Чтение онлайн

– Капитан, не учи меня работать, — отрезал я, даже не обернувшись, поправляя кобуру под толстовкой, выуживая гудящую трубку из кармана джинсов.

Начальство держит на крючке, но пока мне докладывать нечего, поэтому сделаем вид, что я занят.

– В бумажках может быть написано одно, а в глазах у оперов — совсем другое, - продолжил я, пряча телефон в карман.
– У вас по «третьему» сектору была серия краж неделю назад. Мне нужны конкретные адреса и люди, а не сухая статистика из вашего аппарата.

– Да понятно, — обречённо вздохнул Прошкин.

Я развернулся, собираясь идти к кабинету начотдела, но на секунду задержался.

Взгляд привычно метнулся в сторону двери «обезьянника».

Металлическая решётка, тусклая лампочка под потолком, кусок серого бетона. Обычный контингент: пропитые лица, пустые глаза, запах безысходности.

И вдруг — картинка в мозгу будто споткнулась.

Среди этого сброда, сжавшись на шконке, сидела Машенька.

– Опа, — хмыкнул я.

– Что? – Прошкин кинул взгляд за мной, пытаясь понять причину заминки.

– Допрыгалась, — пробормотал я, не обращая внимания на него. – Я и не сомневался.

Машенька выглядела такой потерянной и несчастной, что даже моё чёрствое сердце дрогнуло. А может, и не только поэтому.

Вина за случившееся неделю назад в офисе «Монолита», нет-нет, да дёргала меня. Стоило только ослабить концентрацию, и тут же взгляд её голубых глаз, и этот блеск обиды, что горел в них.

– Так, — тормознул я, и Прошкин врезался в меня, и только чудом, а может, недюжинным профессионализмом, удержал свои папки

Появление на радарах Машеньки, опять сбивало все мои планы, но оставить эту бедолагу здесь я не мог.

Чёрт знает что происходит?

Никогда не верил в судьбу и прочую чушь, но после леса, мы с Машенькой стабильно сталкиваемся вот уже который раз.

– Кабинет свободный есть? – спросил я у Прошкина, решив отложить насущные дела.

– Найдём. А что случилось-то? – в глазах капитана мелькнула паника, и он опять придирчиво изучи контингент в изоляторе.

– Правильно мыслишь, Прошкин, — хмыкнул я. – Девушку за что закрыли?

– Да там, хулиганка. А вы её знаете?

– К сожалению, да. Взломщица знаменитая.

– Серьёзно?

– Серьёзно, — усмехнулся я, про себя думая, что Машенька не хило мне мозг взломала.

– Давай, организуй нам кабинет для допроса и веди её ко мне.

– Так точно, — рявкнул Прошкин, но я смерил его удивлённым взглядом.
– Ну, в смысле…сделаю.

– И про сводку не забудь, — бросил я ему в спину.

Сам пока решил просмотреть протоколы задержания.

«Мария Соколова, двадцать пять лет, задержана за хулиганские действия. Пыталась отобрать собаку у истинного владельца. На законные требования сотрудника ППС вернуть животное отказалась. Задержана при попытке побега.

Квалификация – мелкое хулиганство, сопряжённое с неповиновением требованием представителям власти».

Вот неугомонная.

То в дом влезет, то собаку стырить пытается.

Но почему-то вся это вызывало больше улыбку, чем раздражение.

А когда Прошкин привёл её в кабинет, который выделил для допроса, испуганную, бледную, с опухшими глазами, и она, увидев меня, начала хлюпать носом, безуспешно сдерживая слёзы, я и вовсе сдался.

Подошёл и обнял её, точно нет между нами всего того непонятного. Прижал к себе, чувствуя, как мелко дрожат её плечи.

– Ну, куда ты на этот раз вляпалась? — проворчал, гладя влажные волосы.

– Никуда я не вляпывалась? – шмыгнула она носом в ответ. – Что я должна была…мимо пройти? Когда этот бугай, собаку колотил…

– И ты не придумала ничего лучше, чем украсть её?

– И ты туда же! — она с силой толкнула меня в грудь, гневно сверкнув глазами. – Хотя чему я удивляюсь? Все вы тут бесчувственные, а ты — самый главный над ними! Отпусти немедленно!

– Да, если б я мог, — выдохнул я, прижимая её только крепче.

– Раньше мог! — прошипела она, дёрнувшись в моих руках.

– Молодая ты ещё, — прижал к себе окончательно.

– Зато ты…

Недоговорила, потому что не дал. Поцеловал.

Что творю? Мозги набекрень от неё. Но остановиться не могу.

Пью и пью, дышу и дышу.

Всю усталость от суток на ногах как рукой сняло.

Машенька сначала ершится, дёргается, а потом расслабляется, поддаётся и с тихим стоном отвечает.

Прижимается теснее и тонкими пальчиками в волосах моих зарывается.

И всё, что я считал невозможным, запрещал себе, сейчас шпарит полным ходом.

Сердце херачит от счастья, словно до этого и не билось вовсе. Кровь лупит кипятком, плавит жаром внутри. И я вдруг понимаю, что пропал. Давно, примерно неделю назад, когда в своей кровати в лесном домике обнаружил голую незнакомку. И сопротивляться сил нет, легче отпустить уже себя, и принять этот странный подарок судьбы.

Резкий стук в дверь вернул в реальность. Мы в тесном кабинете полицейской дежурки: Машенька на столе, я — между её колен.

Мыслей в голове ноль, и поэтому, когда раздаётся второй стук, соображать приходиться очень оперативно, благо это сродни инстинктам.

– Товарищ полковник, — из-за двери доносится голос Прошкина.

– Минуту, — рявкнул я, осторожно снимая Машеньку со стола.

Убрал влажную прядь с её лица и не удержался, быстро чмокнул её в губы.

– Кирилл... — выдохнула она.

– Подожди здесь. Сейчас закончу дела, и поедем домой, — я сделал глубокий вдох, пытаясь унять бешеный пульс, и вышел в коридор.

Быстро разобравшись с формальностями и решив вопрос с освобождением Маши, вернулся в кабинет за ней, повёл на выход.

На улице ливень стеной, и пока добежали до моей машины, вымокли до нитки.

– Адрес говори, взломщица, — стебу её, запуская двигатель

– А поехали к тебе, — тихо, в ответ, пряча взгляд.

По её щекам румянец ползёт, и меня опаляет огнём, просто плавит, только об одной мысли, о том, что она так смело мне предлагает.

В кармане снова оживает телефон, сводки горят, впереди много дел, я и половины сегодня не успел осилить, но я больше не противлюсь этой стихии по имени Машенька и сворачиваю к дому.