Чтение онлайн

Мария стала расспрашивать о видах магии. Из всех объяснений Егерона она поняла, что можно выделить основные «квалификации» магов — «природники», которые управляли всеми видами природных явлений, «натуралисты», которые управляли флорой и фауной, «творцы», которые создавали все, что окружало их, «материалисты», которые работали с «материей» — камнями, песком, водой и т. п.

— А у тебя какая? — спросила Мария у хранителя.

— У меня магия божественного света, — увидев ее вопросительный взгляд, улыбнулся. — Я вижу души, могу ими управлять.

— Менталист? — спросила Мария.

Он только пожал плечами. Не будет же он говорить, что видит все потайные мысли, видит суть человека, может влиять на события и умы людей, на ход событий, останавливать время. Может даже убить, если будет такая необходимость. Многое может его магия, а если придется, то и повоевать сможет. Но он старался лишний раз не использовать свою магию, чтобы не навредить. Он еще в своей далекой юности дал себе слово, что будет вмешиваться в ход событий только тогда, когда возникнет крайняя необходимость.

Однажды он, не разобравшись в происходящем, применил свою магию, изменил жизнь одному человеку, который, как ему казалось, нуждался в помощи. После этого на «спасенного» им навалились всевозможные беды и несчастья. Исправить судьбу этого человека у Егерона так и не получилось, а человек проклинал его до конца своей жизни. Уже когда он стал хранителем Оракула, спросил об этом у богов. Те ответили, что каждому на этой земле предрешено пройти свой путь со всеми испытаниями и от того будет зависеть, как сложится их жизнь. Вот и с Марией Егерон видел, как будут складываться ее отношения с Вадимирисом. Но только от них самих будет зависеть их будущее, смогут ли они узнать друг друга, принять ситуацию, поверить в то, что они предназначены друг другу богами. Он не вправе вмешиваться, он может быть только рядом с Марией, помогать и учить. А то, что она со всем сможет разобраться, Егерон не сомневался. Главное, что в ней нет подлости и алчности. Даже среди мужчин он редко встречал таких цельных личностей, как Мария, которые всегда будут на стороне добра, придут на помощь, все сделают своими руками и добьются вершин в своем деле, придут на помощь своим близким. Даже то, как она общалась с Данирией, Вадимирисом и Малдинсом ему нравилось. Егерону с ней интересно.

В воспоминаниях Марии он видел очень многое про ее мир, ему было очень интересно, но не признавался девушке в этом. И никогда не скажет, что также видел в ее памяти предательство человека, которого она любила. Поэтому был доволен тем, как Мария была спокойна, когда увидела на балу Гартению, и как повела себя потом, когда та хотела отравить ее — без истерик и требований немедленно казнить девицу. Он восхищался выдержкой Марии, ее спокойствием и знанием того, что она будет делать. Осуждал ли он за происходящее Императора? Скорее нет, чем да. Вадимирис вырос в этом мире, где были свои правила. Тем более Вадимирис родился в семье Императора и сам стал Императором. Вокруг него всегда были женщины, желавшие стать его женой. Егерон видел суть каждой, но не вмешивался в их отношения с Императором. Он знал, что боги все равно не признают этих женщин женой Императора. Для него боги нашли иную, самую достойную. И Вадимирис сам должен понять, что Мария — настоящий дар богов, за который он потом будет благодарить их.

Они ехали вдоль каменной ограды виллы, Мария осматривалась по сторонам. Заросли акации бурно окружили виллу. Они с трудом пробирались сквозь колючие ветви, иногда приходилось спешиваться. Вдруг она услышала звуки, прислушалась, остановила свою лошадь.

— Егерон, мне кажется или я действительно слышу блеяние?

Он прислушался и улыбнулся.

— Ты права.

Они проехали дальше и, выехав из зарослей акации, увидели небольшое стало овец и коз, которые паслись на большой поляне среди покрытых редкой растительностью холмов. В стороне на большом камне сидел мальчишка на вид лет десяти, худой, смуглый с длинными темными волосами, убранными в косичку. На нем была скромная, но опрятная одежда. Он подскочил со своего места и выхватил откуда-то большой нож, выставил перед собой.

— Не подходите! — отчаянно крикнул мальчишка. — Вы не получите ни одной овцы. В прошлый раз вы и так забрали трех.

— Успокойся, малец, — сказала Мария, поднимая руки в успокаивающем жесте. — Мы не бандиты. Я — Мария, живу на этой вилле, — она кивнула на ограду. — А ты кто?

— Я Джанир, — после заминки ответил он, все еще продолжая сжимать в руках свой нож.

— Ты живешь здесь? Где твои родители? — спросила Мария.

— Мы живем здесь. Мой отец умер, здесь только моя мама.

Было заметно, что мальчишка немного успокоился, опустил нож, хотя все еще был готов к любой опасности.

— Ты проводишь нас к своей маме? — спросила Мария.

Джанир кивнул головой, потом неожиданно свистнул. Его маленькое стадо, которое разбрелось по поляне, вдруг стало стягиваться к пастушку.

— Магия, — тихо подсказал Егерон. — Судя по всему, он умеет управлять животными.

Через минут пять Джанир повел Марию, Егерона и свое стадо куда-то в сторону разрушенных построек, которые, судя по всему, находились на «задворках» территории виллы. Мария увидела четыре небольших дома, один из которых казался жилым. Из трубы шел легкий дымок — хозяйка что-то готовила на кухне, возле дома был устроен загон. Овцы и козы вошли в этот загон, Джанир задвинул большой засов на воротах. Из дома вышла женщина. На вид ей было около сорока, довольно высокая, смуглая, с темными волосами, приятным, но каким-то изможденным лицом. На ней также была старенькая, но чистая опрятная одежда. Ее карие глаза с тревогой смотрели на своего сына и на незнакомцев.

— Джанир, что случилось? Кто эти люди? — спросила женщина, подходя к ним и закрывая его своим телом от возможных неприятностей.

— Добрый день, — поздоровалась Мария, соскакивая со своей лошади. — Я Мария, теперь живу на этой вилле.

— Простите нас, — вдруг смутилась женщина. — Мы не знали, что на вилле есть хозяева и заняли этот дом. Простите. Нам больше некуда идти.

— Не волнуйтесь, — успокоила ее Мария. — Расскажите мне о своей беде, и мы подумаем, что можно сделать.

Женщина отвела их за дом, в сохранившуюся беседку, увитую виноградной лозой. Из рассказа Анжары, как представилась женщина, узнали, что два года назад она вместе со своим мужем и сыном уехали из Южной провинции, где царила засуха, и местный правитель ничего не делал для народа. Люди умирали. Те деньги, что отправлял Император в помощь, не доходили до нуждающихся, почти все забирал правитель Эндимир Сияющий. У мужа Анжары были какие-то родственники, которые жили в государстве, расположенном за Большим морем. Они собрали свои нехитрые пожитки и отправились в Лабаленк, откуда собирались на корабле уплыть к родне. Но когда они добрались до этой виллы, где решили остановиться на ночлег, случилось несчастье — мужа укусила змея. Два дня он метался в беспамятстве, а потом его душа покинула этот мир. Похоронив мужа, Анжара вместе с сыном, которому тогда было девять лет, решила сама отправиться за Большое море. Но оказалось, что давно корабли оттуда не прибывают к берегам Лабаленка. Анжара пыталась найти пристанище в городе, но примар Глердис сказал, что не потерпит в своем городе попрошаек. Их никто не захотел брать на работу. Тогда они вернулись на виллу и заняли один из домов, где ранее, судя по всему, жили слуги бывших хозяев. Здесь сохранились плодовые деревья, виноградник, несколько огородов, где Анжара нашла несколько кустов картофеля. Они остались здесь, где была могила мужа, им некуда было идти. Через месяц к их дому прибились две овечки, баран, а еще через неделю прибилось три козочки. Вместе с сыном они построили загон. В Южной провинции они держали коз, поэтому эта работа была для Анжары знакома. Они пытались продавать сыр в городе, но их даже не пускали на порог ни в один из домов. Примар Лабаленка держит всех оставшихся горожан в страхе, запрещая торговать без его разрешения. Договориться с ним у Анжары не получилось. Он даже не стал ее слушать, приказал выгнать и наказать ее плетьми за то, что она посмела обратиться к нему. За два года их небольшое стадо разрослось. Так они и жили, пока около года назад на них не стали нападать бандиты, которые отбирали у них баранов и коз, угрожали убить Джанира, разорить их дом.

— Теперь можете не переживать, бандиты больше не побеспокоят вас, — улыбнулась Мария. — А по поводу этого дома, — она обвела взглядом домик, который стараниями Андары выглядел ухоженным, сад вокруг него, беседку, — живите, сколько хотите. Я буду только рада такому соседству. Могу даже чем-то помочь вам, если сможем договориться. Мы приехали на виллу только вчера вечером, и я пока ничего не знаю. Давайте встретимся с вами чуть позже и обо всем договоримся? Мне очень захотелось познакомиться поближе с этим примаром Глердисом.

Попрощавшись с Анжарой и Джаниром, Мария вместе с Егероном продолжили свой объезд территории. Было видно, что земли здесь заброшены, давно построенный прежними владельцами виллы водопровод частично разрушен. Мария ехала и продолжала записывать в своем ежедневнике свои мысли и планы.

Когда они вернулись на виллу, Мария удивилась. Данирия хлопотала на кухне, что-то весело готовила на плите.

— Ой, элира Мария! Вы представляете, наш Малдинс оказывается очень сильный маг. Он смог починить плиту!