Чтение онлайн

Но из резкой критики гуманистов и ранних протестантов не следует делать вывод, что Парижский Университет утратил своё значение или стал бездумно препятствовать новым революционным идеям. Его продолжали привлекать к вынесению суждений по важнейшим вопросам того времени. Так, Людовик XII обратился к нему в разгар ожесточённой вражды с Папой Юлием II, а в 1514 году на теологический факультет было передано знаменитое дело Иоганна Рейхлина. Рейхлин был немецким гуманистом изучавшим труды иудейских мудрецов, что привело его к обвинению в еретических заблуждениях. Парижский Университет вынес по этому делу осуждающий вердикт, что вызвало сильное негодование поддержавших Рейхлина гуманистов. Вражда между Парижским Университетом и гуманистами, усугублённая, но не основанная на деле Рейхлина, заслонила собой тот факт, что до этого Сорбонна проявляла весьма терпимое отношение к гуманизму и новаторским идеям.

Гуманизм довольно рано проник в Университет. Так, преподаватель Сорбонны, Гийом Фише, серьёзно занимался изучением трудов итальянских гуманистов, особенно Петрарки. В 1470 году вместе с другим преподавателем он основал на территории колледжа первую во Франции типографию для печати трудов гуманистов. В Лионе типография существовала уже к 1478 году, а к 1500 году типографии работали уже в двадцати французских городах [487] . Хотя в Лионе не было своего университета, его типографии печатали больше классических научных трудов, чем парижские. Благодаря близости к Италии и поселившимся там многочисленным итальянцам, Лион занимал второе место после Парижа как центр раннего гуманизма во Франции.

С созданием новой типографской промышленности появилась большая группа предпринимателей находящихся в курсе модных литературных тенденций и рабочих, большинство из которых должны были быть грамотными. Потребовалось некоторое время, прежде чем книгопечатание оказало влияние на интеллектуальную жизнь Франции, но ко времени Людовика влияние этой отрасли стало очевидным. Король, по-видимому, ценил пропагандистские возможности прессы. Так, например, было издано пять брошюр с описанием коронации Людовика, а его первый въезд в Париж стал темой для ещё нескольких. Хорошие новости из Италии, в первые годы царствования, широко распространялись через печатные листовки и брошюры. Из шестидесяти пяти сохранившихся листовок времен Людовика XII тридцать три содержат новости о ходе войны в Италии [488] .

Принцип государственного контроля над книгопечатанием был установлен посредством королевской "привилегии на печать". Первая такая привилегия была издана в 1498 году, но неизвестно, Карлом VIII или Людовиком XII. Привилегия обычно выдавалась для контроля конкуренции и предотвращения пиратских изданий и это имело потенциал, впоследствии использованный, для цензуры текстов. Но Людовик, по-видимому, не проявлял особого интереса к использованию её таким образом [489] . Он лишь пытался контролировать количество печатников и книготорговцев в Париже, но, возможно, это было сделано по просьбе Университета. В своём эдикте 1513 года, ограничивающем число парижских книготорговцев тридцатью, Людовик сделал своё знаменитое замечание о том, что книгопечатание дело скорее "божественное, чем человеческое" [490] . Он также отменил все импортные пошлины на книги.

Неизвестно, принимал ли король в начале своего царствования какое-либо участие в основании двух знаменитых типографий в Париже. В 1503 году Йодокус Бадиус, известный ученый-гуманист из Гента, основал типографию для издания классических произведений, а его логотип, изображающий внутреннее убранство типографии, стал символом гуманистической науки. Но что ещё важнее, Бадиус стал использовать шрифт печати, созданный венецианцем Альдом Мануцием. Названный римским шрифтом, он вскоре стал вытеснять готический шрифт, использовавшийся во Франции с 1470 года. Римский шрифт стал традиционным во Франции, когда Анри Этьенн стал использовать его для издаваемых им книг. Этьенн, которого часто считают воплощением книгопечатников эпохи Возрождения, стал издавать свою продукцию в Париже в 1504 году.

Людовик проявлял большой интерес к книгам, хотя в его эпоху прекрасно иллюминированные рукописи пользовались гораздо большим спросом, чем печатные книги. От деда и отца он унаследовал библиотеку в Блуа, насчитывавшую около 200 томов, но до восшествия на престол привнёс в неё лишь несколько книг по музыке. Королева Анна добавила к ней часть библиотеки своего отца. Первым существенным приобретением Людовика стала коллекция герцога миланского, вывезенная из Павии в 1500 году. Она состояла примерно из 1.000 рукописей, в том числе семнадцати принадлежавших Петрарке. В этой коллекции были широко представлены работы античных авторов [491] . Из библиотеки, которую король Федериго Неаполитанский привёз с собой во Францию в 1501 году, Жорж д'Амбуаз получил 10 греческих и 218 латинских рукописей, но позже они перешли в королевскую библиотеку. Король также приобрел 150 фламандских иллюминированных рукописей, в основном на религиозные темы, и 40 греческих, привезённых во Францию гуманистом Иоаносом Ласкарисом. Ласкарис некоторое время служил королевским библиотекарем, пока не был назначен послом в Венеции. После него должность библиотекаря получил королевский раздатчик милостыни Франсуа де Рефюж [492] . По-видимому, при Людовике уже действовала концепция использования королевской библиотеки в качестве хранилища научных знаний королевства, поскольку есть свидетельства того, что книги из неё могли выдаваться на руки частным лицам имевшим привилегированное положение. В 1505 году герцог Феррарский поручил своему послу запросить из королевской библиотеки две книги, но оказалось, что они уже были кому-то выданы. Когда в начале своего царствования Франциск I приказал провести инвентаризацию библиотеки, выяснилось, что она состоит из 1.626 томов, большинство из которых были добавлены Людовиком [493] .

В начале царствования Людовика преподавателем классической риторики в Париже был юрист канонического прав Роберт Гагуэн, также преподававший классическую латынь избранным студентам, в том числе и Эразму Роттердамскому. Первой опубликованной работой Эразма стало стихотворное посвящение к Истории Франции Гагуэна 1495 года. Перевод Гагуэном на французский язык Записок о Галльской войне Юлия Цезаря, стал его главным вкладом в гуманизм [494] . Смерть Гагена в 1501 году помешала ему стать более значимой фигурой в развитии гуманизма при Людовике XII. Более видными деятелями стали несколько итальянских гуманистов, приехавши преподавать в Парижский Университет с целью продвигать свои новаторские идеи [495] . Завоевание Милана, ставшего при Лодовико Моро важным центром культуры эпохи Возрождения, обеспечило французам множество контактов с гуманистами и художниками, многие из которых после свержения Сфорца искали новых покровителей. В это время итальянцы активно интересовались трудами и исследованиями греческих учёных, и поэтому наиболее известными гуманистами перебравшимися во Францию, стали Иоанос Ласкарис и Джироламо Алеандер. Ласкарис, родившийся в Греции, переехал во Францию в 1496 году и часто служил французскому правительству в качестве посла. С 1504 по 1509 год он был полномочным представителем Людовика в Венеции, где открыто проповедовал крестовый поход против турок под руководством короля Франции. Поскольку исполнение этой должности отдалило его от Франции, влияние Ласкариса на французских учёных было не велико. Однако, находясь во Франции, он с готовностью помогал тем, кто хотел изучать греческий язык, таким как Жак Лефевр д'Этапль и Гийом Бюде. В последствии Бюде сетовал на то, что Ласкарис по большей части находился при королевском дворе и редко бывал в Париже, но добавлял, что тот с радостью делал всё, что мог, чтобы научить его греческому языку.

Алеандер, знавший также и иврит, приехал во Францию в 1508 году по совету Эразма Роттердамского и просьбе Людовика XII, назначившего его профессором изящной словесности с пенсией в 500 экю и выдавшему свидетельство о натурализации. Год спустя он уже читал в Парижском Университете лекции по Плутарху на греческом языке. В 1507 году француз Франсуа Тиссар, обучавшийся в Болонском университете, уже печатал книги на греческом и иврите, а его Liber Gnomagyricus стал первой книгой на греческом языке, напечатанной во Франции. В 1508 году Тиссар также опубликовал грамматику иврита. Приезд Алеандера, привёзшего большое количество греческих книг изданных типографией Альда Мануция в Венеции, снизил ценность работ Тиссара, и, по-видимому, он в 1508 году прекратил издательскую деятельность [496] . В июле 1511 года Алеандер, ставший к тому времени ректором корпорации Германской Нации (Alemannian Nation) Парижского университета, прочитал публичную лекцию перед такой толпой, что "два зала колледжа не смогли её вместить. И какая же это была внушительная аудитория! Генеральные казначеи, советники, ректоры… число присутствовавших оценивается в две тысячи человек. Никогда ни в Италии, ни во Франции я не видел более величественного и многочисленного собрания образованных людей" [497] . В 1512 году он написал Эразму из Парижа, что преподавательский состав Университета "скорее обременяет его, чем делает ему честь". Ранее в том же году когда Алеандер был назначен ректором и отметил, что не получает от короля пенсию и вряд ли может рассчитывать на неё "в эти трудные времена" [498] . Год спустя он стал секретарем епископа Парижского и в значительной степени сократил преподавание греческого, но у него осталась группа учеников, продолживших изучение этого языка во Франции. Алеандер оказал большое влияние на Людовика XII в церковных делах, особенно во время конфликта с Юлием II. Позднее карьера Алеандер как полемиста против Лютера выявила его консерватизм в теологии, что, возможно, объясняет его готовность принять должность в Университете. Безусловно, что к тому времени, когда он покинул его в 1514 году, противостояние между теологами и гуманистами уже начало формироваться.

Эразм, некоторое время посещавший лекции на теологическом факультете Парижского Университета, сыграл важную роль в развитии этого противостояния, хотя, будучи голландцем, а не валлонцем, он не очень хорошо владел французским языком и плохо разбирался во французской культуре. Он прожил в Париже с 1495 по 1501 год и впоследствии совершил туда четыре коротких визита в период с 1504 по 1511 год. Ему покровительствовали парижский епископ Этьен де Поншер и архиепископ нантский Роберт Гибе, сам являвшийся протеже королевы Анны [499] . Однако, по-видимому, во время своего пребывания в Париже Эразм не имел тесных контактов с французскими учёными или королевским двором, хотя его работы читались с большим интересом и высоко ценились. Его первое гуманистическое произведение, сборник изречений и анекдотов античных писателей с комментариями автора, Пословицы (Adagia), было опубликовано в Париже в 1500 году, за год до того, как он покинул столицу Франции.

Более непосредственное влияние Людовик XII оказал на карьеру Гийома Бюде, величайшего правоведа эпохи Возрождения. Бюде происходил из влиятельной семьи королевских чиновников. Будучи студентом юридического факультета Орлеанского университета он, как утверждали некоторые, отличался тем, что уделял учёбе очень мало времени. Тем не менее, Бюде интересовался античной наукой и самостоятельно выучил классические латынь и греческий. Благодаря протекции родственников он смог получить должность секретаря Карла VIII, но вскоре после смерти короля покинул двор, недовольный "тем презрением, с которым великие люди относятся к знаниям" [500] . Хотя это высказывание вполне могло быть намёком на репутацию Людовика в 1498 году, факт остается фактом: новый король был наслышан о познаниях Бюде в юриспруденции и доверил ему исполнение двух дипломатических миссий в Италии, одна из которых заключалась в том, чтобы поздравить Юлия II с избранием Папой в 1503 году, несмотря на то, что венецианский посол в Риме назвал Бюде "всего лишь секретарем" [501] . Его покровителями поочерёдно были два королевских канцлера, Ги де Рошфор и Жан де Ганей, а последнему Бюде посвятил свою первую крупную работу — комментарии к Дигестам Юстиниана, опубликованную Бадиусом в 1508 году. Это стало мощной атакой на методы изучения права в университетах, которые подобно схоластической теологии, делали упор на изучение средневековых комментариев, а не оригинального текста. Таким образом, Бюде, по сути, создал правовой гуманизм.

Бюде проводил большую часть своего времени в Париже или при королевском дворе, но инициированный им правовой гуманизм стал распрастраняться по в университетам, где преподавалось гражданское право. Тулуза, Орлеан и Валанс стали центрами этого раннего гуманизма, хотя как провинциальные центры изучения античной науки они начали процветать только после 1515 года [502] . Людовик XII, по-видимому, не оценил важность работы Бюде, и тот позже довольно резко критиковал короля за недостаток образования, хотя основной удар его гнева принял на себя именно Жорж д'Амбуаз. Критика Бюде в адрес только что умершего короля изложенная в его труде Пять книг об ассе и его частях (Libri V de asse et partibus ejus, 1515) во многом стала основанием для утверждений многих современных историков о том, что Людовик XII относился к гуманизму с безразличием, в отличии от Франциска I ему покровительствовавшему.