Чтение онлайн

Но когда официантка приносит счет, я округляю глаза от удивления.

— Отчего так много? — невольно вырывается у меня.

— Заревница по десять крон за каждый, — сладко отвечает она, а я уж, грешным делом, подумала, что это плата за ее молчание. — Дорогой ингредиент.

Я и не думала, что этот целебный напиток такой дорогой. Настоящий грабеж.

— И хорошо бы за друзей ваших расплатиться, — добавляет она, глядя прямо на меня. — Вчера они были, мягко говоря, не в состоянии это сделать.

Армор лишь кивает, и я недовольно протягиваю официантке еще несколько монет.

Наконец мы покидаем это место, в котором изначально не планировали задерживаться. Я проверяю карманы. Купленные артефакты на месте, кошелек значительно похудел. Двигаемся к пустырю на окраине, куда вчера приземлились и где в кустах спрятали протез крыла.

— Вы как будто совсем не волновались? — спрашиваю, с облегчением обнаруживая его на месте. — Его мог взять кто угодно. Воры, чтобы перепродать, да и просто местные дети, им до всего есть дело.

Он не успевает мне ничего ответить. Из-за его спины выходят три мужские фигуры.

Армор тоже слышит их шаги и мгновенно поворачивается к ним лицом, его поза меняется, становясь готовой к встрече с опасностью.

— Кошелек у мелкого, — сипло говорит один, самый крупный, указывая на меня пальцем. И я понимаю: мы привлекли к себе внимание как легкая добыча — богатый слепой господин и его тщедушный помощник.

Я вижу, как мышцы на спине Армора напрягаются, он готовится к обороту. Но в тот же миг самый проворный из бандитов резким движением пуляет в него дротик. Раздается короткое шипение, и Армор, вместо того чтобы превратиться в дракона, лишь судорожно вздрагивает и издает хриплый яростный рык. Что-то в дротике блокирует его магию!

Меня охватывает паника, первый порыв — броситься бежать. Но я стою на месте, понимаю, что не одна.

Я наклоняюсь, достаю из голенища сапога нож — не зря все же взяла — и, не раздумывая, вкладываю его в раскрытую ладонь Армора.

— Слева двое, прямо один! — коротко объясняю ему. — Без оружия.

Уверена, что он и слепой дерётся лучше меня, зрячей.

Они не сомневаются, что легко ограбят нас и мы не окажем должного сопротивления. Двое тут же направляются к Армору. А громила шагает ко мне.

Пока Армор разбирается с его подручными, я начинаю вилять от него, как заяц от хищника. Но бегать долго не получается.

У меня в руках только найденная тут же толстая палка. Страх сжимает горло, но отступать некуда. Я отчаянно отмахиваюсь, но он легко выбивает мое жалкое оружие, его громадная лапища хватает меня за горловину куртки и с силой швыряет оземь. Воздух вырывается из легких, в глазах темнеет от боли. Я вижу, как его кулак заносится для удара…

И тут сбоку, словно разъяренный зверь, наваливается Армор. Слепой, но невероятно точный в своей ярости. Он бьет не лезвием, а рукоятью кинжала со всего размаха в висок. Раздается глухой кошмарный стук. Бугай замирает на секунду, его глаза становятся стеклянными, и он тяжело валится на землю, как подкошенный дуб.

Стоя над телом бандита, тяжело дыша, Армор поворачивается в мою сторону. Его незрячий взгляд кажется пронзительным.

— Ты в порядке?

— Да, — отвечаю тихо, хотя спина ужасно болит.

Он протягивает мне мой кинжал рукоятью вперед. На лезвии алеет чужая кровь. Один из его противников лежит раненый, а второй сбежал.

— Чтобы быть опорой и защитой, — говорит он хрипло, — иногда надо уметь драться. И хотя бы немного управляться с оружием.

Его слова звучат не как упрек, а как тяжелый выстраданный урок. И в них горькая правда, от которой у меня снова сжимается сердце. Он возвращает мне мои же высокопарные слова, и они падают к моим ногам, такие же беспомощные, как и я сама.

Амелия

Только бы окончательно не разрыдаться как девчонка. Я сжимаю кулаки, чувствуя, как подступают слезы от страха и боли в спине, куда я так неудачно приземлилась. Понимала, что путь будет сложным, но не думала, что на нас нападут грабители почти в первый же день, стоило лишь чуть ослабить бдительность. В горле стоит комок невысказанных упреков. Хочется крикнуть, что это все его друг, из-за которого случилась эта дурацкая попойка. Но понимаю, что мы сами хороши, ведь утром заказали такой дорогой напиток!

— Вы обернуться сможете?

— Пока нет, — Армор сидит на земле, прислонившись к стволу дерева, его лицо бледно от яда и усилия. — Ты говорил, что прихватил с собой лекарства. Нейтрализатор ядов имеется? Очень похоже на драконий хвощ. Мы такими сами пользовались в стычках.

— Драконы против драконов?

— Не все же воины — драконы, — поясняет. — И когда силы были неравны, приходилось изощряться.

Я заглядываю в свой рюкзак, перебирая пакет с лекарствами.

— Настой багрянника от отравления. Подойдет?

— Давай попробуем.

Я капаю в бутыль с водой положенную дозу, а потом на всякий случай еще несколько капель для верности и протягиваю Армору. Он берет ее, его пальцы на миг касаются моих, и я чувствую, как они холодны. Он залпом выпивает зелье, и мы снова погружаемся в молчание, сидя на этой поляне, и ждем эффекта. Он не читает мне нотаций за мою беспомощность в драке. Я не корю его вслух за то, что вчера он поступил опрометчиво и втянул меня в это пьяное безумие. Уверена, он и сам все понимает. Мне отчаянно хочется его расспросить о том странном разговоре с Гровером, где он сказал, что во всем виноват Вестер. Но сейчас не время.

Неподалеку лежит без сознания мужчина.

— Он хоть живой?

— Оклемается, — сухо и совершенно спокойно говорит Армор. И, словно услышав, нападавший начинает шевелиться, пытаясь подняться на локтях, оглядываясь мутным взглядом.

Нам бы следовало найти стражу и сообщить о нападении, но заниматься этим — значит потратить время на оформление документов, да и к тому же я по-прежнему хочу, чтобы мое инкогнито таким и оставалось дальше.

Мужик, оценив ситуацию, понимает, что его подельников нет рядом. Замечает нас, сидящих неподалеку, и, издав хриплый звук, уползает сначала на четвереньках, а потом, спотыкаясь, улепетывает прочь.

— Вы что-нибудь чувствуете? — снова обращаюсь к Армору.

— Уже лучше. Но нужно еще подождать.

Проходит еще полчаса ожидания, прежде чем генералу, наконец, удается обернуться. Я, преодолевая ломоту в теле, привычно пристегиваю крыло и взбираюсь на спину.

Полет, как ни странно, заставляет собраться, сконцентрироваться, и я окончательно прихожу в себя после этого кошмарного утра.

Первые часы мы летели ровно, размеренно, и я даже с удовольствием разглядываю проплывающие внизу пейзажи. Но потом что-то изменилось. Движения дракона подо мной стали не такими плавными, рывки неровными, будто он терял силу или концентрацию. Я заволновалась. Может, Армору снова стало плохо? Остатки яда?