Чтение онлайн

– Объясни, что происходит! – крича Дителу прямо в лицо, не ослаблял хватки Йо, не мирясь с мыслью, что Анны больше нет в деревне.

– Не сейчас, Йо! – пытался вырваться парень, смотрящий только на вход в штаб, который был уже совсем недалеко. Однако стоило ему лишь дёрнуться, как его тут же грубым образом вернули назад, показывая несогласие с таким раскладом событий. Сила ярости настолько завладевала разумом Асакуры, что он и сам едва мог контролировать себя. Появилось невероятное и пугающее желание выбить правду из Лайсерга любой ценой.

– Сейчас же! – всё тем же гневным криком потребовал объяснений шаман, однако в следующую секунду он услышал, как их догнали остальные ребята.

– Господин!

– Асакура!

Все голоса стали перемешиваться в ужасе и страхе, а до слуха ещё более или менее вменяемых ребят начало доноситься то, что на стадионе тоже происходит какое-то оживление, никак не связанное с турниром.

– Пусти! – оттолкнул от себя друга Дител и снова побежал к штабу.

Извиняться он будет потом, а сейчас было важнее всего то, что...

...

Мысли всех оборвались буквально в ту же секунду, когда даузер снова побежал к серому зданию, за которым располагался стадион. Стоило ему пробежать буквально пару метров, как вдруг из окон и двери этого строения вырвалось пламя, аккомпанементом которому послужил мощный взрыв и не менее сильная взрывная волна, не только содрогнувшая округу, но и отбросившая назад даузера. Он почувствовал, как его слуховые перепонки чуть не лопнули, как голову пронзила физическая боль, которая «прекрасно» сочеталась с душевной и превращала существование парня в пытки.

Мощь разрывной волны была не такой, чтобы разрушить всю деревню, – всего лишь здание – однако проблема была ещё и в том, что одновременно с этим раздался и ещё один взрыв на стоящем позади стадионе, и вот там-то сила бомб была велика настолько, что вся земля деревни задрожала от истерики и паники.

Чувствуя, что его слух стал весьма приглушённым, словно всё вокруг погрузилось в замедленную съёмку, лежавший на спине и усыпанный осколками стекла Лайсерг едва смог приоткрыть глаза и увидеть, что не только штаб горит ярким пламенем победы Шварца, но и со стадиона валит густой и едкий дым. Однако вопреки тому, чтобы понять, что Генрих всё продумал заранее, Дител успел подумать только об одном – если бы Йо не остановил его, он бы забежал в штаб. Ещё бы минута, и он бы навечно исчез с лица этого мира. Снова он обязан ему жизнью, снова после пробуждения он почувствует угрызения совести, что не смог защитить тех, кто ему дорог, ну а пока, не сумев перебороть силу поражения и боли, Лайсерг резко выдохнул и погрузился во тьму, где нет ничего – только боль.

До слуха доносились лишь чёткие звуки аппаратов, которые реагировали на такт биения сердец, тем самым разрушая тишину и спокойствие больничной палаты. Медленно открыв глаза, при этом ощущая то, как тяжёлые веки едва могут подчиняться приказу мозга, молодой детектив первым делом увидел белый потолок комнаты, в которой он пробыл в беспамятстве около пяти часов.

Чувствуя, как даже волосы на голове болят от усталости, малахитовый принц смог только повернуть голову в сторону, чтобы осмотреться вокруг и понять, где он: у врагов или друзей. Однако стоило ему лишь это сделать, как вдруг сила шока возобладала над изнеможением, и его глаза расширились от ужаса, а в лёгкие перестал поступать кислород.

С трудом поднявшись на локтях и издав при этом звуки преодоления боли, Лайсерг не верящим и прикрывающимся взглядом осматривал вытянутую палату, где в два ряда от одной стены до другой тянулись больничные койки, каждая из которых имела своего «владельца». Большинство из них были Патчами, хотя и встречались незнакомые лица шаманов, возле которых сидели близкие или друзья, полностью удручённые кошмарным происшествием.

В следующий миг, когда перед глазами Дитела пронеслись последние события и эмоции, он не успел толком обновить в своём сердце боль поражения по всем фронтам, как вдруг дверь в палату отворилась и через неё в комнату зашла молодая девушка-медсестра, которая, увидев пробуждённого, расцвела от радости и облегчённо выдохнула.

– Мистер Дител, как Вы себя чувствуете? – несмотря на то, что она была ему сверстницей, девушка всё же держалась официального тона при работе с пациентами, однако её заботливый вопрос остался без внимания.

– Что с моими друзьями? – ответив вопросом на вопрос, тут же забеспокоился за Йо и ребят Дител, что ярко отразилось на частоте его сердцебиения. Он не хотел даже думать о том, что они тоже пострадали, а если это всё же случилось, то даузер уже знал, что не сможет пережить этого.

– Успокойтесь, – видя, что англичанин откидывает одеяло и пытается встать, подбежала к нему девушка, которой сильно влетит, если она отпустит его в тот момент, когда пострадавшему так нужен покой. – Ваши друзья целы и невредимы, – интересоваться фамилиями его друзей не было нужды. Все и так прекрасно знали, кто такой Лайсерг Дител и с кем он общается. – Они только недавно закончили помогать разбирать завалы на стадионе и сейчас находятся в администрации, – но вдруг дыхание медсестры перехватило, и она негромко, чтобы не тревожить пострадавших, с мольбой воскликнула: – Мистер Дител, прошу: вернись, Вам надо...

– Мне надо к моим друзьям, – чётко ответил Лайсерг, вставая с койки, и, невзирая на боль в каждой клеточке своего тела, медленно направился к выходу, ещё несколько раз на своём пути отвечая девушке отказом на её убедительную просьбу вернуться назад.

Столько всего сразу и всего лишь за какое-то утро навалилось не только на сердце детектива, но и на «плечи» деревни Добби, которая получила мощнейший «выстрел» в самое сердце. Не каждый смог стойко принять удар и злую шутку судьбы. В деревне остались только те, кому было, за чью жизнь беспокоиться, или те, кому было, что терять. Остальные же, перепуганные до смерти двумя мощнейшими взрывами, которые случились явно не из-за утечки газа, предпочли как можно скорее покинуть деревню, в которой накануне финала турнира начали происходить жестокие и уносящие жизни людей события.

Возле стадиона располагалось большое многоэтажное здание, которое все знали, как центр регистрации и администрацию деревни. Именно в это здание, в один из кабинетов на первом этаже, спустя несколько часовой изнурительной работы заявились, пожалуй, самые отзывчивые и смелые шаманы деревни, которые помогли оставшимся в строю Патчам разбирать завалы и извлекать из-под них то труп товарищей, то пострадавших шаманов.

Общая картина произошедшего была такова: как только бомбы были обнаружены, Патчи незамедлительно стали эвакуировать людей, из-за сдающих нервов переругавшись между собой. Практически все успели убежать от мощной и разрушающей стадион волны, однако слово «практически» на то и существует, чтобы олицетворять горькую ложку дёгтя в бочке мёда. Самый большой удар пришёлся именно по совету, которые не могли покинуть опасной зоны, пока не убедятся, что все в безопасности. Однако времени не хватило как на удостоверение, так и на эвакуацию. Совсем чуть-чуть, но это привело некоторых к плачевным последствиям.

– Аккуратнее, – тихонечко произнесла Сели, в глазах которой было столько сострадания, что казалось, если бы эту силу можно было бы направить на исцеление, то все бы сейчас поправились, да и мёртвые обрели бы вторую жизнь. Подложив подушку под голову Голдве, которого Трей и Рио только что усадили в кресло, и убедившись, что с главой совета всё в относительном порядке, она быстро вернулась к друзьям, чтобы дать им воды. Сели не сильно могла помочь в разборке завалов, но она делала всё возможное, чтобы ребята могли результативно работать.