Маска дракона
Шрифт:
— Уезжай, — холодно и коротко промолвила Прийя. — Тебе нужно уехать. Если хочешь — в моей карете еще есть одно свободное место.
— Ты… — от неожиданности Рейра забыла все слова, которые хотела сказать.
— Варнав во что-то впутался. Здесь нечистый воздух. У нас с тобой немного времени, поэтому, уезжай как выдастся шанс. Или убегай. Иначе так же исчезнешь, и никто тебя больше не увидит.
— Но Гайн…
— Змея, — выплюнула Прийя с шипением.
За воротами раздался мелодичный гудок: другие студенты уже скрылись во тьме выхода.
— Хочешь жить — возвращайся во дворец. Только там тебе помогут.
Рейра успела схватить девушку за локоть. Вцепилась со всей силы, так что та поморщилась, но столько вопросов еще нужно было задать, а с языка сорвался всего один.
— Где… где мой брат? — всхлипнула Рейра.
На мгновение лицо Прийи смягчилось. Она с сожалением покачала головой.
— Только драконы знают всю правду, — ответила она, и хватка Рейры сама собой ослабла. Она безвольно смотрела в спину удаляющейся Прийе. Мысли обмякли, словно превратились в подтаявшее желе, и безумно хотелось свернутся калачиком прямо здесь и уснуть.
Рейра не помнила, как добралась до общежития. Пришла в себя она снова уже под утро, и в голове бесконечным циклом крутились последние слова Прийи.
Драконы знали правду.
Наверное, она имела ввиду то, что некоторые из них и правда умели отличать истину от лжи. Такой была их мать, и по рассказам Нантьяла — ее предшественник тоже. Профессор такой силой не обладал, хотя он сам нередко признавал, что его дракон был очень слаб. Что же до последнего молодого дракона — он совсем ничего показать не успел.
Рейра поморщилась от воспоминаний о том, как бедному погибшему мальчишке-дракону — а он был немногим старше Рейры — перемывали кости, и перевернулась на другой бок, спасаясь от солнечного света. Сегодняшний день хотелось провести в постели, что девушка и решила сделать.
Пару раз за день успокоила желудок, попыталась сама осмотреть шишку на затылке, прочитала один абзац из учебника — и на этом все силы иссякли. К вечеру погода испортилась, и всю долину академии накрыл плотный холодный ливень.
В болезненном, мутном сне Рейра раз за разом слышала фразу. Она перемежалась с картинками из красивой книжки легенды о драконах. И черной пастью демона.
Драконы всегда знали правду. Никто не смог бы от них ничего скрыть.
«Драконы имели власть над сердцами», — шептал голос, так похожий на голос брата, когда тот еще был ребенком, рассказывающим сказки. Рано принявшим свою ответственность мальчишкой, который клялся защищать младшую сестренку. И он держал слово: не давал ее в обиду перед детьми-задирами, читал сказки по ночами, спасал от кошмаров.
Рейра должна была вернуть ему долг. Где бы сейчас Варнав не находился. Даже если кошмарный сон был реальностью.
На следующее утро она стояла перед маленькой неприметной каменной будкой возле красной башни. Внутри скучала женщина, окутанная молочными духами и шустро набивала что-то на печатной машине.
— Дорогуша, чего ты хотела? — протянула она грудным голосом. И Рейра набрав побольше воздуха в грудь твердо сказала.
— Я, Рейра Вейлеш, хочу подать заявку на участие в Турнире Десятилетия.
Глава 15: Месяц
Рейра повесила над кроватью календарь и жирным красным, почти как лебеди в табеле по биологии, обвела день турнира. Оставалось всего лишь тридцать дней… Турнир начинался ровно за десять дней до празднования нового года. И программа не менялась веками.
Первый день — долгий забег, обычная гонка по пересеченной местности. Отбирали сотню самых быстрых и сильных, тех кто пришел первым
Второй и третий день — поединки-дуэли. Оставшаяся сотня делилась на пары, и в два этапа выявлялись последние двадцать пять кандидатов. Хотя ещё не было случая в истории, когда в финальный раунд выходили все двадцать пять участников. Обычно дуэли отсеивали больше, так как некоторые пары в полном составе не могли продолжать борьбу.
Четвертый, пятый, шестой и седьмой день — участники набирались сил и зализывали раны после дуэли, проходили дополнительные проверки (не только участники но и так называемые оруженосцы, которых знатные оборотни часто брали с собой, дабы не обременять себя лишними действиями). В эти свободные от зрелищ дни лорды, герцоги, графы и прочая знать устраивали очередные пиры и решали судьбы своих земель и семей. Турнир был идеальным местом, чтобы у всех на виду заключить сделки явные, и там же, в ночи совершить сделки тайные… Все об этом знали.
И наконец происходило последнее испытание: поиск маски. Лучшие из лучших попадали в мир дракона через особое кольцо-портал, подаренное первым легендарным драконом. Он научил магов, как его активировать и самое главное, как находить маску.
С того момента отводилось три дня по времени Эсфирии, и примерно десять дней по времени драконьего мира — там часы текли медленней. Лучшим из лучших предстояло искать артефакт. И это было отнюдь не безопасной прогулочкой.
Рейра понимала, что не готова. Не была готова ни физически, ни морально. И представляла как будет глупо выглядеть, когда заросший но окрепший, ставший ещё сильнее Варнав ввалится в академию и спросит, что это его сестра задумала.
Но если она и правда выиграет. Если она станет драконом… Голубой горизонт над океаном гас, и ускользал из белых лап диковинный манящий лес, что так часто звал ее под сень древних деревьев во снах.
Иногда мечты должны были оставаться мечтами. Сейчас, неприятное и интуитивно пугающее грызло рассудок: она потеряла Варнава. Она потеряла покой и всякую надежду. Ее целью, путеводной звездой в этом хаосе и мраке стало желание во что бы то ни стало докопаться до самой сути происходящего.
А для этого Рейре нужен был дракон. И ничто иное. Иначе ее даже не станут слушать. Или того хуже…
Того хуже… А что могло быть хуже?
Только не спасти Варнава. Дать ему исчезнуть…
На свежую голову она еще раз обмозговала слова и поведение Прийи. Слова Гайна, Маркуса, и пока речь принца севера казалась… убедительней. Или Рейре просто хотелось в это верить. Проще уверить себя в далекой сказочной крепости. Гораздо проще и желанней.