Чтение онлайн

— Стервозность тут ни при чем. Тобой владели материнские чувства, — Марин коснулась плеча Джейми. — Я уже научилась не делать никаких сравнений. Ад остается адом во всех его проявлениях.

В отличие от дочери Джейми, Себастиана в розыск не объявили. Его похищение не соответствовало официальным критериям. Первые объяснения полицейских показались Марин и Дереку смехотворными. В подобных случаях использовались оповещения о похищении детей, и никто не оспаривал, что речь шла именно о похищении ребенка. К тому же это ясно показали записи видеокамер.

Однако никто не видел машину, в которой могли бы увезти Себастиана. Личность и описание похитителя ограничивались лишь костюмом Санта-Клауса. Власти должны убедиться в наличии достаточной информации об исчезновении ребенка, чтобы официальный розыск помог его найти. Решение принималось отдельно в каждом конкретном случае, и дело Себастиана не располагало достаточной информацией.

Полицейские, однако, предприняли другие шаги. Записи камеры наблюдения с Пайк-плейс распространили по всей стране. Несколько дней после похищения любой телезритель мог увидеть фото Себастиана в новостях. Его фотографией на постере с поиском пропавшего ребенка, выложенным в Твиттере и Фейсбуке, поделились почти миллион раз. Мысль о том, что «Санта» похитил ребенка за три дня до Рождества, вызвала бурные отклики, и эта история стала сверхпопулярной в течение нескольких часов.

В вечер похищения Дерек и Марин, стоя около дома перед камерами местных новостных станций, просили телезрителей предоставить любую информацию об их сыне. К концу недели они выступили на канале Си-эн-эн с просьбами о его благополучном возвращении.

Полное отсутствие информации об исчезновении сына подействовало на Марин ошеломляюще и удручающе. А потом она подслушала, как один из копов сказал другому: «Либо похититель тщательно все спланировал, либо сукину сыну невероятно повезло… и мы так ничего и не узнаем».

Было легко предположить, что Себастиан с похитителем вошли в подземный гараж, нацеливаясь на выбранный злоумышленником выход с рынка. Но не было конкретных доказательств, подтверждающих эту версию. Они ведь могли дойти до боковой улицы и за углом сесть в машину, грузовик или фургон. Их мог кто-то забрать. Или они могли зайти на парковку и стать одной из пятидесяти четырех машин, выехавших с подземной стоянки в течение часа. Из-за угла обзора единственной работавшей камеры слежения, установленной на другой стороне дороги, невозможно было зафиксировать номерные знаки на этих автомобилях.

Дерек использовал свои связи, чтобы получить как можно больше освещения в средствах массовой информации. Так же, как и Марин. Но кому понадобилось похитить ребенка богатой, известной пары из Сиэтла среди бела дня? Полиция предположила похищение с целью выкупа. Но требования выкупа поступают в первые двадцать четыре часа, максимум в течение сорока восьми часов. Ни с Дереком, ни с Марин никто не связался. Никто не подкидывал на их порог записки, не присылал сообщения; им не поступали подозрительные звонки с неизвестных номеров.

Пятидолларовый леденец убедил Марин, что похититель знал Себастиана. Ведь мальчик хотел именно такую конфету, а в кондитерской «La Douceur Parisienne» в тот день продали только семь леденцов. Однако пять из семи проданных оплатили дебетовыми или кредитными картами, и этих покупателей нашли. Они оказались ни при чем. Последние два леденца оплатили наличными, и продавщицы из этой кондитерской сказали, что точно запомнили ту клиентку — бабушку, купившую леденцы для своих внучек-близнецов.

В любом случае, эти большие и красочные леденцы из «La Douceur Parisienne» оставались, вероятно, магнитом для любого ребенка в возрасте до десяти лет. Такой леденец могли купить заранее и хранить в кармане или сумке, чтобы использовать в качестве приманки в нужный момент. В рамках расследования опросили всех знакомых Дерека и Марин. Опросили и всех продавцов, работавших в тот день на рынке. Никто ничего не знал.

Себастиан просто исчез. Бесследно. И шестнадцать месяцев спустя у Марин по-прежнему нет ответов.

Давным-давно один фильм произвел на нее кошмарное впечатление. Она еще училась в школе, и в субботу вечером они тусовались в одной компании. Кто-то принес видеозапись фильма «Исчезновение», триллера с Джеффом Бриджесом и Кифером Сазерлендом. Во время романтической поездки молодого писателя Джеффа (Кифер Сазерленд) Барни (Джефф Бриджес) похищает невесту Кифера Диану (ее играет совсем юная Сандра Буллок). По прошествии трех лет персонаж Кифера так и не узнал, что случилось с его пропавшей девушкой. Он стал почти до безумия одержим поисками. Новая возлюбленная начала помогать ему в поисках, и вместе они в конце концов выяснили, что в день исчезновения Дианы на заправке был тот самый парень, Барни, и ему определенно что-то известно. Они пытаются расколоть его, и в конце концов Барни говорит: «Если хочешь узнать, что с ней случилось, то должен сделать то же, что сделала она».

Джефф согласился и охотно выпил кофе, вырубивший его так же, как и Диану. Проснулся он в деревянном ящике, закопанном в лесу. И быстро сообразил, что попал в ловушку и умрет, как Диана, задохнувшись в темном подземелье, и никто не услышит его крик и не узнает, что с ним случилось…

Благодаря этому жуткому фильму Марин неделю мучили ночные кошмары.

Теперь она ощущала себя в роли Джеффа. Если б тот Санта появился у нее на пороге, предлагая окончательные ответы о пропавшем ребенке вместе с чашкой усыпляющего чая, она без раздумий проглотила бы эту приманку. Выпила бы весь чай до капли.

Потому что нет ничего хуже неизвестности.

Пропавший ребенок — открытая, зараженная рана. Иногда можно принять обезболивающее, наложить пластырь и, возможно, пережить день, но рана никогда не затягивается. Продолжает нарывать, и легчайший укол может заставить ее кровоточить.

Марин еще лежала в кровати, сознавая, что пора бы уже встать и заняться делами. Глянула на половину Дерека. Она была пуста, но примятая накануне вечером его головой подушка напомнила ей, что сегодня утром он уехал в Портленд. Это решение Дерек принял в последнюю минуту перед сном, пояснив, что необходимо успокоить некоторых чокнутых инвесторов.

— Всего только на день, — добавил он, и Марин сразу подумала о Маккензи. — Есть рейс в восемь утра, так что я выеду около шести. А к ужину уже буду дома. Может, хочешь поехать со мной? Целый день я буду торчать на совещаниях, но мне придется сводить инвесторов на ланч, и тогда ты могла бы присоединиться к нам, а потом пройтись за покупками. Ты ведь помнишь, что в Орегоне нет налога с продаж.

— Зато надо вставать в пять утра, — усмехнулась Марин. — Нет, уж лучше я высплюсь и заплачу налог с продаж.