Чтение онлайн

Руки призрака вцепились в мои щиколотки и дернули меня назад с такой силой, что едва не вырвали из цепких пальцев Арбенина.

Я не выдержала и закричала. Наверное, с моей стороны это было трусостью. Но именно сейчас я дала волю чувствам.

– Николай! – закричала я. – Не отпускайте меня! Я вас умоляю!

Он что-то крикнул Нестеру и Платонов схватил меня за правую руку, помогая князю. Теперь они тянули вместе. Вот только призрак был силен.

– А! – закричала Варвара Потаповна и принялась летать над нашими головами. Помочь она не могла при всем своем желании. – Полиночка! Ох! Да сделайте же что-нибудь! – запричитала она.

– Прошу! – сгорая от ужаса и стыда пропищала я, глядя князю в глаза. Бравада куда-то отступила. Я вдруг поняла, что все серьезно! Что я могу погибнуть. Что темная душа может затянуть меня в свою обитель и это закончится весьма прискорбно для княжны неумехи!

– Не отпущу, Полина! Ни за что на свете не отпущу! – прорычал Николай. По его рукам пробежала магия, придавая мужчине дополнительную силу. Они с Нестором уперлись ногами в пол. Я увидела, как от напряжения вздулись мускулы на руках мужчин.

– Ногами! – рявкнул Арбенин. – Дергайте ногами, княжна! Бейте его куда попадете!

Я попыталась, да только барон держал меня крепко. И тут к полотну подскочила Марина. Я с ужасом увидела в ее руке нож для чистки фруктов.

Не говоря ни слова, Терехова опустилась на колени с другой стороны портрета и вонзила лезвие ножа в холст там, где был изображен Маевский.

Темная душа взвыла и ослабила хватку. Я стремительно вылетела из холста, вырванная из цепких лап призрака. Нестор шлепнулся на зад, отпустив мою руку, а я приземлилась прямехонько на Николая Дмитриевича. Он обнял меня руками и застыл, глядя в потолок. Я же опустила голову на грудь князя, слушая, как быстро бьется его сердце, и закрыла глаза, облегченно вздохнув.

– Ах ты ж боженьки! – запорхала над нами Варвара.

Платонов сделал пас рукой и портал закрылся, оборвав рев темной души.

Еще несколько секунд я лежала, успокаиваясь в объятиях князя. Тело все еще подрагивало, но он держал меня так крепко, что я поняла – ни одному призраку меня не вырвать из этих рук. Николай выполнил свое обещание – не отдал меня барону.

***

– Вы в порядке, княжна?

Услышав голос Арбенина, я подняла голову и встретила его напряженный взгляд. Неловко кивнула, чувствуя себя последней трусихой.

Что, если он решит, что из меня получился никудышный агент? Сомневаюсь, что та же Капитолина стала бы пищать и умолять о спасении, окажись она в подобной ситуации! Вот только во взоре князя не было раздражения. Он смотрел на меня с волнением и казался искренним.

– Благодарю. Все хорошо, - выдавила ответ вместе с улыбкой.

– Хорошо ей! Хорошо! – запричитала Варвара Потаповна, сидя рядом и глядя на меня взволнованными глазами. – Ее чуть темная душа не сцапала, а она сидит и улыбается. Да я бы заново умерла от страха! Вот прямо там, пока меня бы тянули из картины, и отдала бы душеньку богу!

– Варвара! – попросила я.

Душа, оказавшись не в силах справиться с эмоциями, фыркнула, взмыла вверх, вильнула в сторону окна и с разгона вылетела за стену дома. Я облегченно выдохнула. Порой моя призрачная спутница была излишне шумной и суетливой. Мне же сейчас хотелось немного тишины и покоя. И чтобы сердце перестало биться так быстро.

Николай, убедившись, что я справляюсь с волнением, отошел к Нестору. Маг уже колдовал над полотном, посыпав его каким-то порошком, который достал из сумки. Холст положили на пол, предварительно убрав в сторону ковер, и, насколько я поняла, готовили к какому-то ритуалу.

– Что вы делаете? – Разумовский оказался тут как тут. Передав Марину с рук на руки ее служанке и попросив Прасковью отвести девушку в свободную комнату, где она смогла бы прийти в себя, хозяин дома вернулся в спальню невесты и теперь смотрел, как сотрудники агентства колдуют над картиной.

– Уничтожаем полотно и душу, заключенную в ней, - пояснил Арбенин. – Вы же не желаете, чтобы в это полотно попал кто-то еще?

Федор Евдокимович кивнул, сделав вид, будто все понимает. Но я заметила, с каким интересом он следил за действиями магов. Мне тоже было любопытно. Я даже шею вытянула, словно это могло помочь видеть лучше.

Вот Николай провел ладонью над портретом и вспыхнувшее магическое пламя охватило ткань холста. Вспыхнуло так, что глазам на миг сделалось больно. Откуда-то раздался приглушенный злобный крик, сменившийся на вопль, полный боли, и Разумовский отошел на несколько шагов к двери, готовый сбежать, если что-то пойдет не так. Я зажмурилась на несколько секунд, а когда все стихло, открыла глаза и увидела, что от картины остался лишь серый пепел. Нестор достал стеклянную колбу, вытянул руку и указательным пальцем прочертил в воздухе спираль. Пепел взмыл над полом, вытянулся змеей и заполз в колбу, которую маг тут же запечатал пробкой, для верности накрыв сверху магической печатью.

– Вот и все, - проговорил Николай Дмитриевич. – Призрак более вас не потревожит.

Федор Евдокимович нервно кивнул и сглотнул ком в горле, после чего проговорил:

– Благодарствую, ваше сиятельство.

Я поднялась на ноги, глядя, как Нестор собирает сумку. Он положил в нее мел и колбу, а затем направился к выходу из спальни. Я поспешила за ним.

Уже в коридоре Разумовский вежливо попросил князя Арбенина пройти за ним в кабинет для получения оплаты за работу. Велев нам ждать его внизу, Николай пошел за хозяином дома, а мы с Платоновым направились к лестнице, ведущей в холл.

Я шла по дому и смотрела на его стены. Но перед глазами представали не эти, серые, с полотнами и обоями, а те, другие, написанные масляной краской. И дрожь пробегала по спине, стоило вспомнить жуткий голос барона, звавшего Терехову по имени.

Ну вот, Полиночка, сказала я себе, ты же хотела проявить себя! Кажется, удалось. И тут же задалась невольным вопросом: понравилось? Нет, поняла я. С Николаем было спокойнее. Одна я оказалась почти беззащитна перед ликом зла. И все же…

Все же в крови продолжала бурлить. Я все еще слишком мало знаю и умею. Вот почему после смерти душа Маевского стала темной? И как она попала в картину? Чей-то злой умысел? Был тот, кто желал Разумовскому или его невесте зла?

Ответов пока не было и, возможно, они вряд ли появятся.

В холле мы остановились, ожидая Арбенина. Но прежде князя к нам спустилась Марина.

Госпожа Терехова успела сменить платье на свежее, и умылась. На ее волосах я заметила капли воды – значит, девушка спешила!

– Полина… - она замялась, кажется, забыв мое отчество.

– Ивановна, - поправила я Терехову.

Невеста Разумовского улыбнулась. Было заметно, что ее слегка потряхивает после пережитого. Но это и не удивительно! Я тоже старалась не показать виду, как сильно испугалась. Особенно в тот момент, когда барон поймал меня у портала. Но мы обе испытывали одинаковое облегчение, потому что все закончилось и осталось позади.