Марионетка для бандита
Шрифт:
Боже... Чтобы сюда попасть, нужно будет минимум внуком президента или иметь много денег. У них новейшее оборудование и большой процент ремиссии.
— Обалдеть…
Я вся сжимаюсь от волнения, пока Тома с любопытством рассматривает здание и местную площадку, где играют дети… Дети, она уже и забыла, что такое с кем – то играть.
Арсений выходит из машины. К нему подходит седовласый мужчина, с которым они крепко обнимаются. Хлопают друг друга по спине. И вот этот мужчина открывает двери, подает мне руку, улыбается.
— Я Нестор Сергеевич. Буду врачом вашей сестры. Тома, выходи, давай знакомится.
Тома скромно протягивает бледную руку и вскоре ее садят в маленькое инвалидное кресло.
— Вещи все берите. Карты с собой?
— Да, мама все передала.
— Она с ней будет?
— Нет.
— Вы?
— Анжелика будет приезжать на выходные.
— Понял тебя. Ну поехали, все покажу.
Спустя три часа, расположив Тому в палате с двумя другими детками, Арсений буквально насильно меня оттуда уводит. Всю оставшуюся дорогу я реву без остановки, постоянно хлюпая носом. Да, мы скоро увидимся, но мы никогда не расставались так надолго, никогда не были так далеко.
— Она в надежных руках.
Знаю, что он не врет, но от этого не легче.
— А может я буду с ней, а к тебе приезжать ночью, ну или, когда тебе там надо.
— Ты что, думаешь я тебя как шлюху взял? Чисто трахаться?
— Разве нет?
— Это скорее бонус мне, а так у тебя другая задача.
— Какая? — удивленно моргаю. Даже мыслей нет, что он от меня хочет.
— Соблазнить мужчину. И тот факт, что ты девственница нам очень пригодится.
Глава 6.
— Кого соблазнить? Кого я вообще могу соблазнить? Ты что же получается, взял меня как шлюху, чтобы я твоих друзей ублажала…
— Закрой рот и напомни мне, условия нашего договора.
— Я… Ты лечишь мою сестру, а я …
— А ты?
— А я делаю все, что ты прикажешь.
— Ну хоть с памятью проблем нет, — растягивает он губы в ядовитой ухмылке и отворачивается к окну. Я обнимаю себя руками, в мозгу сразу сотни кадров из самых разных фильмов ужасов и триллеров и о том, что я должна буду делать по его приказу. Получается, что даже убить, ведь он сам сказал «Все». А вчера доказал, что жалости не испытывает. При этом сегодня вполне мило общался с Томой. Она даже призналась, что перестала его бояться так сильно. То есть он может быть нормальным, просто не считает, что я достойна нормального отношения?
Мы еще долго едем, пока не приезжаем в деревню Сибирские росы, где все дома огорожены высокими заборами, среди которых оказывается и дом Арсения. Я бы даже сказала, самый большой в районе, размещенный на отдалении, среди деревьев. Его размеры пугают, а мозг уже сформировал его наполнение орудиями пыток и секс — установками, в которых меня будут испытывать.
Но это все страхи, а так в доме все довольно симпатично. Голубые, чуть сероватые стены с панелями, кафельный пол, темные двери и лестница уходящая на второй этаж.
— Добрый день, Арсений, — из кухни с мокрыми руками выходит крупная женщина со строгим лицом. – Кто ваша гостья?
— Это Анжелика, или Лика. Отдай ей гостевую комнату, постели, покажи все. Ну и накорми, а то у нее вид, словно она сейчас в обморок грохнется.
— Надолго? – она чуть морщит нос, осматривая мой внешний вид.
— Дашенька, эту девочку надо беречь, так что умерь свой пыл.
— Да я же гостям всегда рада.
— Ну да, — хмыкает Арсений и уходит в сторону двери под лестницей. Кабинет, наверное?
— Там его комната и кабинет. Он не любит, когда входят без стука, да и без приглашения.
— Понятно, — перевожу взгляд на женщину, которая очевидно имеет тут особые привилегии. – Я вам не нравлюсь?
— А почему ты мне должна понравится? Я тебя не знаю. Ну пойдем, видимо ты давно не мылась. Волосы как мочалка.
Трогаю свои лохмы. И ведь не обидишься, потому что правду сказала.
Она поднимается на второй этаж, где большой коридор насчитает пять дверей.
— Это ванная. А жить ты будешь вот тут, — открывает она двери, ожидая что я пройду вперед.
— А там что? – показываю на три двери в одном углу.
— А то что там, тебя не касается. И если не хочешь быть закопанной как другие шлюшки Арсения, лучше не лезь, поняла?
Шлюшки? Это что же, я не первая? Да и понятно. Похоже у Арсения хобби такое, брать нищенку и подчинять себе. И ведь не сбежишь, сестра умрет.
— Арсений не похож на убийцу. Так что вы, наверное, шутите, — прохожу в комнату с огромной кроватью, шкафом и столиком для косметики. Как в сказке прям.
— Кто знает, — хмурится она и хлопает дверью перед моим носом. Ну и пошла ты. Много вас таких в деревне, жизнью обиженных было. Хоть бы мудростью какой поделились, так нет, проще ворчать, рычать и оскорблять.
Бросаю рюкзак на кровать, сажусь следом. Падаю на спину и закрываю глаза… Вот что я вляпалась? Что меня ждет? Может быть уже сегодня Арсений приведет толпу друзей, которых мне придется обслужить? С другой стороны, он сказал, что ему пригодится моя девственность… Так что может не все так страшно…
Ладно, бояться будем, когда придет чудовище, а пока… Пока я залезаю на кровать, вторую за всю жизнь шикарную кровать и принимаюсь на ней прыгать. Она как на батуте подкидывает меня в воздух, пока я наконец не выдыхаюсь, тут же засыпая.
Меня толкаюсь в плечо и я вижу Дарью, что стоит надо мной.
— Ты почему еще не помылась? Арсений тебя не ужин ждет.
— А можно я еще посплю…
— Вот сама ему иди и скажи.
— Сама скажи…
Резкий рывок и эта Даша просто скидывает меня с кровати вместе с покрывалом.
— Ты еще не поняла, куда ты попала и что за человек Арсений?
— Ну так расскажи, чего драться — то, — тру копчик. – Что он, глава мафии?
— Нет, но на него мало кто посмеет руку поднять, потому что руку он эту отрубит… Так что если хочешь остаться живой и невредимой, а может даже стать однажды свободной, слушайся его. Во всем.
— Ладно, ладно, — просто спать так хорошо было. – Я быстро приму душ и спущусь.
Быстро конечно не получается, потому что в ванной стоят всякие баночки, каждую из которых я нюхаю, потом что – то мажу на волосы, что – то на тело. Потом долго сушу волосы. И результат мне очень нравится.
Настроение поднимается, когда видишь, как красиво могут лежать твои волосы…
Спускаюсь на первый этаж, но в столовой никого нет.
— Ты опоздала, — вздрагиваю от звука тяжелого голоса.