Лунный цветок
Шрифт:
Как только мы будем на свободе и в безопасности, я брошу Джакса. Никакие красивые слова меня не переубедят. Теперь я знаю, что он любит контроль. Он любит свою ложь.
Мало того, он гребаный истребитель, а истребители убивают ночных странников.
Мы пробираемся по шахте к коридору, ведущему в мою комнату, когда Джакс останавливается у поворота и что-то бормочет себе под нос. Я подползаю ближе к Коулу, гадая, что происходит, когда Джакс говорит:
— Я хочу, чтобы вы оба закрыли глаза. Я проведу вас. Когда я скажу остановиться, вы должны это сделать. Вентиляция Саи открыта, и вам нужно проползти над ней, не провалившись вниз.
Когда он оборачивается к нам, я говорю:
— Ты просишь закрыть глаза не поэтому.
— Просто доверься мне, ладно? — в его голосе звучит искренность.
Джакс пятится назад, пока мы движемся вперед. Коул огибает поворот с закрытыми глазами, пока мигает красный свет. Когда я дохожу до конца, я глубоко вдыхаю, чувствуя вкус ржавого металла на языке. С закрытыми глазами я медленно продвигаюсь вперед, стараясь двигаться как можно тише, осознав, насколько громко мы звучим.
Мое дыхание кажется оглушительным.
Руки и колени с грохотом бьются о металл.
И если мы настолько шумные, что же тогда слышит эта тварь?
Коул судорожно вдыхает, и мои глаза распахиваются. Густая кровь хлещет из-под ног Коула.
— Сая, закрой глаза! — шипит Джакс.
Я зажмуриваюсь и проталкиваюсь сквозь липкую кровь. Мои пальцы вздрагивают, когда я натыкаюсь на что-то, и осознаю, что касаюсь трупа.
Её трупа.
Пряди волос Мэнни путаются между моими пальцами. Я задеваю расчлененные части её тела, продвигаясь вперед и подавляя рыдания.
Прости. Прости. Прости.
— Меня сейчас вырвет, — вскрикивает Коул с булькающим звуком.
— Всё в порядке, — говорит Джакс. — Лучше сделай это сейчас, пока мы не добрались до «Заветной комнаты».
Вокруг нас разносится хриплое дыхание и кашель, затем Коул сплевывает.
— Прости, — бормочет он.
— Всё хорошо. Тебя не вырвало едой, а значит, у твоего организма нет ничего лишнего. Продолжаем. Я держу тебя за руку, мы идем к вентиляции. Сая, подожди там, пока я не вернусь за тобой.
Мои руки немеют, я замираю, вслушиваясь в их движения впереди. Джакс подбадривает Коула, затем поздравляет его, когда тот перебирается. В следующий миг я чувствую его дыхание на своих волосах.
Окровавленная, липкая ладонь сжимает мою. Теплые губы прижимаются к моему лбу — это прикосновение кажется чужеродным и неприятным на моей коже.
— Всё, малышка. Я держу тебя. Просто иди на мой голос.
Он велит мне ползти вперед и направляет мою руку к другому краю вентиляции. Я вздрагиваю, когда мои ладони снова упираются в плоть — в то, что когда-то было Мэнни.
Прости. Прости. Прости. Прости. Эти слова пульсируют в моем мозгу вместе с раздирающим чувством вины.
Остаток пути я преодолеваю сама. Когда я выбираюсь, Джакс говорит, что мы можем открыть глаза, но просит не оборачиваться. Кожу на затылке покалывает, и я заставляю себя двигаться дальше, не желая запомнить Мэнни такой. Требуется вся воля, чтобы не смотреть назад и сосредоточиться на Джаксе.
— Откуда ты знаешь, что в столовой будет ключ-карта? — спрашивает Коул.
Джакс ползет дальше.
— Помнишь те крики? Двери в столовую наверняка были открыты, и тварь устроила там резню.
Коул следует за Джаксом, и я понимаю, что мы добрались до первого этажа.
— Не психуйте, когда войдем. Подозреваю, там все мертвы, — предупреждает Джакс. — Как только достану карту, идем на кухню и через заднюю дверь в зону разгрузки.
Мы проползаем над люком рядом с «Заветной комнатой». Я смотрю вниз и тут же отворачиваюсь, видя кровавые полосы на лестнице. Истерзанное тело Дэна лежит неподалеку, его внутренности разбросаны повсюду.
Мы достигаем вентиляции в «Заветной комнате», и Джакс легко выламывает решетку.
— Ждите здесь, — шепчет он, соскальзывая вниз с деревянным колом в руке. — Какого черта? Эмили?
Судорожный вздох вырывается у меня, когда я наклоняюсь над Коулом и вижу Эмили, выползающую из-под кровати. За ней следуют еще несколько человек. Джакс помогает мне спуститься, затем Коулу, и мы отходим вглубь комнаты. Пока мы быстро смываем худшую грязь и кровь в ванной, Эмили рассказывает, что восемь человек пришли сюда по указанию Дэна, а сам он пошел искать нас.
— Я знаю, что та тварь убила его, — говорит Эмили, и слабая улыбка дрожит на её губах. — Я бы узнала его голос где угодно. И Мэнни…
Я обнимаю Эмили. Нам это нужно. Просто гребаный миг, чтобы вдохнуть.
Джакс касается моей руки, когда я отстраняюсь от подруги.
— Надо идти. Пока ночной странник не вернулся.
— Это был ночной странник? — спрашивает Эмили.
Он шевелит плечом.
— Когда я всадил этот кол ему в сердце, штука мгновенно состарилась и рассыпалась в прах. Думаю, этого достаточно, чтобы называть её ночным странником.
Эмили бросает на него странный взгляд. Я молчу, плотно сжав губы. Я введу её в курс дела, когда мы выберемся.
Я хватаю за руки и Эмили, и Коула, бросая на Джакса вызывающий взгляд. Его лоб прорезает глубокая морщина, но он молчит. Я не оставлю брата и подругу, и если ради этого придется держать их за руки всё время — я буду это делать. В этот раз Джакс меня не остановит.
Вместо спора он подходит к выходу из комнаты и выглядывает наружу.
— Думаю, тварь на третьем этаже, но нам нужно двигаться осторожно и тихо. Никаких разговоров, как только выйдем. Просто идите за мной, ясно?
Лора забивается в ванную.
— Да пошли вы все! — шипит она, закрывая дверь на замок.
Закатив глаза, Джакс отворачивается и выходит, я следую за ним. Я сверлю взглядом затылок Джакса, лишь бы не смотреть на Дэна, размазанного по лестнице.
Впереди, у выломанных дверей столовой, горой лежат тела. Кишки и куски плоти хлюпают под моими босыми ногами, когда я переступаю через трупы. Мы проходим мимо общих туалетов. Двери открываются, и к нашей безмолвной группе присоединяются другие Доноры.