Чтение онлайн

Они выехали к пастушьему жилью. Арийдан свистнул, из домика выбежал темноволосый мальчик лет десяти. Арийдан кинул тому монетку и показал на себя, прибавив слово «рубаха» на древнем, тот убежал и почти сразу вернулся с аккуратно сложенной белой туникой без рукавов, которую с поклоном передал Арийдану. Он натянул её на себя через голову, отцепил от седла сумку с кружкой и остатками снеди, одеяло, и тоже отдал мальчику. Тот ещё раз поклонился.

Хельвиг вздохнула, она не решилась попросить его купить и ей тоже штаны и рубаху. И они поехали дальше. Арийдан вёз её так аккуратно, словно она была стеклянной, Хельвиг это удивляло, да она не была воительницей, но она не была такой уж хрупкой. Он мог бы купить ей штаны и второго коня. Однако говорить своему спасителю, что он как-то неправильно её спасает, она сочла грубым. Несмотря на неторопливость их езды, часа через полтора они уже были на проезжем тракте.

— Устала? — спросил её Арийдан.

— Нет, — удивилась Хельвиг.

— Поедем быстрее?

— Поедем, — согласилась она. Хвала богам, он перевёл коня в галоп, неказистый конь на галопе иноходил, Арийдан прижимал её к себе одной рукой и её только слегка покачивало. А где-то через час она увидела на горе Стену.

— Куда именно тебя отвезти? — спросил Арийдан.

— В Академию.

— В Академию? — он изучающе посмотрел на неё. — Так ты живёшь там?

— Да, учусь.

— Интересно, — сказал Арийдан и больше не задавал вопросов.

Он привёз её к воротам Ордена и Хельвиг видела, как один из кшатриев побежал докладывать. Наверное, её ищут. Кшатрии бросились поднимать решётку.

— Прости, дальше я тебя отвезти не могу, — сообщил он ей, спрыгнул с коня, поймал её и поставил на землю.

Хельвиг удивилась, он словно знал, что ему тут будут не рады. Или считал, что не имел права тут находиться.

— Благодарю, Арийдан, — всё-таки улыбнулась ему она, — и прости, что ударила тебя.

— Ты лишила меня уверенности в моей неотразимости, — рассмеялся в ответ дракон.

А Хельвиг почему-то засомневалась, что эту уверенность можно было как-либо у него отнять.

— А твоя туника? — спросила она.

— Оставь, — ответил он, — не идти же тебе до дворца голой.

— Тогда прощай, Арийдан.

— До свидания, Хельвиг, рад был помочь.

Он не стал садиться на своего подозрительного коня, просто повёл его в поводу и уже скоро скрылся за поворотом дороги. Всё же было в нём что-то странное, кроме коня, подумала Хельвиг. Он не сказал ни кто он, ни откуда, и про Орден Теней знал. Однако он привёз её домой, и она была ему признательна за помощь.

Хельвиг ощутила на себе чей-то взгляд. Она обернулась, посмотрела на лес, на мост, на хребет Хиам-дага и не поверила своим глазам: высоко в небе, неподалёку от снежных пиков, парил белый дракон. Она залюбовалась удивительным созданием: дракон был красив, шкура его искрилась, а серебристо-голубые узоры на ней сияли в солнечном свете. Вот и исполнилось её желание, она увидела дракона, подумала Хельвиг. И ей отчего-то даже показалось, что он смотрел на неё. Но такого уж точно быть не могло. Какое дракону до неё могло быть дело? Она вздохнула и пошла к воротам.

Хельвиг миновала арку ворот и пошла по аллее. Долго, впрочем, идти ей не пришлось, со стороны площади показался всадник. Амер Хант, спрыгнул с Вайю, схватил и прижал к себе её:

— Хельвиг! Живая! — он покрутил её, осматривая со всех сторон и снова обнял. — Куда ты исчезла?

— Кажется, меня хотели украсть, и я оказалась в лесу.

— Кто? И что с рукой? — спросил он её, разглядывая содранную кожу на ладони.

— Резала лиану и поранилась. Я всё расскажу только, пожалуйста, давай я сначала приму ванну и мы пообедаем?

— Хорошо, — ответил он.

Она собиралась ему рассказать, что произошло, но сначала следовало подумать, как. Вдруг он опять перестанет узнавать её и слышать, если она расскажет про Арийдана? Зря она не подумала по дороге.

Он повёз её в Башню и старался не думать о том, как и с кем она провела эту ночь. Но у него не получалось. На ней были самодельные сандалии с ленточками из её кос и туника с чужого плеча, надетая прямо поверх пеньюара. Какой демон его надоумил купить ей эту имперскую непристойность? Туника, впрочем, нравилась ему ещё меньше.

Амер Хант знал этот материал и такое плетение. Он сам такие носил. Обычный меч такую ткань с нитью из довольно редкого металла не брал. Эта же ещё была, как ни странно, белой и искрила серебристым отливом. Какая-то магия. Магия ему казалась смутно знакомой, но вспомнить он не мог.

Он вообще мало о чём мог сейчас думать. Радость от её появления смешивалась с красноватым туманом ярости, лишающим ясности мыслей. На ней была чужая одежда. «Это не твоё дело», — сказал сам себе Амер Хант. Она просила не считать её его собственностью. Он вообще не имел на неё никаких прав, вот встретит она своего дракона… «Демоны Бездны… Дракона! — Так вот, что это была за магия». Он ещё раз, неверяще посмотрел на Хельвиг, но она казалась совершенно спокойной, хотя и усталой. И похоже, ни к какому дракону не собиралась. Вероятно, потому, что она не знала, кто она? Возможно, он должен был ей рассказать и, наверное, она захочет уйти к нему. Но даже если и так, может, с ним ей будет безопаснее? Ему не хотелось даже думать о том, что она уйдёт, но он не имел права подвергать её опасности. Однако сначала следовало обсудить это с драконом.

Он ей, конечно, пообещал, что не станет за неё решать и считать её своей собственностью. Он бы ей и луну с неба пообещал, чтобы вместо бессловесной тени снова увидеть ту, прежнюю Хельвиг, — ему было до ужаса страшно представить, что она навсегда осталась бы такой. Только он не понимал, как не считать её своей? Что именно она хотела этим сказать? Он уже сто раз себя проклял за приказ не выпускать её из Башни, вероятно, это её оскорбило. Или же ему не позволено было ревновать её? Конечно, его ревность её могла напугать, она напугала и его самого. Он до сих пор малодушно боялся спросить её про те три дня, которые почти не помнил. Хотела ли она вообще об этом говорить? Амер Хант спрыгнул с коня и поставил Хельвиг на ноги во дворе Башни.

Она прогнала его из купальни, заявив, что купание с ним должно иметь другое название, потому что сильно отличалось от купания в традиционном понимании этого слова. А потому купать её будет Ивлар. И Амер Хант вынужден был признать, что упрёк её был отчасти справедлив. Он грустил на тахте в ожидании Хельвиг и обеда и задавался вопросом, а только ли поэтому она его прогнала? Может, было что-то у неё с этим драконом? Но почему тогда он отпустил её?

Наконец, она пришла, одетая в тонкое домашнее платье с влажными распущенными косами. Эсфа принялась накрывать на стол, и чуть не уронила на него поднос с обедом, поднос он поймал, но змея исхитрилась опрокинуть на него чайник с кипятком. Амер Хант подозревал, что нарочно.

Хельвиг попробовала свой суп и сообщила ему:

— Меня украла теневая тварь.

— Прости, пожалуйста? — изумился магистр. Не могла же она принять за теневую тварь дракона? Хотя сама идея его рассмешила. Если она так назовёт дракона, у того, пожалуй, может приключиться душевная травма.

— Амер, мне кажется, или ты смеёшься?

— Прости Хельвиг, я не над тобой. Расскажешь, как всё случилось?

— Я зашла в купальню в твоей спальной и рассматривала бутылочки со средствами для ванны, мне показалось, что кто-то смотрит на меня, и я обернулась. Там сидела крыса, точно такая же, как та, что поймал Хаш.