Чтение онлайн

С в е т а. На своих собираешься спать?

Т о л я. Жизнь подскажет.

С в е т а. Я с мамой лягу, а ты постелешь себе. Тогда твое приданое не пропадет.

Т о л я. Не пропадет мой скорбный труд. Я стирал и гладил все свободное время. Покупал, стирал и гладил.

С в е т а. Сам?

Т о л я. Я один, как ты знаешь. В моем родном городке тоже был один, хотя мама в свое время не согласилась меня женить на одной местной девочке. Сказала, что у нее родители до третьего колена ей известны и все воры. Так что я все стираю себе и глажу до сего времени сам.

С в е т а. Вас там в нахимовском приучили вальс танцевать и стирать.

Т о л я. Ты со мной зря не пошла на вальс.

С в е т а. У меня нога стертая, ты бы мог пригласить Кузнецову.

Т о л я. У нее свой муж для этого есть — и сидел.

С в е т а. Он бы не обиделся, если бы ты Кузнецову пригласил.

Т о л я. Да, он бы не обиделся.

С в е т а. Главное, два дела тебя приучили в нахимовском: танцевать и простыни стирать. Одно другое дополняет, идеал настоящего мужчины.

Т о л я. Почему же? Мы в нахимовском были на всем готовом, простыни стирать не приходилось. Это вообще дело не такое. Не умею. Даже когда я на буровой работал в степях Казахстана, и то у нас повариха стирала. И в Свердловске я ведь на квартире у хозяйки жил, по договоренности, опять-таки с ее простынями.

С в е т а. Ты это все рассказывал.

Т о л я. Я про простыни впервые. Первый раз в жизни простыни стирал, когда к тебе собирался. Купил, выстирал в порошке и прогладил. На купленных сразу ведь спать не будешь — через сколько рук прошли: швеи-мотористки, не говоря уж о ткачах, потом ОТК, потом на складе, дальше продавцы, покупатели.

С в е т а. Молодец. Гигиену соблюдаешь.

Т о л я. Да, я аккуратный парень, брезгливый.

С в е т а. Брезгуешь нашими-то полотенцами?

Т о л я. Я? Нет. Зачем.

С в е т а. А почему свои привез?

Т о л я. Ну так как же… Ведь я знаю. У вас на самом-то деле не густо.

С в е т а. Не густо, но я всегда к Новому году сама себе подарок делаю: две новые смены покупаю, и спим на чистом.

Т о л я. Первое дело. Мы тоже так будем делать, я тебе буду дарить. В нашей семье.

С в е т а. Где это ты видишь — в нашей семье? Может, ничего еще не будет.

Т о л я. Поглядим — увидим. (Подходит к Свете и неожиданно для самого себя кладет ей руку на грудь.)

С в е т а (отшатываясь). Уйди-ка.

Т о л я. Ну что ты? Что ты? Чего боишься? Ничего не будет.

С в е т а. Ты где, в порту находишься? Матрос дальних странствий. (Ее разбирает смех.)

Т о л я. Ну зачем ты? Ты моя жена.

С в е т а. Фактически нет, и не думай.

Т о л я. Это дело пустяка.

С в е т а. А будешь приставать, так поедешь к себе.

Т о л я. Куда? Куда я поеду?

С в е т а. А куда знаешь. (Все еще посмеивается.) К своей маме.

Т о л я. Она ведь у моей сестры живет. Там некуда.

С в е т а. Тогда к себе в Свердловск. К хозяйке.

Т о л я. Я оттуда уже выписался. Все! Отовсюду выписался, дом материн в родном городке продал. Я нигде! Вот стою тут, у твоего стола, пока у твоей матери.

С в е т а (посмеиваясь). Стоишь — так садись.

Т о л я. Не надо. Обождем, постоим.

Пауза. Толя все воспринимает всерьез.

С в е т а (посмеиваясь). Пристает!

Т о л я. Как это получается, что муж к жене пристает? Этого не может быть на самом-то деле. Муж жену уважает, и все.

С в е т а. Оставим разговор.

Т о л я. Мама ведь уехала специально, ради чего страдала, к чужим людям ночевать собиралась?

С в е т а. Я еще раз тебе повторяю, что она ночевать не любит. Она ничего про ночевку там не говорила — значит, не будет. Она что говорит, то и делает, и я такая.

Т о л я. Это хорошо. (Задумывается.)

С в е т а. Я говорю только то, что думаю, я ни от кого не завишу. Зачем мне придумывать что-то, врать, потом опять придумывать дальше. Говорю, что думаю.

Т о л я. Но она еще не скоро, чего ты боишься?

С в е т а. Мы сколько в ресторане просидели, во-первых. Во-вторых, откуда ты взял, что я боюсь? Я не боюсь. Я вообще не имею привычки говорить неправду. Что ты тогда обо мне знаешь?

Т о л я. Я к тебе присмотрелся за пять лет учебы.

С в е т а. Присмотрелся, но не знаешь.

Т о л я. Я все знаю, но не хочу знать. Около тебя вертелись двое, но не решились.

С в е т а. Не будем меня обсуждать, договорились? Если ты меня спросишь, я скажу честно.

Т о л я. Мне нечего тебя спрашивать, я тебя узнал за пять лет учебы в университете.

С в е т а. А я вот тебя вообще не знаю. Ты учился в другой группе, мы закончили, ты ко мне ни разу даже не подошел за те самые пять лет. Ни на вечерах, нигде.

Т о л я. Это значит, я наблюдал и сравнивал.

С в е т а. Потом вообще взял распределение в Свердловск, уехал. Нужна я тебе была, если ты уехал? Так не бывает. Уж если любит кто кого, зачем ума искать и ездить так далеко, — так Грибоедов писал. Помнишь, Мамонов читал нам на тему этих слов целую лекцию о различии женского и мужского?

Т о л я. Я все эти годы подбирал, и отпадали одна за другой все кандидатуры.

С в е т а. Что есть назначение женщин в этом мире и что удел мужского начала.

Т о л я. Я и уехал в Свердловск, ничего не решив.

С в е т а. Все отпали?

Т о л я. Я уехал в Свердловск, ничего не решив.

С в е т а. Полюбил бы хоть раз одну, не отпала бы.

Т о л я. Я не могу любить. Что с меня возьмешь. Я не умею. Я моральный урод в этом смысле. Я не умею. Я тебе сказал. Я честно тебе все сказал: не люблю никого, но я хочу жениться на тебе. Хотел, вернее.

С в е т а. Теперь не хочешь?

Т о л я. Теперь женился с сегодняшнего дня.

С в е т а. Говорят, что это проверяется так: спросить мужчину, женился ли бы он на своей теперешней жене еще раз. Что ты на это ответишь?