Чтение онлайн

— Он помогает мистеру Мильнеру решать, какой чай закупать на аукционах.

— Я рада, что Джек добился успеха, — сказала Кларри.

Олив взглянула на нее с сомнением.

— Ты никогда не верила в Джека так, как я.

Уилл удивленно посмотрел на Кларри, но она решила не отвечать на эту колкость.

— И ты не ошиблась, — произнесла она, вставая. — Хочешь, приезжай к нам на Пасху. Дома будем только мы с Уиллом и Герберт. Берти с семьей уехал во Францию.

— Приходите, Олив, — поддержал Кларри Уилл. — Папа будет очень рад увидеть Джорджи.

— Мы не называем его Джорджи, — раздраженно сказала Олив. — Мне очень жаль, но к нам в гости придет мама и Томас со своей подругой.

Увидев, как огорчился Уилл, она добавила чуть мягче:

— Джек надеется, что его брат наконец-то сделает предложение своей девушке. Мы уже не знаем, как намекнуть ему на это. Бедная Анна скоро выйдет из возраста невесты, если он не поторопится.

Вдруг Олив покраснела и отвела смущенный взгляд, крепко прижимая к себе Джорджа. Снова между сестрами встала невидимая стена, пропасть между матерью и бездетной женщиной. Кларри огорчало то, что Олив не подпускает ее ни к себе, ни к своему ребенку, как будто она могла разрушить их с Джеком уютный мирок. На мгновение она задумалась: почему младшая сестра относится к ней с таким недоверием, что даже не хочет от нее ничего принимать?

— Береги себя, — сказала Кларри, уходя.

Она надеялась обнять напоследок Джорджа, но Олив прижала его к себе. Его пухлые ножки обхватили ее за талию, словно ребенок и мать были одним целым.

Возвращаясь с Уиллом домой, Кларри вдруг разрыдалась.

— Почему она так холодна со мной? Что я ей сделала?

— А у вас что-то было с Джеком? — спросил Уилл задумчиво.

— Ничего серьезного, — ответила Кларри с досадой. — Мы недолго встречались, да и виделись очень редко. Когда Джек разорвал наши отношения, Олив приняла его сторону и сказала, что во всем виновата я. Но это произошло много лет назад.

— Возможно, она до сих пор ревнует.

— Ревнует ко мне?! — с недоумением спросила Кларри. — Разве это возможно?

— Джек полюбил вас раньше, и, может быть, Олив думает, будто вы до сих пор ему небезразличны, — пояснил Уилл.

— Но это же абсурд! — воскликнула Кларри. — Они ведь так счастливы вдвоем, и у них есть Джордж. У нее нет повода для ревности.

Уилл остановился и взял мачеху за руки, нежно глядя на нее.

— Милая Кларри, вы даже не представляете, как легко в вас влюбиться, правда? Вы притягиваете к себе людей, как солнце.

Кларри вдруг засмеялась, хотя слезы по-прежнему блестели на ее темных ресницах.

— Уилл Сток, ты лучший утешитель, которого только можно себе представить. Каким же замечательным учителем ты будешь! В твоем классе не будет ни скучающих, ни павших духом учеников.

Взявшись за руки, они продолжили путь в Саммерхилл. На душе у Кларри стало светлее. Она не будет навязываться Олив и подождет, пока сестра сама не захочет ее увидеть.

Глава тридцать первая

Кларри отказывалась верить в мрачные прогнозы по поводу войны с Германией. Разговоры об этом велись в чайной, хотя основными темами дискуссий среди посетителей, интересовавшихся политикой, были борьба за оплачиваемые отпуска, легализация профсоюзов и дальнейшие шаги по пути завоевания избирательного права для женщин.

Такие завсегдатаи чайной, как Флоренс и Нэнси, многие соратницы которых угодили в тюрьму за участие в политической борьбе, пребывали в оптимистическом настроении.

— Нужно только дождаться осенних выборов, — рассуждала Флоренс. — Если либералы не пообещают эмансипации для женщин, они проиграют.

— Точно, — поддержала ее Нэнси. — Пусть потом скрежещут зубами от злобы!

Уилл сдал выпускные экзамены и получил диплом. Когда он вернулся домой в середине июня, Кларри устроила в его честь торжественный семейный обед, на который был приглашен и Джонни. Берти и Вэрити, зная, что спиртного на столе не будет, принесли с собой шампанского и много рассказывали о своей последней поездке во Францию. Они приготовили рекомендательные письма для Уилла и Джонни.

— У семьи Гийар прелестный замок недалеко от Ниццы, — сказала Вэрити. — Вы обязательно должны там остановиться.

— А в Париже, по пути на юг, вы сможете погостить у нашего доброго друга графа де Тинье, — хвастливо добавил Берти. — У него великолепный винный погреб. В прошлом году мы виделись с ним на Лазурном берегу.

— А что вы думаете по поводу разговоров о войне между Германией и Францией? — сочла необходимым спросить Кларри.

Они строили планы так, словно политическая обстановка в континентальной Европе вовсе не была напряженной.

— В чайной я слышала кое-какие слухи на этот счет.

— Уверяю вас, Кларри, — безапелляционно заявил Берти, — это именно слухи и больше ничего. Полагаю, наши французские друзья информированы лучше, чем сплетники в вашей чайной, не правда ли?

Она замолчала, слушая, как молодые люди оживленно обсуждают предстоящее путешествие по Франции, Италии, Германии и Австрии, и больше не вмешиваясь в разговор.

В конце июня Уилл с Джонни отправились во Францию. Кларри вместе с Лекси и Эдной поехала проводить их на Центральный вокзал. Она вспомнила, что чувствовала девять лет назад, когда они с Олив впервые сюда прибыли: беспокойство, благоговейный страх. А еще тогда было холодно.

— Однако какое зрелище мы представляли в платьях домашнего изготовления и в соломенных шляпах, — засмеялась она, вспоминая тот день. — Мы словно сошли со страниц повестей Киплинга. А потом дядя Джейред посадил нас на телегу, выставив на всеобщее обозрение.

— Люди, наверное, думали, что приехал цирк, — шутливо заметила Лекси.

— Скорее, прилетели две райские птички, — галантно вмешался Уилл.

Они смеялись, обнимая друг друга, а затем женщины стояли на перроне и махали вслед поезду, окруженному клубами дыма.

Через два дня после их отъезда газеты сообщили об убийстве в Сараеве. Кларри допоздна задержалась в чайной и смогла почитать газеты Герберту только следующим вечером. Сербский студент стрелял в эрцгерцога Франца Фердинанда, наследника Австро-Венгерского престола. Кларри бегло прочла заметку, гадая, не собирались ли Уилл и Джонни посетить Сараево.

В последующие дни и недели газеты стали наполняться тревожными новостями об ультиматуме, об испортившихся отношениях между Австрией и покровительницей Сербии Россией, а также между их союзниками — Германией и Францией. Будет ли Британия вовлечена в войну?