пожалуйста, располагайтесь… Гвеннет, так?

Гвен кивнула, послушно опустившись на ближайшее кресло. Иви расположилась напротив, чтобы видеть и её, и мать.

Сама леди осталась стоять, даже отступила чуть в сторону, неосознанно стремясь укрыть лицо в тени. Несколько раз она набирала воздуха, собираясь заговорить, но, так ничего и не произнеся, снова замирала. Не знала, с чего начать? Или просто не решалась?

— Наверное, мне нужно рассказать всё с самого начала, чтобы вы поняли… — наконец справившись с собой, начала мать Иветт. — Мы с твоим отцом… — она осеклась, взглянув на дочь, и едва заметно скривилась, как от зубной боли. — Мы с Эдмундом вступили в брак, ещё будучи студентами. Нам было по двадцать лет, и мы действительно любили друг друга, наш союз был добровольным и желанным для обоих. Мы мечтали о большой семье, Эдмунд очень хотел детей, наследников…

Иветт шевельнулась, не сумев скрыть недоумения. Гвен показалось, что в глазах подруги промелькнула и тень смущения — как бы ни сблизились они за недолгое время знакомства, Иви вряд ли считала, что нужно посвящать посторонних в семейную историю, и не понимала желания матери углубляться в воспоминания при Гвен.

— Но как раз с этим нас ждали трудности, — с неприкрытой горечью продолжила госпожа Сен-Моро. — Первые несколько лет мы не беспокоились, думали, что всё ещё впереди и всему своё время… Но время шло, и ничего не менялось. Только Эдмунд стал постоянно задумываться и часто бывал в плохом расположении духа… Я знала, как сильно он хочет ребёнка, и… Я боялась, что он оставит меня, если я так и не смогу родить…

Леди ненадолго замолчала, переводя дух, и потом заговорила быстро и неразборчиво, глотая слова, словно боялась, что не успеет произнести всего, передумает или утратит решимость.

— Мы были женаты уже десять лет, когда я поняла, что нужно что-то делать, иначе я потеряю всё, потеряю Эдмунда. Я… я сказала ему, что жду ребёнка. Он был так счастлив! Как никогда до этого! Я сказала, что хочу до родов уехать в провинцию к брату, что мне нужен свежий воздух, прогулки на природе… Он волновался, но был готов выполнить любой мой каприз, и я уехала…

— На самом деле ребёнка не было? — невольно вырвалось у Гвен. Догадка о том, как всё обстояло на самом деле, вспыхнула резко, с беспощадной ясностью, так что не нашлось сил промолчать.

Госпожа Сен-Моро вздрогнула, как от удара, и обречённо кивнула.

— Да.

— Как?! — Иви вскочила, потрясённо переводя взгляд с матери на подругу и явно до сих пор не понимая, не желая понимать, что означает это признание. — Но ведь я… Как?

— Мой брат уже тогда занимал должность наместника в Приморской провинции, — глухо продолжила виконтесса. — Я знала, что он сможет помочь. И он мне не отказал. Мы ничего никому не сказали, даже его супруге. Я привязывала к животу подушку, чтобы никто не усомнился в моём положении, мылась и одевалась без помощи служанок, чтобы никто, никто не разгадал моей тайны, не смог потом меня выдать!.. Обо всём знали только мы с братом и акушерка, которая в нужный срок принесла мне младенца. Девочку. Я не знала, чья она была, сколько брат заплатил её матери — брат сказал, что меня это не касается, и я не пыталась узнать… Я не знала, что вас было двое! И я всегда, с первого мгновения тебя любила, Иви! Не могла бы любить сильнее, если бы мы были родными по крови. Для меня ты всегда была настоящей дочерью! Ты ведь мне веришь? Иви…