Чтение онлайн

– У меня нет жены, нет работы, но есть диплом продюсера и 50 тысяч долга. А теперь скажи, кто я после это?

Друг неспеша глотнул глинтвейна и, посмаковав в рту напиток, улыбнулся по-кошачьи.

– Ты забыл сказать еще, что живешь с мамой. Поэтому ты – лузер, Алекс. Это называется именно таким простым словом.

– Вот и мне так же кажется, – я тяжело вздохнул. – И что делать-то?

– Бросай ты эту свою мечту, учи С++ или Python и приходи к нам. Я дам тебе рекомендацию перед своим боссом. Получишь на старте честных 50 тысяч долларов в год. Пятьдесят! И это ми-ни-мум.

– Да пробовал я учить эти ваши «языки программирования. Ты забыл чтоли? Не мое это явно.

– Так все говорят, – Б.В. поднял указательный палец вверх, – а потом привыкают. Вот и ты привыкнешь.

– Ну смогу я всю жизнь писать коды. Говорю тебе, НЕ-МО-Е это!

– А и не надо всю жизнь. Со временем перейдешь в моей отдел. Будем вместе работать, – друг на секунду задумался, – с базами данных, например. Я слышал, что у нас в банке могут открыть дополнительные вакансии.

– Спасибо тебе, но это опять учиться надо. Мама меня не поймет. Да, на этот раз точно не поймет.

– Не, ну а как ты хотел? Без учебы-то никак. Тебе сертификат нужен. Да и знание само по себе не помешают. В них вся суть!

Б.В. предложил перейти в дом и сменить глинтвейн на водку. Я ответил, что мне еще домой ехать. На что друг предложил заночевать у него. Хоть перспектива была неплохая, пришлось все же отказаться, сославшись на обещание маме вернуться домой пораньше. Мы еще немного пообщались – Б.В. все больше рассказывал о себе, точнее, о том, как он планирует сдать на лицензию шкипера парусной яхты (я даже не стал спрашивать, где он собирается плавать). Также он рассуждал о своей работе. Его повысили, и теперь друг имел возможность, к примеру, сходить на каток во время обеденного перерыва и там размять ноги, катаясь на коньках. Б.В. ничего не спросил про мою жизнь, его не интересовало житие лузера. Мне бы, наверное, тоже это было не особо интересно.

От жары в его доме меня стало клонить в сон. Ночевать здесь мне уже совсем не хотелось, надо было уезжать. Сходил в туалет и, уходя из дома, я окликнул его, но Б.В. даже не дернулся, он уже уснул. Я вышел, захлопнул дверь и вдохнул ночного воздуха. Это был вечер пятницы, и домой не хотелось. Через минуту уже звонил своему приятелю Грегори, завсегдатаю ночного клуба «Рай». Если верить на слово, то у него есть небольшая доля этого заведения. Скорее всего, он просто напросился, чтобы его туда взяли, как-то договорился с кем нужно. Если ты тусовщик, то иметь долю в ночном клубе – это как красивые зубы у дантиста или натянутая как на барабане кожа на лице пластического хирурга. Как говорится, must have. Одно не понятно, если дантист – это профессия, то тусовщик – это что, призвание? И если да, то как можно его монетизировать?

Дозвонился уже в дороге, из авто.

– Давай обсудим твое предложение, – я решил начать интригующе.

– Что ты сказал? НЕ СЛЫШУ!

Из телефона вовсю гремела музыка. Вечеринка явно была в разгаре. Мистер-тусовщик, похоже, был в клубе.

– Говорю, давай встретимся! – Я стал говорить громче. – Все обдумал и в принципе готов обсудить детали!

– Какие детали? Подожди! – Грегори вышел в зону, где было потише. – Слушай, старик, я сейчас не могу, давай завтра созвонимся, ок?

– Давай подъеду сейчас. Ты в «Раю»? – Я старался придать голосу серьезности, чтобы телефонный визави не понял, что сейчас больше всего на свете я хочу тусить.

– Я в «Раю». Но ты здесь никого не знаешь.

– Окей, еду. Без меня много не пейте!

Дружба с Грегори отличалась от дружбы с Б. В. В отношениях с программистом я частенько старался ему угодить. Например, мы как-то раз решили начать играть в гольф – по воскресеньям, с утра. Я сам брал на себя обязанность мотивировать друга. Заботился о том, чтобы он с вечера выпил меньше обычного. Напоминал поставить будильник. Заезжал за ним спозаранку на своей машине, хотя это совсем мне не по пути, а он, в принципе, прекрасно мог доехать сам. Меня почему-то волновало, как пройдет игра, не расстроит ли его результат. Б.В. совсем не замечал эту мою организационную суету. И еще ему было наплевать, сколько я ем и как много пью. Казалось, если ты видишь, что твой друг растет вширь на долбанных десертах или тихо спивается – хотя бы намекни ему об этом! Но где уж тут…

Другое дело Грегори. Этот постоянно твердил, что я часто бухаю и жру все, что встречу на своем пути. Хотя какое ему было дело? Он также интересуется тем, как у меня с работой, как моя семья. Вечно подкидывает идеи разных бизнес-проектов. Но я не реагирую. Возможно, так неправильно говорить, но уровень интеллекта Грегори несколько ниже, чем у Б. В. Они в разных весовых категориях, что ли. В итоге, в наших отношениях с Б.В. я подтягиваю себя к его уровню, а в отношениях с Грегори – наоборот, опускаюсь. Я приближаю Грегори к себе только когда мне это надо, для тусовки – выпить хочется, к примеру.

Грегори – тусовщик и пи*дабол (в хорошем смысле слова). Он может весь вечер трепаться ни о чем. Вокруг него при этом будет рой девчонок и не только. Серьезные перцы, достигшие чего-то в жизни, также могут окружить его и слушать, разинув рты. А он станет нести откровенный бред, но это никто не заметит. Когда его представляют как совладельца ночного клуба, людей уже не интересует, какого размера у него там доля. «Рай» – это его генеральская звезда на погонах, золотой крест поверх рясы. Знак отличия для всех – он не простой смертный, а кто-то особенный. Поначалу я мечтал тоже стать совладельцем клуба, даже спросил Грегори, можно ли мне как-то получить долю «Рая». На что тот ответил: «Зачем тебе „Рай“? Это не твое». Да, может, он был прав – это, действительно, другой образ жизни, иное мышление и мировосприятие. Даже с генеральским погонами я останусь простым старлеем. Вопрос в натуре человека и его привычках, которые определяют стиль жизни. И доля в тусовочном клубе вряд ли изменит сущность человека. Ворота этого «Рая» открыты лишь для экстравертов. И нет смысла мечтать. У этих небожителей свой мир, а я в нем чужой. И вот вам подтверждение.

Однажды я слышал по громкой связи в машине, как Грег звонил чуваку, с которым познакомился за день до этого на очередной тусовке. Важное примечание – тот «чувак» был управляющим отделения банка в центре Монреаля. Я сам видел его визитку. Телефонный разговор происходил примерно такой:

– Кхэ, кхе… – это он откашлялся в трубку (считай, в ухо управляющему). – Здарова, ты там как?

Приятель одной рукой держится за руль и ведет машину, в другой у него телефон. Он на секунду посмотрел на меня и подмигнул, мол, смотри как надо.

– А, это ты Грэг! – отвечает банкир (он узнал его по голосу!) – Да неплохо дела у меня. Ты-то как?

– Да все ничтяк. Помнишь тёлочек вчера? Так я с ними замутил. Кхэ, кхэ. Да-да, с двумя сразу, – Грегори тянул слова с видом сытого кота.

– Ну! Ну ты вообще молодец! А я после клуба домой поехал. Режим, понимаешь ли, – как бы извиняясь за свою никчемность, говорил человек, достигший весьма высокого положения.

– Да ничего! Ты подкатывай сегодня к нам в «Рай». Я подрулю к 11 вечера с двумя близняшками, недавно познакомился. Просто отпад. Сам оценишь!

И пошло-поехало. Дальше они встретятся, знакомство перерастет в дружбу, и Грегори замутит какое-нибудь дело с этим перцем или, как минимум, возьмет выгодный кредит под раскрутку очередного проекта. Вот вам и монетизация, кстати. Только ему, на самом деле, не надо ни кредитов, ни проектов. Он вообще к деньгам очень осторожно относится. А это подлинная редкость для тусовщика. Грегори расчетлив и мудр, когда дело касается денег, в остальном он «наполовину пуст». Другими словами, он нигде толком не работал, но у него всегда были какие-то дела и неизменно водились деньги. Вроде человек при деле, но чем занимается, никому не известно. Можно ли сказать, что он состоялся? Это вопрос.