Любовь в огне не сгорает
Шрифт:
— Это все, чем я могу Вам помочь. Только умоляю, сидите тихо, иначе отец никогда меня не простит. — прошептала девушка, а потом после благодарного кивка колдуна, спросила: — Вы голодны?
Маркус был приятно удивлен таким вопросом, к нему давно никто не проявлял заботы, и даже элементарная вежливость казалась ему уже непривычной. Мужчина улыбнулся, но вместо того чтобы просто кивнуть, сказал:
— Если ты будешь продолжать выкать, я буду вынужден делать то же.
Марианна опустила глаза и через несколько секунд молчания переспросила немного дрожащим голосом:
— Ты голоден?
— Только если есть какие-то лишние продукты… тогда не откажусь.
Девушка кивнула и спустилась вниз за едой, а так как она тоже не успела поужинать, то решила составить мужчине компанию.
— Завтра отец поставит на повозку другую ось, — начала говорить за ужином Марианна. — У нее двойное дно. Там очень удобно было перевозить кур, но оно достаточно большое и вполне сможет вместить человека. Разве что будет немного тесновато. Если ты туда поместишься, то я без проблем вывезу тебя из города, а назад приеду с сеном, и никто ничего не заподозрит.
Этот план был довольно неплохой, ведь кто будет проверять пустую повозку? Маркус был очень удивлен тем, что девушка, которая не так хорошо с ним знакома, просто так помогает. Но потом он подумал, что если бы она знала его лучше, то вряд ли стала бы помогать. Нет, колдун не стыдился своего прошлого, он просто жалел, что вся его жизнь еще с детства полетела кувырком.
— Спасибо, что пошла на такой риск.
— Думаю, теперь мы будем в расчёте?
— Конечно! — с наигранной радостью произнес Маркус.
— Тогда доброй ночи.
Девушка даже не вышла, а выбежала из чердака еще до того, как мужчина пожелал того же в ответ. Марианна не могла долго находиться в присутствии этого человека и ничем не могла это объяснить. Стояло ей только посмотреть в его смоляно-черные глаза, как она тут же не находила себе места. Ей до ужаса не нравилось это чувство, и теперь она лишь хотела вернуть ему долг, чтобы ее совесть была чиста. А потом девушка собиралась забыть о нем, и обо всех последних событиях, и даже об этом пугающем ее чувстве. Девушка всю ночь ворочалась и не могла уснуть, за помощь колдуну ее могут сжечь вместе с ним. Она сама не знала, чем думала, когда решила ему помочь, но время нельзя повернуть вспять. Поэтому Марианна просто пожелала, чтобы все это как можно скорее окончилось, и она вернулась в свою беззаботную жизнь. Утром, за завтраком, пока отец не видел, девушка отнесла колдуну кое-какие продукты, чтобы тот немного подкрепился, и сообщила, что к обеду они уже смогут отправиться. Самой же девушке и кусок в горло не лез, у нее было плохое предчувствие, и она безумно волновалась. Когда Марианна уже убирала со стола, а отец собирался идти закончить работу над осью повозки, в дверь кто-то постучал. Сердце девушки замерло, и ее испуганный взгляд встретился с глазами отца, он, казалось, тоже был чем-то обеспокоен, но Марианна не знала чем. Потом он тихо, но внятно проговорил:
— Марианна…Они не должны его найти.
Девушку шокировали слова отца, и она непроизвольно открыла рот от удивления. Глава семейства поспешил объяснить:
— Я не слепой и не глухой. Один раз они его уже нашли, второй раз этого допустить нельзя.
Марианна ровным счетом ничего не поняла. Откуда узнал о месте нахождения Маркуса, допустим, он объяснил, но что имел в виду последующими словами, оставалось для девушки загадкой. Она не успела об этом как следует подумать, как трое стражников вошли в дом.
— С какой целью вы пожаловали? — начал вместо радушного приема хозяин дома.
— Мы ищем колдуна-убийцу. Он прячется у кого-то из жителей города. Нам необходимо проверить дом. Если вы начнете оказывать сопротивление, это будет расцениваться как пособничество колдуну. — сообщил главный страж.
Отец Марианны лишь бросил взгляд на свою дочь и покорно отступил. Прошло не больше пяти минут, как дом был осмотрен. Главный из стражей уже стоял на пороге и собирался выходит из дома, как вдруг один из его подчиненных, что то и дело косился на Марианну, увидел позади нее небольшую лестничку, которую никто не заметил и тут же сообщил главному стражу.
— Куда ведет эта лестница, милая? — спросил предводитель этой группы стражей, подойдя к Марианне и спрашивая непосредственно ее.
— На чердак. — совершенно спокойно ответила девушка, сама удивляясь этому. — Там всякий хлам, старые вещи, пыль и паутина. Не думаю, что Вам эта комнатка придется по вкусу.
— Хм.
Сердце девушки, казалось, остановилось, когда он покосился на дверь, явно не доверяя ее словам, но когда мужчина жестом попросил девушку отойти в сторону и направился к чердаку, Марианна чуть не свалилась в обморок. Самообладание не позволило ей этого сделать, хоть голова на миг действительно закружилась. Стражник прикоснулся к дверной ручке и толкнул дверь. Из-за того, что девушка стояла немного в стороне, она не могла знать, что он видит, но понимала, обнаружив Маркуса, он бы просто так не стоял. Уже собираясь войти, предводитель резко повернул голову на появившийся внизу шум. Звон монет. Он посмотрел на хозяина дома, что поспешно собирал с пола золотые монеты, которые так неуклюже рассыпал. И, конечно же, стража заинтересовало то, откуда у такой, бедной на первый взгляд, семье столько денег. Напрочь забыв о чердаке, он направился вниз и даже успел подобрать несколько золотых.
— Уж не поведаете ли вы, откуда это у вас столько денег?
— Вот как раз собирался поведать! Вытаскивал этот мешочек чтобы отдать Вам, да выронил случайно. Его нашла моя дочь, мы бы хотели вернуть его владельцу.
Два стража, что стояли у двери испустили тихий смешок, а их главный с самым порядным видом взял в руки мешочек с золотыми и принялся их пересчитывать, сказав одному из подчиненных проверить чердак вместо него. Один из парней осмотрел старый затемнённый чердак, даже не войдя в него и отчитался, что там никого нет. После этого главный стражник сообщил:
— На место старого судьи быстро поставили нового. И не поверите, но он велел пригласить вас. Без дочери, только вас.
Всех явно потрясла эта новость, но ни Марианна, ни ее отец не стали задавать лишних вопросов. Сказав это, все трое стражей поспешили удалиться. Ясно было, почему они так поспешили уйти, и также ясно, что никакого хозяина денег они искать не будут.
— Спасибо. И… это был разумный ход. — неожиданно для всех сказал Маркус, что спустился с чердака.
— Я не за тебя беспокоился. Да и отдал, наверняка, твои деньги, ведь так, Марианна?
Девушка виновато кивнула и, украдкой бросив взгляд на колдуна, умоляюще посмотрела на отца. Наверняка он бы выгнал Маркуса, если бы имел на это время, но так как стражники уже проверили этот дом, то он был единственным местом, где колдун мог пребывать в полной безопасности. Это понимали все, поэтому в доме на несколько минут повисла тишина. Первым не выдержал Маркус:
— Спасибо, что приютили на ночь и не выдали страже, но я больше не предоставлю вам неудобств.
Мужчина направился к выходу, а Марианна лишь успела посмотреть на отца, чтобы увидеть, как тяжело ему дались последующие слова:
— Не горячись, Маркус! Я сейчас доделаю повозку, и Марианна вывезет тебя из города. Но потом я даже имени твоего больше слышать не хочу!
Отец девушки вышел из дому, наверняка, направляясь к повозке, а сама Марианна выдохнула с облегчением и опустилась на стоявший в комнате табурет.
— Откуда он тебя знает? И что значит «один раз они его нашли»?
— Когда мне было десять лет, — погружаясь в воспоминания, начал говорить мужчина — я обнаружил у себя магические способности. И, к несчастью, обнаружил их при свидетелях. Я стал убегать от стражников, которые это заметили, как вдруг меня позвала какая-то девушка. Она завела меня в дом и спрятала на этом же чердаке. Тогда ты еще только родилась, и твой отец не мог понять, почему его молодая жена рискует и собой, и маленькой дочкой, чтобы спрятать малолетнего колдуна. Но Миранда спокойно ответила, что иногда стоит делать людям добро, чтобы получать его взамен. Но в тот раз меня нашли. Я соврал, что сам вбежал в дом, и, грозясь убить новорожденную дочку, попросил меня спрятать. Как ни странно, но мне поверили и в тот же день усадили в клетку и вывезли из города. Тогдашний судья заявил, что не любит смотреть, как убивают детей, поэтому приказал сжечь меня за пределами города.