Чтение онлайн

Перед Рио возвышал тот самый таинственный человек в атласном голубом плаще. У него в руках был своего рода прозрачный щит, который формировался посредством фурьёку, а во второй руке были длинные иголки, которые больше напоминали спицы.

– Йо! – из последних сил закричал Лайсерг, повысив свой голос до такого предела, чтобы, наконец-то, докричаться до своего забредшего в пустоту и мрак друга.

Но было слишком поздно. В момент, когда Асакура всё же вздрогнул и поднял глаза, его взгляд сузился от испуга, так как на него уже прыгнул большой зверь, который был больше своей естественной природы, видимо, сказывалось большое количество фурьёку. Гепард резко схватил своими острыми зубами шамана, который каким-то чудом успел отшатнуться и избежать ранения, поэтому единственное, что пострадало, так это лёгкая майка. Однако и этого было достаточно, чтобы Йо был против силы удержан, а потом резко отправлен в полёт, лишившись и майки, и своего меча, а также получив сильный ушиб, после мощного удара спиной о борт арены.

По стадиону пронеслась волна визга и ужаса, который испытали зрители, закрывая глаза руками, чтобы не видеть этого всего.

– Господин Йо! – воскликнул Рио, сцепив в злости зубы и побежав вперёд, надеясь прорвать оборону этого незнакомца, однако не тут-то было.

Размахнувшись, противник придал ускорения своим длинным иголкам, которые в целенаправленном полёте на байкера увеличились и разорвались в воздухе, принося с собой новые ушибы, ссадины и раны для Умемии, который снова отлетел назад, кувыркаясь через себя.

Упав на колени и трясясь взглядом от ужаса и кошмара, который он не раз видел в своих снах и больше всего боялся в жизни, Лайсерг сжал кулак и ударил им о землю, которая была единственным местом без взаимодействия с тюрьмой.

Ненависть, злоба и ярость перекрылись отчаянием, ведь даузер не видел ни одного варианта, как можно помочь друзьям, и мог только с трясущейся агонией в глазах посмотреть на того, кто лишь посредственно виноват в этом.

Генрих вольготно и расслабленно сидел на своём месте на трибунах и предпочитал уделить своё внимание, как ни странно, Асакуре, который от мощного удара едва мог встать и собрать мысли (если они ещё остались) в кучу.

– И это великий Йо Асакура? – задал Шварц растянуто и очень разочарованно риторический вопрос, настолько сильно адресовав своё внимание шаману, что не заметил, как сильно трясётся взгляд его жены, которая испытывала такой же, как и у Лайсерга, ужас и страх.

Сдерживать эмоции было всё труднее, и порой казалось, что она сейчас плюнет на свою, так называемую, миссию и раскроет себя, чтобы спасти любимого человека. Однако в блондинке всегда была, есть и будет необузданная сила, которая помогала ей сохранить спокойствие на лице и продолжить играть роль железной леди так же, как и пять лет назад. И эта сила – вера. Вера в то, что Йо справится со всеми трудностями, даже если причина им она сама.

– У Дитела тоже дела не очень, – с усмешкой сказал курносый мужчина – правая рука Генриха, который сидел так символично справа.

Смотря пристально на то, как Ридъярд в обличие гепарда снова кинулся на Асакуру, который даже не оборонялся и снова попался в ловушку острых зубов, на сей раз получив рану, Генрих увидел то, как Умемия снова кинулся на помощь закричавшему от боли другу, но снова отлетел назад от очередного мощного и разрывного удара, и, наконец, посмотрев на совершенно отчаявшегося Лайсерга, который не вставал с колен и вообще не мог заставить себя поднять взгляда на происходящее, Шварц без усмешки, совершенно серьёзно, сказал:

– Дител – не герой этой истории, – его бровь в безразличии дёрнулась, и он дополнил, – он всего лишь живая и одиночная мишень.

«Ты прав, он не герой, но он и не один», – мысленно ответила на его высказывание Анна, веря, просто веря в них троих.

====== 86. Герой – это верный друг. ======

Боль на сей раз физическая пронзала бедро молодого шамана, которого изрядно потрепал его противник, умеющий перевоплощаться в животных, маски которых он менял в зависимости от ситуации.

– Господин Йо, деритесь! – кричал ему с центра арены Рио, которому тоже неслабо досталось от своего противника, однако в его мыслях был лишь друг, который, похоже, совершенно не собирался отвечать на атаки своего противника.

Да, Асакура вставал, но лишь на автомате и даже не до конца, получая очередной удар от массы зверя, как только оказывался на четвереньках.

– Почему он не дерётся?! – дёргался на своём месте Юсуи, уже забыв о том, что значит сидеть смирно, и выкидывал руки вперёд, желая броситься на арену и настучать по голове не Ридъярду, а Йо, чтобы он, наконец-то, пришёл в себя.

– Он не будет драться, – смотря на шатена печальными и пустотелыми глазами, заявила Юи, так же, как и Лайсерг, узнав эту манеру и эту атмосферу.

Когда она вышла против команды дорэи, Вэй заведомо знала, что ей не победить, даже и пытаться не нужно было, поэтому шатенка решила просто сдаться и покорно принять уготованную ей смерть. Так и Йо просто сдался перед своим противником, которым являлся отнюдь не шаман из команды «Кукольный театр», а эта беспощадная любовь, которая сыграла с таким добрым и светлым человеком злую шутку.

Он не хотел бороться, и не только на арене, ведь ему было не просто больно, а невыносимо испытывать те же страдания, как и год назад, во второй раз. Не хотелось ничего, кроме как исчезнуть из этого мира. И такими темпами его желание могло претвориться в жизнь, причём загробную.

– Мы должны ему и ребятам помочь, – дёрнулась в сторону Сели, даже не зная, что она сделает, но полностью готовая выйти и стать живым щитом для друзей. Однако не только сильные руки мужа вернули её на место, но и тот факт, что Патчи уже во второй раз за всю историю турнира поставили барьер вокруг арены.

И причина была не только в знании Патчей, что друзья Асакуры могут не выдержать и пуститься на помощь – здесь был масштаб сочувствия покрупнее, ведь буквально весь стадион пронёсся уже обеспокоенными и готовыми к борьбе возгласами.

Как бы членам совета ни было жалко Йо и Лайсерга с Рио, они не имели права вмешиваться до тех пор, пока у всех членов команды не кончится фурьёку, а тем более они не могли допустить вмешательства шаманов, ведь иначе покровительство одним могло вызвать возмущение у других. В конце концов, это борьба, и она жестока.

– Давай, Асакура! Вставай и дерись! – кричал из общего шума и гула трибун Юсуи, зная, что он ничего не может сделать, кроме как отдать другу свою поддержку.

Йо не слышал его, ведь криков было много наряду со свистами разочарования, однако он шестым чувством ощущал мощные позывы друзей, которые ударялись о его стены отчаяния.

Стоя на четвереньках и тяжело дыша, шатен мечтал лишь об одном, чтобы эта пытка поскорее кончилась, чтобы он, наконец-то, освободился от оков человеческой жизни и ушёл туда, где нет боли.