Чтение онлайн

– Боги все видят, - повторил Арсеньев и тут гвардейцы, стоявшие у дверей, вытянулись по струнке. Я удивленно огляделась, но коридор перед кабинетом царя был пуст. Отчего же тогда его охрана так переполошилась?

Когда дверь открылась, на пороге кабинета возникла странная фигура. Я не сразу поняла, кто предо мной: женщина, или мужчина. И лишь когда незнакомка откинула назад капюшон, скрывавший ее лицо, все стало понятно.

У женщины были холодные, ничего не выражающие, глаза и взор пристальный, проникающий под кожу. От него так и хотелось передернуть плечами и сбросить с себя почти физическое прикосновение, похожее на прилипшую паутину.

Еще от незнакомки, одетой в широкий балахон, скрывавший фигуру, тянуло пряной остротой темной, и явно опасной, магии.

Я посмотрела на ее лицо, заметив, что женщина прячет под платком часть носа и рот. Обычно, так делают на востоке. Я сама там не была, но наслышана.

Арсеньев поклонился этой странной особе, и она ответила снисходительным кивком, после чего отступила, поманив нас за собой взмахом тонкой руки с длинными, худыми пальцами.

– Кто это? – охнула Варвара Потаповна. – Или мне надо спросить, что это?

Незнакомка застыла и обратила свой взор на призрака. Варвара поежилась и сдвинула брови. Я же поняла: эта странная женщина, явно имеющая расположение царя, слышит призраков.

А, возможно, и видит их?

– Мое имя Вирна, - ответила на вопрос души незнакомка. Ее голос звучал как трескучий мороз. – Следуйте за мной. Его величество примет вас.

Николай Дмитриевич посмотрел на Вирну и мне стало понятно: она ему тоже не нравится. Впрочем, я вполне разделяла его чувства. Было в этой женщине нечто отталкивающее. Даже, если под платком, она скрывает неземную красоту, мне не по себе от толики страха, ползущего холодом по спине.

Темная магия Вирны звенела в воздухе. И это при том, что она сдерживала силы. Я не была очень опытным магом, но подобные вещи чувствовала отлично. Так что вполне хотела повторить вопрос Варвары Потаповны и спросить: «Кто вы, или что вы, госпожа Вирна?»

За дверью с серебряным барельефом оказался не кабинет, а помещение, напомнившее приемную. Я заметила стол и полки с книгами. Бросила взгляд в узкое окно, за которым небо снова затянули тучи и на смену солнцу вернулся снег.

Мы пересекли приемную и остановились напротив новой двери. На этот раз она была самая обыкновенная, просто очень высокая, выполненная из редкого черного дуба, что растет только на севере страны.

– Вы, - Вирна устремила взгляд на Варвару Потаповну, - остаетесь здесь, если не хотите сгореть, - ткань платка шевельнулась. Я поняла две вещи: Вирна улыбнулась и она прекрасно видит светлую душу.

Потаповна противиться не стала. Кажется, она и сама уже ощутила гул магии – защитное поле, возведенное кем-то, действительно, сильным. Оно не позволяло проникнуть дальше, в кабинет царя, ни светлым, ни темным душам. И, полагаю, демонам туда тоже ходу не было. Ведь если кто-то по глупости пересечет защитную черту, то в мгновение отправиться перерождаться в рай, или прямиком в пекло, если душа темнее ночи.

– Хорошо, - проговорила Варвара. – Я вас тут подожду. То есть, подождем мы с Каратом, - добавила она и пес Арбенина лег на полу под окном, при этом оставаясь настороженным. Призрачный зверь не сводил глаз с Вирны, которая, впрочем, делала вид, будто не замечает призрака.

– Мне остаться здесь? – уточнил Арсеньев удивительно вежливым тоном.

Вирна покосилась на ректора академии и кивнула.

– Да, - прозвучал ответ, и женщина подошла к двери кабинета, вежливо постучав.

Его величество выглядел соответственно своего положения первого лица в царстве: величественный, спокойный и удивительно молодой. Но возраст прятался в глазах, серых и холодных – единственное на лице царя, что оказалось неподвластно магам, отвечающим за внешность государя. То, что они не могли омолодить с помощью своей силы.

Склонившись перед монархом, я некоторое время рассматривала узор под своими ногами, пока голос его величества не позволил распрямить спину и поднять взор.

– Я наслышан о вашем агентстве, - не глядя ни на кого, кроме князя Арбенина, произнес царь. – Слухи ходили давно. И вот теперь представилась возможность убедиться лично, насколько они правдивы.

Николай Дмитриевич коротко кивнул, но не произнес ни слова, позволяя говорить исключительно монарху. Я же взглянула на красивое, ухоженное лицо его величества. Царь Алексей Федорович Разумовский, Великий князь и Первый полководец нашего царства, был красив той холодной красотой, которая лично на меня действует скорее отталкивающе. Его светлые волосы, спадавшие шелковыми волнами на широкие плечи, тонкие губы и прямой нос, были словно написаны опытным художником. Идеальные и в этом кажущиеся неестественными.

Царь Алексей был одет в богатый камзол из золотой парчи. На его плечах лежала короткая накидка, закрепленная под горлом дорогой брошью, изображавшей голову льва, пронзенную стрелой. Под камзолом светлела белая рубашка с кружевным воротом и манжетами. На груди тяжелая золотая цепь, а на ней в тонкой оправе алый рубин, от которого едва не фонило магией.

Защитный амулет, поняла я. От нечисти и хвороб.

– Это все ваши люди? – спросил царь Алексей.

– Нет, - голос князя Арбенина прозвучал спокойно. Казалось, его совершенно не волнует собеседник. Николай Дмитриевич одинаково уважительно относился и к простому купцу, и к первому человеку в царстве. Ни тени раболепия, ни дрожи в голосе. – Несколько моих людей отправились выполнять заказ до того, как князь Арсеньев принес ваше приглашение, - добавил Николай.

– Вот как? – светлые брови Алексея Федоровича приподнялись в удивлении. – И вы не отозвали их обратно, получив мое, - он прочистил горло и усмехнулся, - приглашение.

– Нет. Не счел нужным, - последовал ответ, и улыбка царя стала шире и неприятнее.

– Вирна, - обратился монарх к ведьме, стоявшей в стороне и наблюдавшей за происходящим с видом сытого хищника, - объясни господам магам, что от них требуется. Я устал говорить.

– Да, мой царь, - Вирна поклонилась и повернулась, встав так, чтобы ее было лучше видно. – В царских палатах начался мор. Непонятная хворь поражает подданных его величества. Сегодня умер еще один человек – князь из запредельных земель, прибывших на аудиенцию.

– Какие симптомы? – спросил Арбенин, и я заметила, как Кулик весь подобрался, обратившись в слух. Мне отчаянно хотелось верить, что Трифон Петрович разгадает загадку, с которой не справились царские целители. Но это было маловероятно.

– Люди просто слабеют. Теряют силы, быстро теряют вес и умирают за какие-то день-два, - ответила Вирна, бросив быстрый взгляд на Алексея Федоровича.

Государь слушал внимательно, хотя сидел в кресле в самой расслабленной позе. В какой-то миг мне даже показалось, будто монарху все равно, что в его дворце умирают люди. Впрочем, возможно, так оно и было.