Чтение онлайн

– Она здесь надолго.

Ответил и прищурился, всем своим видом предостерегая. Когда разговор касался это крали у него всегда становился настороженный вид. Он прекрасно знал, что от меня ожидать. Он вообще за это время успел меня выучить и это даже пугало и настораживало.

– Зачем? – нагло спросила я.

– С каких пор я должен перед тобой отчитываться? Ты кто такая?

Этот вопрос мне был тоже интересен. Но на него никогда не было ответа. Ответ знал тот, кто спросил. Иногда мне казалось, что и он не знает. Просто завел себе кого-то типа собачки.

– Да мне по фиг…Не отчитывайся. Просто интересно сколько твоя телка будет здесь отсвечивать.

Рывок руки он уже держит меня за шею.

– Лиза, маленькая, не нервируй меня. Фредерик не самое плохое, что может с тобой случиться. Не надо испытывать судьбу. Не церемонится, прихватил сильно так, что и дыхание перехватило.

– Таня не телка. Я об этом тебе уже говорил. Если ты плохо запоминаешь я могу начать вбивать информацию. Но советую начать запоминать.

– То есть ты на ней женишься?

Представила себе их в свадебной одежде и стало противно.

– То есть да.

– Охренеть!

Гаденько ухмыльнулась и Шопен сдавил мое горло посильнее.

– Маленькая. Я купил простое мыло, когда ты наберешь его в рот тебя вырвет.

– Ты меня сейчас задушишь? – пролепетала я и попыталась убрать его волосатую лапу, но куда там.

– Хотел бы задушить – задушил бы.

Но пальцы разжал, и я демонстративно покашляла. Пусть ему станет стыдно…если это слово вообще знакомо этому черту хромому.

– Я хочу, чтобы ты относилась к Тане с уважением. Каждый раз, когда говоришь с ней думай обо мне. Представляй, что это я перед тобой.

– Ты мне нравишься больше…

– Я польщен. А еще…ты ведь совсем не дура, Лиза. Ты могла бы получать намного больше.

– А вот это уже интересно. Больше это как? И это что?

– Ласковый теленок двух мамок сосет.

Фыркнула. Так вот он о чем. Типа я буду заискивать с его телкой, а он будет за это раздавать мне ништяки.

– Я бы предпочла в деньгах.

– Зачем тебе деньги, Лиза? Чего тебе не хватает? Скажи!

Я пожала плечами. Я еще сама не решила, чего мне не хватает, но было неплохо иметь свои деньги. Зачем-то. Может я решу снова сбежать.

– Я их соберу.

– И?

– Ну когда-нибудь я вырасту и уйду отсюда.

Поморщился словно ему эта идея показалась идиотской и тупой.

– Возможно.

– Что значит возможно? Я не буду твоей овчаркой на поводке!

Расхохотался и щелкнул меня по носу.

– Овчарка? Ты чихуахуа. Злобная и маленькая дрянь, которая кажется страшной только самой себе.

– Да по…отстань! – Осеклась я, изменив слова при виде его цепкого взгляда, вспыхнувшего, когда я попыталась его послать.

– Когда-нибудь я сам тебя вышвырну.

– Ну вот. Мне будут нужны деньги.

– А теперь включай мозги и думай, как их получить.

– Подлизывать твоей телке?

Удар по губам, и я ощутила прилив адреналина и как слезы наворачиваются на глаза.

– Ее зовут Таня…, - спокойно сказал Шопен и вышел из комнаты, оставив меня наедине с пианино. Я от злости сыграла Реквием Моцарта и захлопнула крышку. Губы болели. Но еще больше точила обида и понимание, что Таня – это и правда надолго. А может быть и навсегда. И все мое естество восставало против. Ответа на вопрос «почему» у меня не было.

***

Первую неделю я даже старалась, ожидая обещанные миллионы. Но денег мне никто не давал. Я даже нагло намекнула, что веду себя хорошо. На что мне было сказано, что так и должно быть, а зарабатывать надо по-другому. Мысленно послала его и ушла к себе в комнату. Полы что ли у него мыть? Унитазы? Как зарабатывать?

Потом они с Телкой. Таня. Телка. Какая разница. На одну и ту же букву начинается. Для меня Телка. Так вот потом они с Телкой приехали из каких-то крутых магазинов или рынка или не знаю где они всего накупили, но его сучка выглядела как картинка. Сапоги на высоком каблуке, платье, колготки, какая-то шляпка. На шпильках она чуть выше Хромого, но его это явно не смущало. На нее он смотрел…плотоядно. Как на еду. Вкусную. И это меня тоже бесило. Как и ее каблуки, длинные ноги, волосы. Да все бесило. Она с кучей пакетов. Довольная как гадюка после укуса.

Я к ним не вышла, выглядывала из-за угла. Стоят оба, довольные, улыбаются, он что-то шепчет ей на ухо и у нее прикрываются глаза. Хромой ей явно нравится, и она здесь не ради его денег. Это бесит еще сильнее.

– Лиза! – позвал меня Шопен. Сделала вид, что спускаюсь и предстала перед ними, невинно хлопая ресницами. Они у меня длинные. Мачеха всегда говорила, что такой пигалице с торчащими коленками и ключицами не нужны ресницы вообще.

– Уроки сделала?

Кивнула, выжидая. Спросить, что им надо будет невежливо, наверное. Но вид кучи ее пакетов выбешивал основательно. Накупил ей, угождал, баловал. Вот эту черноволосую курицу с лупатыми глазами серого цвета. Ни дать ни взять телка.

– Привет! – доброжелательно произнесла Таня и я посмотрела на нее так, чтоб ей улыбаться уже перехотелось.

– Здрасьте.

– Мы тут купили тебе подарок.

Она протянула мне пакетик, и я его с радостью взяла. Заглянула и радость пропала. Они купили мне мишку. Плюшевого. Голубого. Серьезно, бля? Вы видели, чтоб я игралась игрушками? Реально? Интересно чья это была идея? Его или ее?

– Могли бы вообще Барби купить с розовыми пони.

– Тебе нравятся Барби? – радостно спросила Телка, а я закатила глаза.

– И пони, и пупсы, и кукольные коляски с рюшками, - съязвила я, но Телка не поняла. Зато понял Шопен и прищурился еще сильнее.

– Шопен купил и даже сам выбрал, а я одобрила. Это коллекционный мишка Тедди. Он набит опилками, у него ручки и ножки на шплинтах…

– Лапки.

– Что?

– У животных лапки.

– Да, лапки. Верно.

Опилки у тебя в голове, Таня. Но этого я вслух не сказала.

– Скажи спасибо, Лиза! – наконец-то подал голос Хромой, вроде по-доброму, но глаза злые. Он ожидал другой реакции.

– Сенкью.

И поклонилась. Нахмурил брови, явно понимает, что есть подвох.

– Мы сейчас едем в театр, а ты как раз ляжешь спать со своим мишкой.

Я улыбнулась ей, растянув губы до ушей и пошла к себе в комнату. Дождалась, когда они уедут, потом выпотрошила мишку - ты гляди и правда опилки. Надо выкинуть во двор может крысы утащат. Пошла к ним в комнату, поломала все помады, разбила духи, порвала ее новые трусы и порезала платья. Вначале, правда, я их примеряла. Увидев свое дурацкое отражение в зеркале в шмотках этой шпалы, психанула еще больше.