Манекен за столом. Роман-антиутопия. Часть 1
Шрифт:
– Вот как...
– Вот в вашем примере с кошкой. Тут возникает много вопросов: кому не опасно - кошке, или тому, на кого она упала, и потом, ваша правда, - сказал я первому мужчине, - другим может быть совсем не страшно.
– Весело?
– спросила женщина.
Я пожал плечами.
– Не знаю... Пожалуй, никак. Послушают и пойдут дальше.
– Да, - сказала Диета упавшим голосом.
– Ужас.
– Вот я никогда не пугаюсь, - сказал Рудник.
– Я хотел сказать - не рискую. Но зато я никогда не пытаюсь докапываться до степени опасности, когда мне страшно.
– А часто тебе бывает страшно?
– спросила Диета.
– Бывает, - сказал Рудник и спросил у Штампа: - У вас здесь курить можно?
Штамп наклонился, не расслышав вопроса, но, догадавшись, о чём речь, закивал:
– Хрустите, хрустите...
Справляется любимчик Абсурда. Соблюдает внешнюю канву - и норма.
Время от времени включался мощный кондиционер, и столбы дыма за несколько секунд рассеивались.
То и дело в распахнутую настежь дверь входили люди.
К самому Штампу мало кто подходил - всё делали помощники.
– Сколько же раз тебе было страшно?
– допытывалась Диета.
– Было, - сказал Рудник, закусывая безе.
– Разрешите, - попросил я.
– Да, да, пожалуйста, - сказал Рудник, протягивая пачку.
– Берите.
– Спасибо, - сказал я.
– И поскольку я не докапываюсь, - продолжал Рудник свою мысль, - то не порчу впечатления от страха. От первозданного, так сказать, ужаса.
Я с наслаждением зажевал. Хорошие безе, подумал я. Давно я таких не ел. Интересно, откуда они. Не безе, люди. Впрочем, что тут думать. Конечно, из столицы. Небожители. Я взял второй коктейль.
– ...это, знаете ли, их фирма, - говорил Штамп брюнету, только что подошедшему к стойке.
– Да, - сказал брюнет, - я взял следующую стиральную машину, и теперь у меня несколько плохих машин вместо одной.
– Ай-ай-ай, - сказал Штамп сочувственно.
– Почему бы вам не взять что-нибудь покрепче. Скажем, "Утиль"?
– Я возьму, - сказал брюнет, - я жду, когда пригонят парочку. Тогда и возьму. Я знаю, ими у нас особенно никто не интересуется...
Я пошёл в зал и поискал глазами своих. Я не сразу их заметил. Они сидели в самом углу и, кажется, их стало больше, чем требуется.
Я подошёл к ним и обнаружил, что в моё отсутствие они успели хорошо поднабраться - и Фат с девушками, и присоединившиеся - двое парней, здоровые, рослые, с квадратными челюстями.
Откуда такие взялись, с интересом подумал я, и Блюдо меня заметила, встала, обняла за шею и сказала, кося глазами:
– Это Пик... он чудесный малый... но трезвенник!
– Тут она замотала головой, устремила потухший взгляд в пол, резко наклонила голову затем и одновременно подняла вверх палец: - Но! Мишуре не место в блестящей компании...
Она была совсем пьяна. Оперативно, подумал я.
Я взял протянутый мне полный бокал и, чокнувшись с одним из парней, выпил. Блюдо внимательно проследила.
– Вот так...
– сказала она.
– Молодец теперь...
Я сел на свободный стул и раскинул ноги по полу. Вокруг опять возобновились пьяные разговоры, а я был совершенно трезв.
Я заметил, что один из парней бросил на меня уже второй пристальный взгляд.
– В чем дело?
– спросил я вполне дружелюбно.
– Здесь вообще-то занято...
– проговорил он.
– Где?
– спросил я с удивлением.
– Здесь? Кем?
Парень показал кивком головы вперед. Между столиками к нам шли девушка и двое парней, один из которых был... Корка.
"Корка - здесь?
– подумал я озадаченно.
– Дела!"
Но, когда они подошли, я встал и спокойно поздоровался с ним.
Вид его мне сразу не понравился.
Он был бледный, и взгляд его был какой-то странный.
– Познакомьтесь, - сказал он.
– Это Дар.
Я почувствовал себя не совсем уютно. Какая встреча... Я узнал в девушке, названной Дар, ту самую, которую имел счастье созерцать в окне у Корки. Теперь наши взгляды встретились, совсем, как тогда, и я, встретив острый, насмешливый, внимательный взгляд девушки, первый опустил глаза и сказал:
– Очень приятно. Рад познакомиться.
Без сомнения, она узнала меня.
– Так вы и есть Пикет?
– сказала девушка вежливо.
– Корка мне рассказывал о вас.
"Что бы он мог обо мне рассказывать?" - подумал я, промолчав в ответ.
– Давайте выпьем, - сказал Корка слегка лихорадочно.
– Сейчас ещё принесут.
Мы сели.
– Хорошее местечко, - сказал один парень.
– Как ты находишь, Акцент?
– Да, неплохое, - согласился тот.
– Во всяком случае, время провести можно, - сказал парень и внимательно посмотрел на Корку: - Как ты себя чувствуешь, старина?
– Ничего, ничего...
– сказал Корка.
Он потихоньку пьянел.
– Знаете новость?
– сказал первый парень.
– Робот заменит человека.
Никто и не заметит, подумал я, глянув на заштампованных одноклассников.
В школе метод всех поощрял одинаково, всем внушал среднеарифметическую надежду, и за многими закрепилась репутация эрудитов, полиглотов, музыкантов, поэтов.
– Что ты говоришь?
– изумился Акцент и позвал: - Фат! Ваш отец занимается роботами, не так ли?
– Да, - сказал Фат, - не вспоминайте, прошу вас, о роботах. Я их ненавижу. Я каждый день копаюсь у них в животе, как мясник.
Нерадивый продолжатель дела своего уважаемого отца, продавца игрушек, фанатично стремился к предельной достоверности - дома у него повсюду обнаруживались демонстративно открытые фрагменты игрушечных тел, внутренности угодливо выпирали, как в анатомическом атласе.
Тест: найди десять отличий.
Предприимчивый Фат уверял своих шокированных гостей, что жизнь идентично эстетична не только снаружи, но и внутри, без глянца скроена. Не прячься. От кабальной жизни нет вакцины, она везде тебя найдет и отнивелирует, сколько искусственных препон не создавай, лучше сразу разоблачайся.
– Странно, - сказала Мини, - почему мясник?
– Как мясник, - поправил Фат.
– От них несет трупом. Природу не переделать. Ее можно только запечатлеть. И вообще, перестаньте.
Он тоже был пьян.
Я молчал и тем временем успел разглядеть Дар. Она показалась мне очень красивой, особенно после третьего коктейля. У нее были светлые каштановые волосы и темные глаза, очень внимательные и насмешливые. Когда она смотрела, казалось, что ей известно все о тебе и еще кое-что...
На ней были узкие, в обтяжку, брюки и рубашка навыпуск, как накидка, а волосы распущены по плечам.