Чтение онлайн

Не Сю помедлил:

— Наставник Цинь недавно ведь особенно просил вас… не ввязываться в конфликты с Сун Ляо.

— Конфликт? — Цзи Боцзай приподнял бровь. — Какой конфликт? Я лишь исполняю скромное желание одной бедной и беспомощной девушки. Мы, боевые культиваторы, какими бы сильными ни были, не должны забывать, кем были прежде. Главное — не забывать корни. Да, в главном городе тоже много забот… но и простым людям нужно помогать. Поехали.

Не Сю: …

Вот уж не припомню, чтобы наш господин прежде так горел состраданием к народу…

Мин без труда выбралась из охраняемой комнаты, расположенной в боковой части здания. Она с лёгкостью, почти с радостью, прошла по территории поместья, начав поиски.

В сравнении с резиденцией Цзи Боцзая, охрана в поместье Сун была просто смешной. Она чувствовала себя здесь как у себя дома — перемещалась свободно, и вскоре уже держала в руках все учетные книги поместья Сун.

Как и ожидалось, после покупки чиновничьих должностей и нескончаемых «деловых» приёмов, их основные капиталы давно пошли в убыль. Последние годы Суны жили в убыток. Тех серебряных монет, что он отдал ей за шэньци, в документах нигде не значилось. Но ведь это была огромная сумма — ни источника, ни следа. Это уже само по себе говорило о грязной игре.

Сердце у неё похолодело. Если он посмел всучить ей фальшивые серебряные монеты… она обязательно сама явится с Небесной дланью карающей справедливости.

Но, увы, кроме этих сомнительных финансовых записей, в поместье не нашлось ничего, за что можно было бы прижать Сун Ляо по-настоящему. Хотелось обвинить его всерьёз — а пока зацепиться почти не за что.

Она всё ещё обдумывала это, когда вдруг где-то снаружи донёсся голос, приближающийся всё ближе:

— Да кто такой вообще этот Цзи Боцзай? Если прижмёт — сделаешь вид, что умер, и вали всё на него. Хоть он сейчас и на вершине, но если убьёт единственного мастера артефактов — ему тоже мало не покажется!

Мин И вздрогнула и поспешно юркнула за книжный шкаф.

Дверь с лёгким скрипом отворилась. В комнату вошёл тот самый старший господин, которого она уже видела раньше — вместе с Сун Ляо. Тоном увещевания он заговорил:

— С деньгами в поместье совсем туго. Если ты и дальше будешь околачиваться в Главном городе, наш род Сун недолго продержится.

Сун Ляо скривился с нескрываемым раздражением:

— Да если бы тогда я не столкнулся с этим Цзи Боцзаем на отборочном турнире — меня бы не выбили так быстро! Он всё нарочно подстроил! Я обязательно найду способ не только его уесть, но и сделать так, чтобы от него все отвернулись!

Мин И нахмурилась.

На отборочных победы и поражения — обычное дело. Что тут могло быть «нарочно»? Цзи Боцзай, скорее всего, даже не запомнил лица Сун Ляо.

— А тот мастер артефактов, которого ты притащил, ведёт себя как надо?

— Ведёт, — самодовольно усмехнулся Сун Ляо. — Столько времени сидит взаперти — и ни слова поперёк. Я велел спросить, как ему там, так он ответил: «Если есть работа — приказывайте». Жалкий бедняк без рода-племени. Я с такими справлюсь.

— Но это не спешно, — пробормотал старший господин Сун, задумчиво. — Побудь пока в юаньшиюане, раз уж удалось туда попасть. А я выйду — встречу Цзи Боцзая. Не думаю, что он на что-то осмелится.

— Хорошо, — кивнул Сун Ляо, посторонился, пропуская старшего, и на ходу прихватил из лакированной шкатулки на полке несколько серебряных купюр— засунул себе за пазуху и вышел следом.

Когда шаги их окончательно стихли, Мин И выскользнула из-за шкафа, отряхнула и пригладила смятый ею же самой свиток с бухгалтерскими записями, прихватила всё с собой — и ловко, по крышам и стенам, вернулась в ту самую комнату, где её держали.

— Ай-яй-яй, господин Цзи пожаловал — какое счастье для скромной обители, — с нарочитой любезностью распахнул дверь старший господин Сун, поклонился с улыбкой, — Простите, что заставили ждать. Чем обязаны визитом?

Глава 105. Нет доказательств? Создай доказательства

С мрачным и отстранённым видом Цзи Боцзай сделал шаг вперёд, выдвигая перед собой одного из своих помощников. Тот указал прямо на фриз ворот поместья Сун.

— Вот, господин! Я своими глазами видел, как барышню Мин втащили в этот дом.

Старший господин Сун побледнел и попятился:

— Какая ещё девушка? Молодой человек, не говорите ерунды, пожалуйста!

— Мою наложницу, официально признанную да сы и которой пожаловали цзиньчай-дучжэ — произнёс Цзи Боцзай, — вы осмелились схватить средь бела дня и заточить здесь, будто в подземелье! Или, может, я чего не знаю — и город Му Син теперь уже принадлежит роду Сун?

Он поднял руку, и в ту же секунду над всем поместьем опустился чёрный мрачный купол — это было его миньюй, поле юань, мощное и угрожающее.

От этой картины у старшего господина Сун подкосились ноги:

— Господин, прошу вас, рассудите по справедливости! Я ни о какой девушке не слышал! В поместье посторонних и близко не было!

Цзи Боцзай и не подумал слушать. Просто поднял ногу и зашагал прямо во двор, не обращая внимания на крики позади.

Господин Сун судорожно за озирался и, не теряя времени, подал знак слугам.

Те мигом поняли намёк и метнулись за ворота: этот Цзи Боцзай был слишком жесток и упрям — нужно срочно позвать уважаемых, знатных людей, чтобы те засвидетельствовали, что в этом доме ничего «такого» не происходит.

Чёрное миньюй, едва заметно поблёскивая золотом, нависло над поместьем Сун, будто гигантский колпак, заслонивший даже солнце.

Вся прислуга и жители поместья пришли в замешательство — не понимая, что происходит, метались кто куда. Мин И выглянула в окно, сначала удивившись, а затем без колебаний развязала на голове мужскую причёску.

Цзи Боцзай шёл медленно, словно давил ногами муравьёв, с безмолвной угрозой оглядывая двор.

Старший господин Сун издали наблюдал за происходящим и, несмотря на показную тревогу, втайне ликовал: Вот сейчас и подоспеют свидетели, всё увидят, всё услышат.

Цзи Боцзай уже почти дошёл до гостевых покоев, как вдруг вбежал запыхавшийся слуга:

— Господин! За воротами — гости!

— Не задерживай! — даже не обернувшись, велел тот. — Всех — скорее приглашай!

— Есть!

А тем временем Сун Ляо, весь в бинтах, опираясь на плечи двух слуг, хромал навстречу Цзи Боцзаю, преградив ему путь.

— Не знаю, чем мог оскорбить вас, господин, — проговорил он, едва не задыхаясь от показной слабости. — Но сегодня вы бесчестите меня самым грубым образом. Не забывайте — вы находитесь в чиновничьем поместье.

— Ты похитил мою наложницу, — ровно и спокойно произнёс Цзи Боцзай. — И тем самым нанёс мне оскорбление, которое смыть можно только кровью. Отдай её — и, возможно, я оставлю тебе хотя бы целое тело.

В этих словах звучала убийственная угроза — настолько явная, что Сун Ляо невольно остолбенел.