Магия Уз и Разума
Шрифт:
— Я довезу тебя до дома. Думаю, я имею право на маленькую привилегию?
— Это лишнее...
Почему стало так жарко от этого предложения? Это даже не звучало как вопрос, а как четкое решение с его стороны.
— Ты отказывала мне уже дважды. Должна же ты уступить и согласиться хоть раз?
Пока я сидела с открытым ртом, он украл вишенку с последнего кусочка пирога и положил её в рот, глядя мне прямо в глаза. Я шумно выдохнула, не в силах шевельнуться.
— До встречи.
Я вспыхнула и отвернулась.
***
Вечером после работы я торопилась на встречу с Эйшаром. Я попросила забрать меня на улице, а не на парковке, как он предложил, — так было меньше шансов оказаться на глазах свидетелей. В здании Башни, несмотря на вечер, ещё кипела жизнь, кто-то ходил по коридорам, разговаривал, спешил по делам. Конечно, это не давало гарантий, что нас никто не увидит, но мне было капельку спокойнее.
Холодный ветер раздувал волосы и забирался под одежду. Но мне было жарко — сердце разносило по телу кровь, ускорив свой стук от лёгкого волнения и охватившего меня трепета скорой встречи. Личной встречи. В этой зимней темноте, на морозном воздухе, с кружащими над нами снежинками, под светом фонарей, через дорогу от Башни.
Эйш открыл мне дверь своего автомобиля, как только я подошла.
— Нет, постой! Нам нужно обговорить один важный момент, — начала я.
— Я тебя слушаю, — ответил маг. Внешне он был спокоен и не менялся в лице. Вот только я ощутила исходящую от него тревогу — сковавшее живот напряжение, словно его взяли в кулак. Вероятно, после моих слов о возможности забрать свое согласие, он подсознательно ожидал, что я передумаю.
— Касательно нас с тобой. Давай пока не будем предавать это огласке? Я не хочу... проблем.
Я вспомнила фразу Нэлла про Внутренний Круг. И реакцию Като на букет цветов на моем столе.
— Что-то не так? — тревога проступила на его лице — он нахмурился и прищурился.
— Я не хочу, чтобы кто-то знал о нас. Пока давай оставим это в секрете. На первое время. Я... не хочу слухов и сплетен. Достаточно того, что я работаю здесь пару месяцев и...
— И?
— И Като не одобряет служебных романов, — выдохнула я, решив умолчать о некрасивых намеках от Нэлла. О нем я предпочла бы вообще не разговаривать.
Эйшар вздохнул и картинно закатил глаза при упоминании Лайена и его недовольств.
— Хорошо, — согласился он.
— Спасибо.
Мы молчали, вдыхая морозный воздух, и смотрели друг другу в глаза. Эйш очнулся первым — он коснулся пальцами моего подбородка. Горячие. Не то, что мои. Большой палец невзначай задел мою нижнюю губу. Вот что он делает?
— Ты позволишь... — выдохнул маг, наклоняясь. Слишком близко. Я чувствую его горячее дыхание, которое превращается в пар на холодном воздухе. — Не могу противиться...
Я судорожно выдохнула.
Губы коснулись моих. Поцелуй, был мягким и нежным, а мой моментальный отклик удивил меня саму. Я ответила на поцелуй открыто, самозабвенно, заверяя его в своей искренности. Обняла и зарылась пальцами в светлые волосы. Я почувствовала даже сквозь одежду тепло его ладоней, нырнувших под пальто и заскользивших по моей спине. Я отстранилась первой, не испытывая ни капли смущения. Посмотрела в серые глаза, находящиеся совсем близко, и прочла в них то же, что творилось в моей собственной душе.
Мы подступались друг к другу с волнением и явным страхом что-то разрушить, сломать и испортить. Только в отличие от меня Эйшар был напорист и куда более уверен в себе. Кажется, он уже для себя все решил и четко знал, чего хочет. Я же пока... Стояла перед выбором.
Когда мы забрались в машину, в теплый салон, Эйшар вдруг вспомнил:
— Значит, я — засранец, — пробубнил он вслух, выезжая на дорогу.
— Что? — не поняла я.
— Ты нарушила субординацию и назвала меня засранцем. Интересно, что придало тебе смелости в тот момент? — принялся беззлобно рассуждать мужчина. — Тот факт, что вокруг никого не было или беспечность?
— Я бы хотела сказать, что я это не всерьёз! — возмутилась я.
— Но? — склонив голову, подтолкнул к откровению меня Эйш, с интересом ожидая дальнейших слов.
— Но, к сожалению, Элгрин, ты в самом деле задница! — выдохнула я.
Потому что вот сейчас вспоминать об этом и так властно заявлять, что я смела его обзывать, — самое что ни на есть подтверждение моих слов. Да, я бессовестно воспользовалась положением, связывающим нас. Но Эйшар начал первым, заходя с козырей, вполне серьезно отчитывая и одновременно пуская в ход флирт. Иначе я бы никогда не позволила себе такую вольность, как обозвать главу Внутреннего Круга засранцем.
— На которую ты долго пялилась!
Чего у него не отнять, так это наблюдательности. Я отвернулась к окну, не желая выдавать своего смущения. Там есть на что посмотреть, я не стану находить оправдания за это. Но кое-что отметить и напомнить я могу.
— Все на тебя пялятся, Элгрин! — произнесла я, продолжая глядеть на проезжающие мимо машины.
— Я не обращаю на это внимания.
— Тогда никакой разницы! Я это или другая милая сотрудница, — пожала плечами я.
Хотя внутренне я немного, но начинала ревновать. Самую малость, совсем капельку!
— Ты — другое дело, Эйрилин. Было бы грустно, стань ты исключением из правил.
— Почему?
— Я бы задумался, чем ты руководствовалась, давая мне свое согласие.
— И чем же я руководствовалась? — растянула губы в улыбке, поддерживая наш флирт.
За время нашего недолгого диалога мы успели доехать до моего дома. Я часто ловила себя на мысли, что мне повезло найти квартирку недалеко от Башни, от работы, потому что Шеит достаточно большой, а я жила практически в центре. Но сейчас я немного сожалела об этом — поездка закончилась слишком быстро, а мне вдруг захотелось ее продлить, чтобы время замерло или растянулось, а мы остались тут…
Эйшар остановил машину. А затем потянулся ко мне, и я с замиранием сердца следила за тем, что он будет делать. Он поцеловал меня. Нет, не просто поцеловал, он вовлек в охватившую его страсть, которую я ощутила, как свое собственное дыхание. Она накатила на меня подобно волне, такая яркая и жаркая, заставила вздрогнуть, а следом — подтверждением ей — были его губы и язык. Я ответила, развернувшись к нему, касаясь ладонью его гладкой щеки. А напоследок он прикусил мою нижнюю губу, сорвав мой вздох.