Майский Шабаш
Шрифт:
Ведьма думала об этом достаточно долго, прежде чем из дум ее вытянул пришедший лекарь. С виду Мириам показалось, что он был самым обычным человеком, что было странно для такого места, как Священные Земли. Лекарь задал пару стандартных вопросов, померил температуру, констатировал обычную простуду и сказал лечиться хорошим сном и теплым чаем. Мириам согласно кивнула, и вскоре лекарь покинул ее комнату.
Еще через какое-то время в комнату постучали. При том сделали это так громко, словно стучали не кулаком, а ногой. Мириам поднялась и на ватных ногах дошла до двери. Открыв ее, ведьма увидела Лори, та держала в руках поднос с едой и несколькими зельями.
— Вот. Была в столовой, взяла тебе обед, также лекарь просил передать тебе эти зелья, сказал, помогут, — Лори прошла в комнату и поставила поднос на стол. — Садись, тебе нужно поесть, а то ты с утра ничего не ела.
Мириам послушно опустилась на стул и взглянула на свой обед. Куриный суп с картошкой, чай с малиной и медом и легкое лечебное зелье. Тасмин постоянно делала что-то похожее, потому что такие зелья хорошо продавались.
Горло саднило, и присутствовало неприятное чувство тошноты, но Мириам все-таки приступила к еде. Лори села на свою кровать и, достав из своей сумки ягоды можжевельника, начала в небольшой склянке смешивать их с другими ингредиентами.
— Что ты делаешь? — спросила Мириам, сделав глоток приторно сладкого чая.
— А? Это? Ну, я делаю омолаживающие маски из ягод. Знаешь, они, конечно, ужасно липкие и неприятные по ощущениям, но зато освежают и тонизируют. Может, ты хочешь попробовать?
— Нет, спасибо… — Мириам съела еще ложку супа. — Так значит, ты занимаешься косметикой?
— Да, — Лори рассмеялась, но этот смех был скорее смущающим и неловким. — Мне кажется, у меня неплохо выходит, я даже смогла продать несколько штук здесь… ну, знаешь, девушкам природным духам и…
— Это очень интересно. Ты планируешь на этом зарабатывать?
— Что?! Нет! Я… — тут Лори замялась и отвернулась, спрятав печальный взгляд. — Моя мама считает, что это глупое занятие и…
— А ты считаешь также? — спросила Мириам, покончившую с едой и удивленно изучающую мутную жидкость в склянке.
Лори молчала, медлила с ответом. Как поняла Мириам, ей сильно хотелось поделиться, но она не решалась начать.
— Знаешь, я ведь сбежала от бабушки, чтобы учиться здесь, — как бы невзначай начала ведьма Огненного Каньона. — Пошла против правил. Она была ужасно зла!
— Хах, я бы тоже хотела уметь, несмотря на мнение и желания окружающих, действовать в своих интересах, — Лори усмехнулась. Её язык развязался, и она начала свой рассказ. — Когда Мастер Сельма (Мириам вспомнила водную сьёру, родом из Затопленных Лесов, которая вела у нее дополнительное занятие по магии маленьких водоемов) пришла к нам в общину, чтобы забрать меня на обучение, мама без раздумий стала собирать мои вещи, чтобы я отправлялась. Мама никогда не одобряла мое увлечение косметической магией, ругала за неподчинение. Иногда… Это переходило все границы… (здесь Лори всхлипнула и закрыла глаза руками) Она всегда любила и гордилась только моей порядочной старшей сестрой, которая без вопросов изучала все, что давали ведьмы-старейшины. Именно моя сестра хотела отправиться учиться у Общества, но пришли за мной, потому я не имела права отказываться…
Лори замолчала, глядя на снежную бурю за окном. Мириам кивнула в молчаливой поддержке.
— На самом деле… Я даже рада, что оказалась здесь. Когда моей семьи нет рядом, я могу заниматься тем, чем хочу. Могу быть кем пожелаю. И не важно, что подумают другие… Я счастлива… — продолжила ведьма Болот. — Наверное, я даже не хочу возвращаться домой…
Мириам молчала. Она могла понять чувства Лори, но не находила слов поддержки или слов возражения, которые смогли бы переубедить эту ведьму. Поэтому она произнесла только:
— В любом случае спасибо. За заботу и помощь, — улыбнулась, и на душе у нее потеплело.
А за окном завывал ветер, и буря гоняла по полям морозные вихри снега, не оставляя и шанса на спасительное тепло. Зима была в самом разгаре…
Восьмая глава
«Подъем на ноги, первые солнечные лучи»
Мириам болела еще около недели. Ну, вернее было бы сказать, что для других она болела всего неделю, сама же ведьма чувствовала общую слабость организма еще месяц. Ей потребовалось много сил, чтобы прийти хоть немного в чувство, но оставаться в постели дальше Мириам не могла. Совесть просто не позволила бы ей валяться на кровати, когда впереди ее поджидают судьбоносные решения, а она даже не пытается что-то предпринять. Так или иначе, прошла всего неделя, а ведьма уже на ногах.
Но начать что-то делать она не могла. Слегший в то же время Бастиан продолжал болеть, и, по ощущениям, ему становилось только хуже. Альва даже переселили в отдельную комнату на четвертом этаже, каморку, где обычно хранились хозяйственные принадлежности. Мастера боялись, что он перезаражает других природных духов, поэтому решили перестраховаться. Что насчет выздоровления, лекарь, который все это время должен был заботиться о Бастиане, только безвольно разводил руками, говоря, что вообще не понимает, как это надо лечить, что заставляло Мириам проклинать его последними словами и самой поднимать на ноги своего союзника. Но, как бы то ни было, ведьма не была всесильна, потому она могла только облегчить страдания альва, но никак не прекратить их.
— Тебе не следует приходить сюда часто, — говорил Бастиан, когда Мириам появлялась в его комнатушке. Это помещение было настолько тесным, грязным и тёмным, что никак не способствовало выздоровлению. Даже открытое окно, впускающее свежий воздух, не помогало.
— Это еще почему? — спрашивала ведьма, помогая альву подняться и выпить отвар.
— Ты сама еще не до конца поправилась, сейчас еще от меня чем-нибудь заразишься, — Бастиан аккуратно подносил ко рту блюдце и пил маленькими глотками.
— Не говори глупостей. Все со мной будет хорошо.
— Ну-ну, — Бастиан качал головой и утыкался в стенку. — Как хочешь. Но ты должна понимать, чем рискуешь.
— Ложись спать. Не беспокойся за меня.
Пока Бастиан отлеживался в постели, Мириам старалась вести обычную жизнь Подмастерья. Но и это не получалось делать. Неожиданно, вернувшись к своему привычному укладу жизни, ведьма обнаружила, что ей ужасно одиноко. Почти всё время, что Мириам провела на Священных Землях Общества, она общалась с Анели, вместе они были почти неразлучны. Потом они поругались, и ведьма быстро нашла некую «замену» никс — Бастиан. Только вот и тут незадача — альв болеет и, судя по всему, поправится еще не скоро, а значит, Мириам теперь постоянно будет находиться одна. Поначалу ведьме это даже нравилось: в столовой ее стол принадлежал только ей, никто не докучал своими предложениями, не отвлекал от учебы. Но в итоге Мириам осознала, что ей грустно из-за этого. Много раз, сидя за обедом, она бросала взгляд на середину столовой, где сидела большая группа водных духов, среди которых была и Анели. Ведьма понимала, что скучает по приключениям с подругой, но она не могла забыть об экзамене и просто вернуться к беззаботной жизни, поэтому только и вздыхала, глядя на веселящихся Подмастерьев.
Размышляя о том, как раньше она справлялась с одиночеством, Мириам вспомнила про Фенрира. Несмотря на то, что волк больше не должен быть заботиться о ней по наставлению отца, Фенрир всё равно был не прочь составить компанию ведьме. Но даже так он не мог заменить полноценное общение, всё же он — волк, а значит, с ним невозможно поговорить.
В один учебный день, когда ведьма абсолютно не хотела идти на очередное глупое занятие, она прохлаждалась во Внутреннем Дворе. Нервно бродила из угла в угол, пытаясь скоротать время перед обедом.