Чтение онлайн

Но парня беспокоила одна догадка, когда-то в той камере, где сейчас находится Марианна, пребывал раненый колдун. Сначала он был несговорчив, но через несколько молчаливых дней и монологов Ворана, мужчина все же начал поддерживать диалог. У этого мужчины были довольно молодые черты лица, смоляные волосы и аспидно-черные глаза. Он рассказал парню о том, сколько убил невинных людей, как много сделал плохо только из-за того, что является потомственным колдуном с врожденными способностями к магии крови. Его сердце было черство, а сам он излучал злость и ненависть к людям. Но Воран слышал в его рассказах много раскаянья и боли, еще тогда чародей понял, что этот убийца не безнадежен, что он не такой уж и плохой, как описывал себя сам. Просто ему не хватает частички добра и ласки в его жизни, а может даже и любви. Юноша посмотрел на Марианну — она казалась ему очень даже привлекательной и хорошей девушкой. И если он не ошибся, и это тот самый колдун, тогда он не мог понять, почему Маркус предал девушку. Марианна тоже молчала, она вспоминала все встречи с колдуном, только рядом с ним ею управляло новое чувство, то, которое она не испытывала никогда раньше. И теперь девушка была уверена — все эти чувства: долг, благодарность, вина, а позже и призрачная любовь — все они были вызваны играми мужчины с ее разумом. Отвернувшись от парня, который уже однажды осудил ее за слезы, она заплакала. Девушка не понимала, как могла просто взять и довериться первому встречному, да еще и колдуну, который при первой их встречи убил человека. Марианна подорвалась с места и подошла к запертым дверям камеры, девушка прокричала:

— Эй! Кто-нибудь!

К счастью ее кто-то услышал, а к большому удивлению Ворана, еще и подошел.

— Судья приказал освободить Вас, только если Вы согласитесь на его предложение. — сказал хриплым и противным голосом один из стражей темницы, что еще сегодня утром тащил ведьму, вероятнее всего, на сожжение.

— Тогда скажите ему, что я согласна. Я выйду за него… в самый ближайший срок. И хватит меня здесь уже держать! — прокричала девушка в отчаянье.

Стражник улыбнулся, ведь если донести хорошую весть судье лично, то он хорошенько отблагодарит за это.

— Судья Рональд будет очень рад слышать это. И, уверен, примчится сюда быстрее ветра.

Стражник вдруг заметил в стене позади девушки отверстие, что неосмотрительно оставил Воран и которое тут же исчезло. Нахмурившись, мужчина отправился прочь, а когда Марианна развернулась, камень снова выпал и на нее устремился странный взгляд чародея.

— Ты думаешь, свадьба поможет тебе справиться с разочарованием?

— Воран, помниться, ты говорил, что у тебя есть много чего рассказать мне. Так поторопись!

Чародей был неправ, девушка стремилась справиться не с разочарованием, она хотела забыть Маркуса. Марианна ненавидела его, но только стоило ей вспомнить блеск его черных глаз, грустную улыбку или прикосновение его рук, как девушка понимала, что все еще его любит, даже невзирая на то, каким мерзавцем он оказался. Когда она вспоминала тот единственный в ее жизни поцелуй, то ее, будто, обливали сначала горячей водой, потом холодной, а улыбка появлялась сама собой. Марианна ненавидела себя за то, что не в силах противостоять колдовству, даже находясь от колдуна на большом расстоянии, но в сознании девушка все равно прокручивала эти воспоминания и наслаждалась ими. Воран рассказал Марианне все, что еще не успел, и хоть говорил он все так же оживленно и с интересом, но мысли его блуждали в поисках ответа странного поведения девушки. Когда парень услышал чьи-то шаги, приближающиеся к дверям камеры Марианны, а сама девушка уже поднялась с каменного пола, чародей поднес камень к отверстию, чтобы вернуть его на место, как вдруг резко остановился. Ему, кажется, стала понятна причина ее поведения и слов, осталось лишь задать один вопрос. Дверь уже отварилась, когда Воран тихо спросил:

— Ты до сих пор что-то чувствуешь к нему?

Узница бросила удивленный взгляд на ярко-голубе глаза и посмотрела на рассерженное лицо стражника. «Что он делает? Он же будет наказан за это!»

— Марианна, да или нет?! — вскричал чародей, понимая, что выдал себя, и надеясь, что не зря. Страж все еще бездействовал, видимо, поблажки к парню все еще действовали. Девушка понимала, Воран совсем не имеет в виду ненависть, которую она хочет чувствовать к колдуну после его предательства, поэтому присела на корточки, чтобы посмотреть сквозь отверстие и ответила:

— Да.

— А это чувство покидало тебя?

Марианна не смогла сразу ответить, ведь сначала она думала, что ощущала что-то только в присутствии Маркуса, но она беспокоилась о нем постоянно. Даже когда он был мертв, девушка ловила себя на мысли, что думает о нем. Увидев, что терпение стражника уже на пределе, она молча встала и вышла из своей камеры. Мужчина закрыл за ней дверь и указал нужное направление по коридору. Сам коридор был темный, но в нем были окошки света, солнце, что проникало из камер сквозь решетки на дверях. Подойдя к следующему такому окошку, зная, что оно исходит из камеры Ворана, девушка вцепилась в решетку и посмотрела на юношу. Он все еще сидел у стены, а когда перевел взгляд на Марианну, она тихо промолвила то, в чем сомневалась минуту назад, но в чем была абсолютно уверена уже сейчас:

— Это чувство не покидало меня ни на минуту…

Глаза чародея округлились, и он вскочил с места, но девушка, подгоняемая стражником, уже исчезла в направлении выхода. Парень мог бы выйти, если бы захотел, но он не видел в этом жизненной необходимости, поэтому лишь остался думать о том, что узнал от Марианны, и о том, что она узнала от него.

Колдун медленно открыл глаза, но вновь закрыл их из-за солнца, которое тонким лучиком пробралось к нему через решетку в маленьком окошке темничной камеры и назойливо светило прямо в глаза. Прикрывая лицо рукой, Маркус медленно сел, опираясь о знакомую каменную стену темницы. Мужчина умирал так много раз, что научился подсознательно подсчитывать, сколько же времени его не было в живых.

— Больше дня? — удивленно спросил он сам в себя. — Какого черта? А-а-а… Вот оно что. — колдун увидел возле себя обломленную стрелу и прокричал: — Никто не догадался вытащить это из моего тела?!

То место, в котором колдуны или чародеи умирают впервые — становиться их вторым домом, ибо это место, где появляется их тело после смерти. Но не после каждой смерти, а лишь после той, где тело будет уничтожено, или хотя бы расчленено. В этом случае магия создает обновленное тело — без ссадин, переломов, шрамов и прочего, но лишь в том месте, где обладатель магии умер впервые. В любых других случаях, когда тело не нуждается в полном восстановлении, магия, находящаяся внутри просто устраняет все ненужное из организма, производит так называемую очистку и перезагружает организм. Когда же из тела не удосужились вынуть меч, копье, стрелу, нож и прочее, дело обстоит похуже. Перед тем как обновить весь организм, магия, заключенная в мертвую оболочку должна избавиться от постороннего предмета в организме. На это могут уйти часы, дни, а то и месяцы и годы, все зависит от степени повреждения, рода и веса оружия. Магия выталкивает инородное тело из организма медленно, но, тем не менее, это даже можно увидеть невооруженным глазом, если понаблюдать кое-какое время. Но время бывает абсолютно разное, ведь такая же стрела с разным родом метала или яда на наконечнике, будет вытолкана из тела уже за разное время, не говоря о другом оружии. И вот чтобы тело Маркуса избавилось от обломка стрелы в груди, на это ушли целые сутки. Поэтому колдун и рассердился на охотника Тёрна, который обломал стрелу, но не вынул ее, из-за чего Маркус потерял много драгоценного времени. Он обещал вернуться за Марианной, и должен сдержать свое слово.

Мужчина очень надеялся, что заказчик, имя которого он даже не знает, не причинил девушке вреда. Но больше всего колдун боялся, что ее похоронили и Марианна переживает самую ужасную пытку: умирать от нехватки воздуха, воскресать и опять умирать. Маркуса передернуло от этой мысли, ибо это действительно было ужасно, и знал он это не понаслышке. Колдун принялась колотить кулаком о дверь, чтобы его кто-то услышал, но пока не было результатов. Когда он в очередной раз поднял руку, чтобы постучать, то заметил что-то в своем рукаве. Маркус вытащил клочок бумаги и прочитал содержимое, он подозревал, что заказчик был судья, но теперь в этом не сомневался. Мужчина даже простил Тёрна за стрелу, благодаря тому, что он сдержал слово, указав заказчика. Постучав в очередной раз, и даже что-то крикнув, он услышал, что-то кто-то все-таки решил его утихомирить и направляется к его камере. Колдуну не составляло большого труда заставить стражника открыть камеру, он почти не пользовался обычными колдовскими умениями управлять разумом, зато магию крови применял каждый день, как и в этот раз. Мужчина много изучал запрещенную магию, ибо считал, что должен мастерски владеть тем, что дано ему от природы. Отец Маркуса еще в детстве отдал ему свою книгу с толкованиями о магии крови, но она тогда не влекла и даже пугала юного колдуна. Сейчас же он знал ее каждое слово, помнил каждый рисунок, ибо прочитал от корки до корки не один десяток раз. Только владеющие этой магией, знали о людях то, чего не знали остальные. Ведь никто кроме них, не мог похвастаться тем, что знает строение людского тела, от маленькой клетки, до сложных кровеносной и нервной систем. Маги крови всегда знали это еще с начала времен, поэтому Маркусу хватило всего лишь нескольких секунд, чтобы усыпить стражника, мысленно уменьшив приток крови по его сонной артерии. Наверное, поэтому магию крови так боялись, конечно, ведь знание, которого нет у других, это уже повод угодить в костер. А если умело использовать эти знания, применяя магическую силу, то можно оказаться чуть ли не самым могущественным человеком на Земле. Отец постоянно вторил своему старшему сыну, что он будет самым могущественным колдуном, если не сойдет с этого пути. Маркус запомнил своего отца, как могущественного и жестокого колдуна и еще в детве он решил, что если могущество и жестокость идут бок о бок, то он не выберет этот путь. Но люди сделали выбор за него. Колдун никогда никого не трогал, мирно прятался в небольших городках и не планировал никого убивать. Тем не менее, его выслеживали, убивали, сжигали, адски пытали, иногда даже просто ради развлечения. И вот однажды после очередных подобных пыток, мужчина почувствовал как магия крови, которую он так надежно и глубоко спрятал внутри себя, начинает брать верх над его изуродованным слабым телом и изнеможенным разумом. А когда он пришел в себя, то понял, что в целой деревне, кроме него не осталось и одной живой души. Он убил их всех, не смотря на то, причастны они были к его страданиям, или нет, но больше всего Маркуса убивало то, что пострадали те, кто никогда не представлял для него опасности — молодые девушки и даже дети. В тот день он обошел все селения и зашел в каждый дом, он смотрел в стеклянные глаза тех, у кого в один миг остановились сердца, смотрел…и рыдал. Маркус мучал себя до тех пор, пока не посмотрел в лицо каждого и у каждого мысленно не попросил прощения. Именно тогда жизнь двадцатилетнего парня и пошла под откос. После того как он дал себе обещание не убить и одного человека, и после того как нарушил его, лишив жизни целое поселение, Маркус решил, что больше не допустит неконтролируемого всплеска магии крови и научится мастерски владеть ею, во избежание чего-то подобного. Он обучился всему всего за три года и когда его в очередной раз поймали и хотели сжечь, он убил несколько человек и сбежал. Тогда-то и встретился впервые с молодым Тёрном, тогда парень и не думал об охоте на ведьм и колдунов, но встреча с Маркусом изменила все. Конечно, колдун не хотел, чтобы его опять нашли, поэтому попытался убить парня, но с помощью колдовства это у него не получилось. Сбитый с толку, Маркус, просто сбежал, а Терн затаил обиду и начал убивать всех с магической силой, один раз он добрался и до самого Маркуса. Их пути пересекались очень часто, но колдуну все никак не удавалось избавиться от охотника, а Тёрну навсегда избавиться от Маркуса. Хотя, мужчина был уверен, не окажись они по разные стороны, могли бы подружиться. Но если с Марианной что-то случится, колдун знал, чья голова слетит с плеч следом за головой судьи. Маркуса затащили в самую глубь темницы, поэтому до выхода пришлось идти далеко, он уже оставался в десятке метров от цели, как его кто-то окликнул. Звонкий и веселый голос, который не часто услышишь в подобном месте, он узнал сразу. Подойдя к неизменной камере Ворана, Маркус легко открыл дверь, даже не прилагая усилий.

— Ты же даже не заперт, Воран! — с ноткой злости и одновременно снисходительности заявил мужчина.

— Знаю. Иногда прогуливаюсь коридорами.

— Не надоело быть домашним питомцем, что переходит от судьи до судьи?

— А что я сделаю!? Как только ступлю за порог темницы, меня тут же определят назад, а сжигать меня не хотят. Но я не для этого тебя позвал. — голубые глаза помутнели в догадках, а сам парень решился задать только один вопрос: — Ты случайно не знаешь некую красавицу по имени Марианна?

Колдун заметно напрягся, а его глаза округлились.

— Она была здесь?

Чародей кивнул и добавил:

— Судья хочет на ней жениться, поспеши…

Маркус рванул с места к выходу, ничего больше не сказав. А парень лишь вздохнул и вышел из камеры. Он пошел туда, откуда направлялся Маркус, в надежде на то, что тот не убил стражника, а только покалечил. Это, по сути, было его работой, тем, ради чего его здесь держали. Когда еще прошлый судья понял, что этот чародей безобиден, то оставил его в живых. Иногда Ворану приходилось лечить самого судью или его семью, да и всех людей в городе, кто мог щедро заплатить судье за волшебное выздоровление. Но в основном, парень помогал стражникам и заключенным, из-за чего получал некие поблажки, как например, кусок мешковины с соломой или возможность разгуливать по темнице. Но за разговоры с заключенными он частенько получал нагоняй, особенно за беседы с теми, кто был заключен в темницу ненадолго. Воран наклонился над стражником и убедился, что тот жив и всего лишь спит, парень был доволен тем, что Маркус не убил его, а выбрал более гуманный способ побега. Чародей надеялся, что это влияние Марианны, а не просто нелепая случайность. Парень не стал будить стражника, давая колдуну больше времени на поиски девушки, чем, собственно, Маркус и пользовался, ведь ему редко удавалось сбежать без шума. Он всего лишь усыпил всех стражников и все еще на расстоянии контролировал их сон, пытаясь не переусердствовать и не убить. Мужчина не знал, почему не избавился от стражников, как делал это обычно, просто не захотел больше убивать, не захотел больше смертей. Но когда, найдя дом судьи, Маркус столкнулся с ним прямо на пороге, то понял, что ненавидит его и просто не может оставить в живых. Появление заключенного для Рональда стало такой неожиданностью, что он не успел ничего сделать, как его сердце перестало биться. Обычно, колдуны не могут применять свои умения друг к другу, но магия крови была исключением, к тому же остановка сердца была любимой из убийств Маркуса, ему не нравилось, когда вокруг было много крови. Судья рухнул на пол, попутно зацепив что-то, что громко упало, колдун вошел в дверь следующей комнаты, и на него тут же налетела Марианна, которая хотела узнать причину шума и поспешила к судье. Девушка быстро отскочила от мужчины на несколько метров, в ней боролись два желания: убежать и броситься в объятья. Марианна понимала, что второе, это вовсе не ее желание, а всего лишь попытка управлять ее разумом, поэтому проигнорировала его. Но и выполнить первое она не могла, ибо колдун преграждал ей путь. Девушка отошла на еще несколько шагов и спросила: