Чтение онлайн

Ниведано…

Погрузись в тишину.

Закрой глаза.

Почувствуй, как замерло твое тело.

А теперь обрати свой взгляд внутрь себя с полным осознанием.

Погружайся в себя, насколько можешь.

Глубже и глубже —

Пока не достигнешь самих истоков своего существа…

Оно совсем рядом — нужно лишь сделать шаг, и ты — будда.

Необходимы лишь абсолютная честность

и твердое намерение

взглянуть прямо в суть своего существа.

Там — зеркало, о котором мы говорили.

Это зеркало и есть будда.

Это твоя вечная сущность.

Глубже и глубже…

Ты должен идти вглубь, пока не найдешь себя.

Не сомневайся.

Не бойся ничего.

Безусловно, ты одинок,

но это одиночество — прекрасное переживание.

На этом пути ты не встретишься ни с кем, кроме себя.

Чтобы стало понятно: ты просто зеркало, отражающее твое тело, твой ум, отражающее все…

Ниведано…

Расслабься. Наблюдай.

Ты просто наблюдатель, просто зеркало,

отражающее все.

У всех этих вещей

нет намерения отражаться,

как и у тебя нет намерения

ловить их отражение.

Просто будь безмолвен как Хиросава

и блаженствуй.

Этот вечер придет как благословение.

Настоящее становится не-умом, не-временем —

просто чистотой, безграничным простором.

Это твоя свобода.

Но если ты не стал буддой — ты не стал свободным.

Ты ничего не знаешь о свободе.

Пусть это переживание глубоко просочится

во все фибры твоего существа.

Пропитайся им, утони в нем.

Возвращаясь, неси в себе

всю свежесть своей природы будды.

И запомни это пространство, этот путь —

ты должен носить его в себе все двадцать четыре

часа в сутки,

привносить его в каждый поступок.

Когда сидишь, стоишь, ходишь и спишь,

ты должен оставаться буддой.

Тогда само бытие становится непрерывным экстазом.

Ниведано…

Возвращайся, но возвращайся как Будда:

с изяществом, с безмолвием, со спокойствием.

Посиди несколько минут, вспоминая место, где ты был,

вспоминая радость и безмолвие

зеркала, которым ты был,

вспоминая ту безграничную свободу,

которая приходит, когда ты — зеркало,

ни к чему не привязанное зеркало,

бездомное, одинокое зеркало.

Ты становишься Эверестом сознания.

— Хорошо, Маниша?

— Да, любимый Мастер.

— Можем ли мы отпраздновать праздник десяти тысяч будд?

— Да, любимый Мастер.

Наш любимый Мастер…

Однажды, когда Хякудзё сидел рядом со своим учителем Ма-цзы, над их головами пролетела стая диких гусей. Ма-цзы спросил:

— Что это?

— Это дикие гуси, — ответил Хякудзё.

— Где они? — спросил учитель.

— Они улетели, — ответил Хякудзё.

Тогда Ма-цзы внезапно схватил Хякудзё за нос и скрутил его. Хякудзё закричал от боли. Ма-цзы сказал:

— Ты говоришь, что они улетели, но точно так же они были здесь с самого начала.

В это мгновение Хякудзё обрел просветление.

На следующий день, во время обычной церемонии, Ма-цзы еще не успел опуститься на циновку, как Хякудзё подошел и свернул ее. Учителю пришлось сойти с возвышения. Хякудзё последовал за учителем в комнату.

Ма-цзы спросил:

— Что заставило тебя свернуть мою циновку еще до того, как началась церемония?

— Вчера глубокочтимый учитель скрутил мне нос, отчего я ощутил острую боль, — ответил Хякудзё.

— А где был твой ум вчера? — спросил Ма-цзы.

— Сегодня я не чувствую боли, — только и ответил ему ученик.

— Ты полностью понял вчерашний урок, — сказал на это учитель.

В другой раз, садясь на скамью дзадзэн, Ма-цзы плюнул на нее.

— Зачем ты плюнул на скамью? — спросил его монах.

— Когда я садился, передо мной простирались горы, реки, да и вся природа. Я плюнул, потому что мне все это не нравится, — ответил Ма-цзы.

— Но Вселенная прекрасна! — воскликнул монах. — Почему же она тебе не нравится?

— Возможно, она прекрасна для тебя, — ответил Ма-цзы, — но отвратительна для меня.

— Как назвать ментальное состояние, в котором ты пребываешь? — продолжал монах.

— Это состояние бодхисаттвы, — ответил Ма-цзы.

Маниша, все это — великие эпизоды из истории дзэн. Здесь осознание проявляется в поступках. Когда учитель поступает определенным образом, его ученик должен как-то ответить на это, но не с позиций ума, а с позиции пустого сердца.

Дзэн — это всего лишь прием, точнее, тысячи приемов, разработанных многочисленными мастерами, чтобы спровоцировать твое пробуждение. Читая эти истории, можно подумать, что это всего лишь анекдоты, загадки, истории. Но это не так — это приемы общения, приемы, имеющие огромное значение.

Однажды, когда Хякудзё сидел рядом со своим учителем Ма-цзы, над их головами пролетела стая диких гусей. Ма-цзы спросил:

— Что это?

— Это дикие гуси, — ответил Хякудзё.

— Где они? — спросил учитель.

— Они улетели, — ответил Хякудзё.

Тогда Ма-цзы внезапно схватил Хякудзё за нос и скрутил его. Хякудзё закричал от боли. Ма-цзы сказал:

— Ты говоришь, что они улетели, но точно так же они были здесь с самого начала.

В это мгновение Хякудзё обрел просветление.

Для человека, привыкшего мыслить рационально, эти слова покажутся абсурдными. Но для того, кто знаком с медитацией, это может оказаться толчком для пробуждения. Дело совсем не в том, что Ма-цзы не знает, что дикие гуси были здесь, или не знает, что они улетели. Ему не нужен никакой ответ, заключающий в себе информацию о диких гусях. Ему нужен тот ответ, который Хякудзё не смог ему дать. Ведь спрашивая: «Что это?», Ма-цзы прекрасно знал, что это пролетали дикие гуси.