Чтение онлайн

Девушка выкрутила газ, но поздно: моб вцепился когтями в ее пассажира, а от рывка мотоцикл завалился на бок. На мгновение я перестал понимать, что происходит: на дороге перед воротами образовалось рычащее месиво в облаке выхлопных газов.

Комок дерущихся распался, девушка отпрыгнула в сторону. Моб с довольным урчанием вспорол живот пассажиру и уселся посреди просеки, таращась прямо перед собой. Девушка ненадолго застыла, глядя на него и на труп. В свете моргающих фар я смог рассмотреть незваную гостью. Большие глаза, вся в россыпях веснушек, бледные губы плотно сжаты. Красивая, блин. Даже когда такая чумазая и помятая.

Рыжая накрыла ладонями лицо и с силой потерла, встряхнула головой. Затем, косясь на моба, осторожно подняла мотоцикл, отвела в сторонку и принялась осматривать. Она явно старалась держаться подальше от мутанта, только откуда это спокойствие?

Я еще раз обвел всю картину взглядом. Нахмурился. Над мутантом не светился значок игрока, что логично: он очевидно перебрал форсера, вон какие лапы раздулись, но… Я весь подобрался, ощутив холодок в желудке.

Над девушкой значка игрока не было тоже. Однако и на моба она не походила. Точно нет. Что же она такое?

Моб на дороге вдруг повел носом. Заворчал, встал на четвереньки, безошибочно повернулся ко мне и пополз, приникая к земле — собираясь перед прыжком. Вот уж дудки.

Я плавно нажал на спуск. Грохнул выстрел. Моб опрокинулся навзничь, в полумраке брызнули осколки шлема и чего-то белесого. Фоном Алиса сообщила, что я получил пять незамеченных в темноте единиц форсера. А девушка мгновенно упала на землю, за мотоцикл. Да кто она, черт побери?!

За спиной хлопнула дверь.

— Легас, жив?!

Я не ответил. Девушка на дороге выглянула из-за мотоцикла, грамотно не высовываясь полностью. Заметила меня, помедлила. Я выразительно повел обрезом. Она встала и, подняв руки, хладнокровно переступила через ошметки и трупы. Мне на секунду представилась Милла Йовович в своем знаменитом красном платье. Невозмутимая, уверенная в том, что делает. А этой, пожалуй, тоже пошло бы такое платье…

Возле забора появились Алекс с топором и Кеша со скалкой. Рыжая глянула на них и хмыкнула.

— Привет, мальчики. Меня зовут Яна. Поговорим?

Глава 7

Честно сказать, предложения подозрительнее я бы и представить не смог. Но, видимо, только я. О том, что даже обычных игроков нам стоит опасаться, моя команда благополучно забыла.

— Хоть кто-то живой, — с облегчением выдохнул Алекс.

— Же-е-есть, — восхищенно протянул Кеша, опуская скалку. — Это вы моба вальнули, теть?

— Не она, — раздраженно бросил я. — И вообще она не игрок.

Ну вот, наконец-то все снова напряглись. И Кешина скалка оказалась наизготовку.

— Та-ак, и вы говорите про игроков, значит, парень не сбрендил. — Яна кивнула в сторону покойного попутчика. — Но доступа к новостям у вас нет, верно?

— Предположим. Тебе-то что? — спросил я, все еще держа рыжую на мушке.

— Предлагаю обмен данными. Вы мне — про эту игровую блажь, я вам — про внешний мир. Идет? — Она помедлила и добавила чуть тише, смутившись: — А еще у вас из дома едой пахнет.

Только я обернулся, собираясь посоветоваться, как увидел, что Алекс открывает калитку. Да чтоб вас! А где здоровая паранойя? Вернувшись к мотоциклу, Яна принялась возиться с рюкзаком, а я в темпе ссыпался с дерева, чудом не ободрав ладони.

— Вдруг она моб? — прошипел я над ухом у Алекса.

— Да ладно. Из нее моб как из меня балерина, — хмыкнул тот.

Вот это наивность или жизненный опыт? Мне, конечно, приятнее было бы поверить, что второе.

— У каждого свои скрытые таланты, — язвительно заметил я, наблюдая, как Алекс запирает за Яной калитку. Та припустила к дому так, как будто за ней гнался очередной моб. Я принюхался и сглотнул: аромат распаренной душистой картошечки накрывал с головой. У меня голодно булькнуло в животе. Ладно, в случае чего завалить неизвестное существо мы с Алексом всегда успеем, а пожрать давно пора.

На картошку мы набросились, хватая горячую из кастрюли прямо руками: от сытного запаха кружилась голова и все плыло перед глазами. Алекс, обжигаясь, перекидывал клубни из руки в руку, Яна торопливо дула на золотистые разломанные картофелины и тут же кусала, с шумом втягивая воздух. Кеша плюхнул на стол пачку кетчупа: дешевого, пряного и самого вкусного, по моим понятиям — вкуснее раньше не ел.

Соленые огурцы мы вывалили в миску, прямо вместе с остатками рассола, горошинами перца и веточками укропа. Их мы тоже хватали пальцами, иногда чуть не из-под носа друг у друга. Каждый последующий казался то островатым, то сладким, то приторно-соленым, насквозь пропитанным рассолом. Мне повезло найти зубчик чеснока. Казалось, взглядом Алекса можно было убить, но чеснок я не отдал. Звонко хрустнул, зажмурившись от наслаждения — голова наполнилась этим звуком, и мыслям про мутантов, задания, прокачку и туманное будущее просто не осталось места.

Тепло расходилось по уставшему телу, сворачивалось в желудке приятной тяжестью. Первым сыто отвалился Алекс, с сожалением взглянув на остатки дымящейся картошки. Кеша явно через силу запихивал в себя очередной кусочек, и оба с завистью смотрели на Яну, которая теперь ела медленно, вдумчиво и так вкусно, что я тоже затолкал в себя еще картофелинку поменьше.

А вдобавок мои прекрасные сокомандники отыскали в доме компот. И, честное слово, знать бы, что компот — это так вкусно, мы с Алексом ходили бы в компотные, а не в пивные, если бы такие заведения встречались так же часто или вообще существовали. Мы бы закусывали яблоками из компота, нежными и сладкими, и все вокруг пахло бы летом и фруктами, а не солодом. А вообще, будь я поэтом, точно написал бы про эту картошку, огурчики и компот стих. Или поэму. И зачитывал их под сытое пыхтение и аппетитный хруст, которые наполняли кухню.

Собственно, это и были единственные звуки в доме все это время. Только прожевав последний кусочек яблока, я смутно вспомнил, как собирался при необходимости обороняться от Яны. Если она и опасна, то явно не сейчас, когда сосредоточенно вылавливает яблочко из кружки. И выглядит мило, даже несмотря на то, что потрепана, как и мы: сквозь остатки чумазости и ссадины на лице проглядывают густые веснушки, в полутьме похожие на румянец, а волосы, если отмыть и расчесать, так вообще красивущие должны быть. И это вот она гоняла от злобного моба на байке по бездорожью? Не верю.

Я отлепился от чашки — белой, в сетке темных трещин — и огляделся. Кеша с Алексом сонно уставились на меня в ответ. Яна продолжала гонять яблочки на дне кружки — вилку ей, что ли, отыскать? Кеша явно клевал носом.

— Шел бы ты спать, шкет, — проворчал Алекс. Он подтолкнул Кешу в плечо, мол, выметайся, и тот, сонно проворчав что-то вроде «ладно-ладно, все равно узнаю, что вы тут обсуждаете», побрел в темноту дома, по пути споткнувшись о порог.

Алекс внимательно посмотрел на Яну.