Чтение онлайн

Иветт важно покачала головой и даже подняла руку, призывая к вниманию. В этот миг она была похожа на строгую преподавательницу, и Гвен невольно улыбнулась, вызвав укоризненный взгляд подруги.

— Когда кто-то собирается бежать, он прихватывает с собой хоть какие-то вещи, — назидательно произнесла Иви. — По крайней мере, все имеющиеся деньги точно забирает! Это сразу видно, и если бы дело сводилось к побегу, отец бы уже всё понял и не возился так долго.

Иветт замолчала, задумчиво прикусив губу. Ей явно хотелось сказать что-то ещё, но она сомневалась, стоит ли, и боролась с собой.

— Ты умеешь хранить секреты? — всё же решилась она.

Гвен кивнула.

— Об этом никому нельзя говорить, даже Патрику с Лорейн, — строго уточнила Иви. — Они хорошие, но у Патрика от Лори нет тайн, и он ей непременно проболтается, а она и вовсе не умеет держать язык за зубами.

— Я поняла, — уверила Гвен и, поколебавшись, добавила: — Можешь ничего не рассказывать, если боишься.

— Ещё до зачисления, когда исчез профессор, я случайно услышала… — оставив без внимания её последнюю фразу, заговорила Иветт, но сразу замолчала, оглянулась на дверь, желая убедиться, что та плотно закрыта, а потом наклонилась к Гвен так низко, что их волосы смешались, и зашептала едва слышно: — Я хотела зайти к отцу в кабинет, но он как раз разговаривал с советником де Триеном — тот иногда бывает у нас дома — и я невольно услышала пару фраз. Они говорили о прошлых исчезновениях, и папа думает, что тех студентов уже нет в живых. И профессора тоже.

Гвен потрясённо ахнула, и Иветт быстро приложила палец к губам, призывая к тишине.

— Отец говорит, что удерживать мага в плену очень непросто, это потребовало бы значительных растрат магической энергии со стороны тюремщиков. Длительную концентрацию силы в одном месте невозможно скрыть. Вокруг государственных тюрем, в которых содержат заключённых магов, всегда жуткая концентрация тяжёлой энергии, это ощущается на расстоянии нескольких кварталов, даже дышать тяжело. Если бы магов тайно держали в плену, было бы то же самое. А если они живы и на свободе, то за столько времени непременно оставили бы за собой след.

— А как бы узнали, что это кто-то из пропавших? — так же тихо выразила удивление Гвен. — Сыщики ведь не могут знать особенности энергии абсолютно каждого мага в империи!

Иветт посмотрела на неё с удивлением, словно Гвен спросила о чём-то очевидном.

— Всем, кто занят поисками, разослали образцы энергии исчезнувших, — пояснила она. — Этого достаточно. Обнаружив вспышку силы от неопознанного источника, сыщик просто сравнит остаточную энергию на этом месте с нужными образцами.

— А… откуда берут образцы? — чуть смутившись своей неосведомлённости, уточнила Гвен.

Изумление Иви возросло.

— Ты что, не знаешь? Зачем, по-твоему, при зачислении у всех берут кровь и волосы?

Гвеннет об этом не задумывалась. Так было нужно; профессора лучше знают, что делать — вот и всё, что она могла бы сказать по этому поводу. К счастью, Иветт не ждала ответа.

— Их обрабатывают, извлекают чистую концентрированную энергию и запечатывают её, чтобы хранить в неизменном виде много лет. Во всей империи не найдётся мага, чьи личные данные не хранились бы в государственном архиве! С такого образца можно сделать копии и разослать в разные концы империи. При расследованиях преступлений этим часто пользуются.

— Ого… — потрясённо проговорила Гвен. — И что же, в этом архиве данные абсолютно всех магов? Даже императорских приближённых?

— Да. И советников, и моего отца, и даже членов императорской семьи — всех. Ты разве не учила историю? Архив был создан прадедом нынешнего императора; после фесванского восстания, в котором было замешано несколько известных аристократических семей.

Гвен попыталась вспомнить, о каких событиях идёт речь, но, наверное, она ещё не читала о них. В отличие от подруги, с детства получавшей разностороннее образование, она с большей частью общих наук знакомилась только сейчас.

Впрочем, сейчас её больше волновали злободневные дела.

— Неужели кто-то так ненавидит магов? — снова понизив голос, вернулась она к первоначальной теме. — Зачем кого-то похищать, чтобы убить? Это ведь обычные студенты…

— Больше я ничего не слышала, а со мной и мамой отец не говорит о делах, — призналась Иветт. — Но я думаю, что дело не может быть в ненависти к магии. Вот ты представь, если действительно есть какой-то безумец, желающий истребить как можно больше магов — зачем ему сначала уводить их куда-то далеко, зачем потом прятать тела? И самое главное, одержимый бы наверняка за это время совершил больше преступлений!

Иветт на миг замолчала, чтобы перевести дыхание, но Гвен не успела вставить и слова, как подруга снова взволнованно зашептала:

— Когда пропал первый студент, я подумала, что он мог участвовать в подпольных боях. Он был с факультета боевой магии, к тому же беден — такие всегда цепляются за возможность подзаработать и встревают в неприятности. Я подумала, что он мог случайно погибнуть, и его похоронили тайно, чтобы никто не узнал, что случилось, и не раскрыл других участников. Я даже сказала об этом папе, и он ответил, что поразмыслит о такой вероятности. Но потом исчезла девушка с факультета бытовой магии, потом — с лекарского факультета, и вот теперь — некромант!.. Я совсем не знаю, что думать. Это так ужасно — учиться здесь же, в Академии, и понятия не иметь, что происходит у тебя под боком!

— Я уверена, что господин де Триен с твоим отцом обязательно во всём разберутся, — убеждённо произнесла Гвен.

— Я бы так хотела помочь папе! Представляю, как бы он мной гордился. И, может, после Академии разрешил бы работать под его началом. Сейчас он говорит, что работа в Тайной службе совершенно не подходит для девушки, и он первый побранил бы любого, кто позволил бы своей дочери занять там любую из должностей. Но если бы я доказала, что могу быть полезной, он бы точно передумал! Только мне никак не приходит в голову, с чего начать. Как ты думаешь, может, стоит последить за лабораторией профессора Камбера?

— Зачем? — не согласилась Гвен. — Разве там не работали люди твоего отца? Что нового мы сможем обнаружить?

— О, ты готова пойти со мной?! — бурно обрадовалась Иветт её неосторожному «мы». — Когда отец и его сотрудники осматривали лабораторию, все об этом знали. Злоумышленники тоже не могли не знать, понимаешь? Конечно, в то время никто туда не сунулся! Но сейчас лаборатория пустует, и я думаю, если профессор в самом деле был связан с преступниками — может, кто-то из них теперь тайно бывает в его лаборатории? Все считают, что он был талантливым некромантом, и после него осталось множество интересных наработок. Может, он и похитителям был нужен не просто так, а как специалист по некромантии? Но поскольку его нет, кто-то может попытаться продолжить эксперименты или прихватить что-нибудь из его записей. Всё, что касается работы, принадлежит Академии и не было изъято после изучения папиными сотрудниками.

Насколько Гвен могла судить, сказанное было не лишено смысла. Вот только она бы предпочла сразу поделиться этими соображениями с бароном или с отцом Иви, и не делать ничего такого, что наверняка вызовет гнев обоих. Об этом она и сказала подруге, однако та была настроена решительно.

— Ну уж нет! Конечно, если мы заметим хоть что-нибудь подозрительное, сразу же уйдём, и я обращусь к отцу. Но сначала присмотримся сами. Это ведь моя идея!.. Если боишься, можешь со мной не ходить. Но пообещай, что пока никому ничего не скажешь!