Чтение онлайн

«Страж», — догадался Чуя.

Он ускорил шаг, оставляя существо позади, и поднялся по лестнице вверх, рассудив, что карабкаться по ступеням этому созданию будет сложнее, чем передвигаться по ровной поверхности.

— Дазай, — ещё раз позвал Чуя, но ответа так и не последовало.

Поднявшись по лестнице, он проверил ещё пару дверей, все они не поддались. Остановившись на минуту, он прислушался. Скрипа и хруста тоже не было уже слышно. Чуя дошёл до развилки и остановился, гадая, в какую сторону лучше свернуть, когда что-то капнуло ему на плечо с потолка. Он запрокинул голову и непроизвольно вздрогнул. Сверху на него взирало женское бледное лицо. Четыре пары глаз, лишённых век, не моргая, рассматривали его. Мокрые сине-зелёные волосы опутывали чуть вытянутый подбородок, покатый лоб и заострённые уши и липли к высоким резко очерченным скулам. Верхняя половина тела стража была женской с выпирающими рёбрами, обтянутыми бледной в синеватых прожилках кожей, и слабо выступающими бугорками груди. Нижняя представляла собой длинное покрытое чёрной мелкой чешуёй змеиное тело, теряющееся во мраке. Страж упиралась в стены четырьмя костлявыми руками с длинными кривыми когтями на шестипалых кистях. Губы отсутствовали, и рот напоминал тёмный провал, по краям усеянный вывернутыми внутрь и наружу неровными разного размера клыками.

Чуя сделал шаг в сторону. Страж не шевельнулась, четыре пары глаз следили за каждым его движением. Нащупав рукой дверную ручку, Чуя повернул её. Раздавшийся тихий щелчок замка вновь заставил его вздрогнуть. Распахнув дверь, он рванулся внутрь и, перешагнув порог, захлопнул за собой. Тут же в коридоре раздался влажный шлепок, словно что-то мягкое и мокрое свалилось на пол. Зачем последовало два сильных удара в дверь, и всё снова стихло.

Чуя постоял ещё пару минут, прислушиваясь к удаляющемуся шуршанию в коридоре, и только потом обернулся. За его спиной обнаружился небольшой пруд, поросший рогозом и подёрнутый ряской у берегов. Рядом росло высокое ветвистое дерево. От берега вёл узкий деревянный мост, обрывающийся чуть поодаль. На самом его краю спиной к нему стоял Дазай, внимательно всматриваясь в воду.

— Дазай, — позвал Чуя, выпуская дверную ручку и направляясь к нему.

Дазай обернулся. Выглядел он потерянным и встревоженным.

— Чуя? — неуверенно переспросил он, словно не доверял глазам, видя уже не первую иллюзию.

Дазай сделал шаг навстречу, когда из-за потемневших от влаги досок моста показались чьи-то руки. Бледные и костлявые, они цеплялись за его одежду и тянули вниз. Дазай пошатнулся, невольно шагнул назад. Оступившись, он взмахнул руками, пытаясь сохранить равновесие, и сорвался в воду.

Чуя бросился к мосту. Пробежал по скрипучим прогибающимся под ногами доскам и всмотрелся в зеленоватую воду. Опутанные нитями тёмно-зелёной тины мертвенно-бледные утопленницы тянули Дазая на дно. Они облепили его, словно стая мелкой рыбёшки, цепляясь за одежду, за руки и за ноги, обнимая за плечи и за пояс. Их тела местами сгнили, и в прорывах плоти видны были желтоватые кости. Головы напоминали туго обтянутые кожей черепа с вращающими в глазницах вываренными рыбьими глазами. Развивались в воде длинные тёмные волосы.

Не долго думая, Чуя нырнул. Оттолкнул первое попавшееся под руку хрупкое костлявое тело, затем второе. С хрустом переломил тонкие запястья, избавляясь от третьего. В воде все движения давались с большим трудом. Воздух же быстро заканчивался. Крепко вцепившись в запястье Дазая, Чуя потянул его на поверхность. Жадно вдохнув и убедившись, что Дазай в сознании, он погрёб к берегу, увлекая того за собой.

На то, чтобы выбраться на твёрдую землю ушло ещё какое-то время: мягкий ил проседал под ногами, затрудняя движение, Дазая же приходилось буквально волочь за собой. Лишь когда они оказались на приличном расстоянии от воды, Чуя обернулся. Утопленницы тянули руки им вслед, вырывая с корнем траву у берега и утягивая её в воду, но выбраться на землю не пытались.

Устало выдохнув, Чуя опустился прямо на землю. Дазай сел рядом. Промокшая насквозь одежда липла к телу и пахла тиной и гнилью. По спине бежали мурашки. Не заставил себя долго ждать и озноб. Чуя поймал постукивающего зубами Дазая и притянул ближе, обнимая за плечи.

— Уже всё, — тихо сообщил он, когда тот уткнулся носом ему в шею, прячась и закрывая уши руками, вероятно для того, чтобы не слышать доносящихся с пруда всплесков воды. — Сейчас разберутся с неполадками и отключат нас, — пообещал Чуя, — будет тепло, светло и сухо.

Всё вокруг затопил мрак. Вспыхнули перламутровые змеящиеся разводы. Мгновение тишины сменилось шумом голосов из коридора. Чуя открыл глаза и рывком сел на кресле, стягивая браслет с онемевшей руки.

— Пришли в себя? — заглядывая ему в глаза, поинтересовалась мисс Кант.

— Что случилось? — выдохнул Чуя, поворачиваясь к соседнему креслу.

Дазай сидел, обнимая себя за плечи и отрешённо смотрел в незримую точку перед собой.

— Проводили плановую подгрузку обновлений, но произошёл сбой, — ответила мисс Кант. — Связь почти сразу была потеряна. Отказали модульные блоки экстренного отключения, половина локаций перестала отвечать на запросы. Некоторые из отключённых функций заработали.

— Да, я видел стражей, — отозвался Чуя, поднимаясь на ноги и направляясь к напарнику.

— Мы отключили вас сразу же, как только техники наладили работу модуля. Что там случилось?

— Я обо всём потом напишу в отчёте, — пообещал Чуя, мягко касаясь плеча Дазая и привлекая к себе внимание. — Сейчас мы посетим медблок. Вы же сообщите мне потом обо всех изменениях в рабочих сменах?

— Да, разумеется, — заверила его мисс Кант.

Дежурный врач в медицинском блоке явно заканчивал свою рабочую смену. Выглядел он сонным и усталым и изо всех сил подавлял зевоту, когда осматривал Дазая. Тот уже более менее пришёл в себя и тихо отвечал на вопросы, не выпуская, впрочем, Чую из поля зрения. Врач дал ему успокоительное и снотворное, выписал рецепт и вручил его вместе с пузырьком таблеток Чуе.

— Вы можете проследить, чтобы он принимал их? — поинтересовался он. — Пациенты часто халатно относятся к лечению постстрессового состояния.

— Да, прослежу, не волнуйтесь, — кивнул Чуя.

Всю дорогу до раздевалки и потом от лаборатории до дома Дазай молчал и мрачно глядел из-под чёлки.

— Ложись спать, а то свалишься посреди комнаты, когда снотворное подействует, — велел Чуя, как только они переступили порог.

Он принёс подушку и мягкий плед из спальни и протянул Дазаю, который уже устроился на диване в позе эмбриона.

— Посидишь со мной? — тихо спросил тот, укладываясь удобнее.

Чуя молча уселся с другой стороны дивана. Подложил небольшую декоративную подушечку себе под спину и поджал ноги, укрываясь второй половиной пледа. Дазай молча рассматривал его, накрывшись по самый нос. Его глаза, обычно хитро или нахально прищуренные, сейчас были полны растерянности. Игра в гляделки продлилась недолго: Дазай спрятался под пледом по макушку, немного поворочался и довольно быстро уснул. Чуя ещё какое-то время размышлял о случившемся и сам не заметил, как задремал, устроив голову на спинке дивана.

========== Глава 6. Затишье перед бурей ==========

Летом существовали волшебные дни, когда мир становился зелёным. Тогда он пробирался в сад с веранды, чтобы с головой окунуться в это маленькое чудо, случайно открытое им самим. Он устраивался в тени яблони и оттуда рассматривал сад, раскрашенный всеми оттенками зелёного.

Под ногами стелились вьюнки, повсеместно произрастали пучки сорной травы. Над головой шумели растревоженные ветром светлые листья вишен и яблонь, острые и тёмные слив, а сбоку — причудливые резные на кустах крыжовника и смородины. Между ними прятались незрелые округлые и вытянутые плоды. На клумбах набухали бутоны, готовясь расцвести и явить миру своё пёстрое великолепие, а пока все до единого оставались одинаково зелёными. Вьющиеся переплетающиеся между собой виноградные лозы карабкались вверх, плотно укрывая небольшую беседку.