Чтение онлайн

– Ну, что?
– толкнул меня Лагуна. И, поскольку я никак не откликнулся, он толкнул меня еще раз, посильнее.
– Что ты там увидел?

Я опустил бинокль. Глаза у меня устали от напряжения.

– Ничего интересного, - заявил я.

– Что же ты дыхание затаил?
– спросил Лагуна подозрительно.

– Леопард там был, - сказал я.
– Здоровый. Я таких ещё не видел.

– А, леопард!
– сказал Лагуна.

– Здоровый, сволочь, - повторил я.
– Красивый.

Лагуна некоторое время смотрел в бинокль, а потом опустил его.

– Может, пойдём прямо к гнезду?
– предложил я.

Лагуна почесал затылок.

– Не, - сказал он.
– Страшно. Хватил! Она нас в два счёта догонит.

– Ну, догонит, - сказал я.
– Тут мы ей и вставим фитиль.

Лагуна хмыкнул.

– Когда ты её увидишь, забудешь про всё. Забудешь, как бегать.

– А что так?

– Ноги отнимутся.

– А ты её видел?

– Тоже не видел, - признался Лагуна.
– Слышал о ней. И потом след... а, я уже говорил.

– А что ты слышал?

– Да я тебе уже рассказывал, - рассердился Лагуна.
– Не веришь, не надо.

– А что я поделаю, - сказал я.
– Не верится мне.

В глубине джунглей есть болота с чудовищными полипами, растущими, как деревья, прямо из воды, почему-то прозрачной вокруг них.

В самом верху полипы заворачиваются трубочками розового цвета. Между ними по поверхности плавают большие пузыри с непрозрачной оболочкой цвета грязной пены.

Тошнотворные пузыри; иногда они лопаются.

А в зарослях, что окружают болота непроходимой стеной, водятся громадные ярко-красные лягушки. Завидев живность, они высокими прыжками устремляются к ней.

Есть и тёмные лягушки, под цвет зарослей. Они ещё больше, но они не прыгают. Длинными языками они словно стреляют в свою жертву и притягивают к себе.

В самих же болотах есть другие омерзительные существа, напоминающие скатов. Когда они всплывают на поверхность, видны их чёрные маслянистые спины и маленькие усики над водой - наблюдают.

Двигаются они без малейшего усилия, под воду уходят так, словно их кто-то тянет со дна. Достаточно моргнуть, как чёрные лепёшки их спин исчезают без

малейшего всплеска. Никто не знает толком, насколько они опасны - их внешний вид и повадки не располагают к проверке этого на опыте.

В зарослях много змей. Про них знает каждый ребёнок.

А порой с вековых деревьев спускаются гигантские удавы, слухи о которых разошлись по всему побережью. Мало кто видел их своими глазами, но многие местные жители рассказывают о следах рептилий или о последствиях их похождений.

Я считал, что это всё легенды. У страха глаза велики.

– Я сам видел, - сказал Лагуна. Он сердился, что ему не верят.
– Сам.

– Что же ты видел?
– Я снова принялся обозревать окрестности.

– След на песке, - сказал Лагуна.
– Как от шины.

– Велосипедной, - сказал я.

– След был похож на шинный, - сказал Лагуна.
– А был он вот такой.
– Лагуна раздвинул руки, держа ладони на уровне плеч, но потом засомневался, что будет недостаточно, и раздвинул ладони пошире.

– Вот такой, - сказал он, склонив голову и глядя то на одну руку, то на другую, видимо, сопоставляя изрядное расстояние с увиденным.

Я оторвался от бинокля и тоже уставился на руки Лагуны. Они дрогнули и ещё чуть-чуть раздвинулись.

– Вот!
– сказал он не совсем решительно.

– Значит, размером со стол, - констатировал я.

– Почему стол?
– удивился Лагуна.
– Вот!

– Здесь же даже больше стола.

– Значит, стол, - сказал Лагуна, соглашаясь. Он устал держать руки на весу и опустил их.

– А почему ты думаешь, что удав должен был прийти к реке?

– Должен!
– сказал Лагуна уверенно.
– Они часто приходят. Пить-то им надо.

– А что, разве удавы пьют воду из реки?
– озадаченно спросил я.

– А как же!
– напористо сказал Лагуна.
– Пьют, конечно. Воду пьют.

– Значит, он сегодня не пришёл?

– Или мы прозевали.

– Ладно, идём отсюда.

Мы спустились вниз и пошли по тропинке.

Справа и слева, и вверху безвольно свисали лианы, как мёртвые змеи, и отчаянно, на разные голоса, перекрикивались невидимые птицы высоко над головой.

– К Корке кто-то приехал, - сообщил Лагуна.
– Я видел, как сегодня к ним подъехала машина и оттуда вышли с вещами. Не местные. Дочь нового рациона.

– А ты что там делал?

– А я на заборе сидел.

– Разумно.

– Вот бы её пригласить на наш праздник. Назло всем. Помнишь, как начиналось зрелище? С этого.

Верно. Сделаешь что-нибудь по-своему, против общего ожидания, но от души, и начинается.

– Сегодня они к вам наверняка завалят.

– Сто лет они мне нужны...
– проворчал я.

– Значит, ты сегодня не будешь сидеть дома?

– А что?

– Идём в "Породу". Сегодня будет весело.

– Там и так весело. Куда веселей.

"Порода" был самым удалённым баром в городе. Это был настоящий притон у самых трущоб.

И всё бы ничего, если бы упавший без не поделивших места пассажиров и экипажа самолет не облюбовали как место сведения счётов.

Месяца два назад кто-то, пользуясь нешуточным игрушечным оружием, выстрелил в обидчика и создал прецедент: теперь, как по ущербному сценарию, без пальбы не обходится ни один вечер. Причём страдают всегда, как правило, посторонние.

Поставили двух полисменов, но не прошло и дня, как кому-то опять стало невтерпёж, и этот кто-то был не одинок, так как бой разразился бескомпромиссный, дрались две группы: трое против пятерых, и вот они ввосьмером умудрились перебить всех окружающих и уложили-таки обоих полисменов. В баре устраиваются настоящие дуэли, и обстановка всегда назревает, как в вестернах, и от табуна вышибал нет никакого толка.

Народный бар на время прикрыли. А на днях вновь открыли. Лагуна вчера был там. Говорит, что всё чинно, чисто и блестит. Посетителей мало. И те переодетые шпики.

– Ты думаешь, можно будет сходить туда?
– спросил я, послушав Лагуну.
– И девчонок взять?

– Конечно, можно!
– сказал Лагуна.
– Там теперь, как в ресторане.
– Он величественно воздел руку.
– Посидим, поговорим...

– Можно, конечно, - согласился я.
– А что с удавом делать будем?

– Сдался тебе этот удав!
– сказал Лагуна.
– Что ты, змей не видел?