Чтение онлайн

С её облаком мыслей в самый неподходящий момент, Фэйт лишь в последний миг успела заметить атакующего, бросившегося на неё, и достаточно быстро выхватила меч, чтобы тот столкнулся с его клинком над её головой. Тёмный фэйри смотрел на неё безжизненным, лишь яростным взглядом, пылавшим в тех чёрных зрачках. Его вес давил вниз, и она уступила на дюйм ближе к своему лицу. Одной его силы было слишком много.

Вспомнив, Фэйт нащупала формирование своей способности управлять огнём. Синие искры зализывали её лезвие, и, сконцентрировавшись, она усилила жар, от которого фэйри вскрикнул и выронил меч. Не было времени на милосердие — не тогда, когда невинная кровь окрашивала камень под ними.

Скользкое, но твёрдое ощущение, когда она пронзила его грудь своим клинком, было чувством, которое она никогда не забудет и за которое никогда не извинится. Её меч капал чёрной кровью, но Фэйт снова побежала, прежде чем его тело упало, неестественный цвет вызывая тошноту. Она направилась туда, где впервые увидела Рубена, но, влетев на площадь, замерла от худшей тревоги, прозвеневшей в ушах и заглушившей всё остальное.

Здесь было слишком тихо.

Хотя она была уверена, что видела это место бушующим битвой и своего друга в самой её гуще. Она *знала,* что видела Агалхора среди масс неподалёку. Дышать стало трудно, когда она подумала о худшем. Подумала о том, как легко Марвеллас проскользнула в её разум, как она поняла это слишком поздно. Неужели она недооценила, насколько легко Духу манипулировать её сознанием, когда всё это было иллюзией?

Фэйт выбрала неверно.

Её вес сместился с осознанием этой обречённости. Неужели Марвеллас знала, что Фэйт пойдёт сюда, увидев непосредственную опасность, которую может остановить, прежде чем угроза нависнет над Рейланом?

Это были не просто слова. Это была ловушка, чтобы заманить её дальше.

И она попалась.

Она ещё раз окинула взглядом площадь, словно могла ошибаться и бой просто переместился. Она осталась в виде разрухи — уничтоженные инструменты, ларьки, превращённые в пылающие костры, порванные праздничные флаги, теперь осквернённые кровью трёх видов. Тел не было. Место было жутко пустынным.

"Фэйт!"

Всё её тело напряглось, когда она направила клинок. Она узнала его голос, но её нервный ум метнулся между тем, чему доверять, а что нереально.

"Рубен," — выдохнула она, заметив его на другом конце площади.

В этом она не ошиблась; он был здесь. Пустыми шагами она направилась к нему, но не могла избавиться от охватившего её беспокойства, ожидая поднять взгляд и обнаружить зрителей. Она резко поворачивала голову во всех направлениях, словно противник мог выскочить.

"Ты в порядке," — проговорила она вслух. Оглядев его, она увидела, что на нём нет ни единой травмы, ни капли крови или чего-либо от разрушений, окружавших их.

Он выхватил кинжал, подбегая к ней встревоженным, его глаза метались повсюду, пока они не сошлись посередине. Им нужно было уйти с открытого пространства.

Но что-то остановило её. Тёмная, засасывающая энергия привлекла её внимание к тому, что держал Рубен.

Клинок был чисто переливчато-чёрным. Её разум кричал ей отступить, но было слишком поздно, когда, в мгновение движения, к её полному шоку от того, кто им владел, агония охватила её грудь, плечо и шею, сковав её всю иммобилизующим чарами, хотя она не была уверена, что это были целиком эффекты камня. Широкое неверие Фэйт устремилось к Рубену, но тот, на кого она смотрела, был совершенно другим человеком. Те холодные карие глаза принадлежали незнакомцу; жёсткие линии ненависти — монстру.

"Ты *слаба,* Фэйт. Ты всегда такой была," — сказал он тихо и без тени раскаяния. Когда он отпустил рукоять клинка, вонзившегося ей близко к плечу, дрожащая рука Фэйт потянулась к эфесу. Её ум лихорадочно искал, что делать, но изнутри начало растекаться оцепенение, и золотое свечение её ладоней замигало, словно умирающая свеча.

"Зачем?" — выдохнула она, зная, что получит ответ, который не сможет понять. Никакой вывод, который она могла бы сделать, никогда не облегчит разрыва чего-то куда более глубокого. "Я доверяла тебе. Я... Мы..."

Не было слов. У неё не было таких, которые могли бы это объясить, и, возможно, она не хотела знать правду его предательства. Не хотела слышать то, что она была так наивна, чтобы не видеть всё это время.

Всё это время.

Фэйт пошатнулась. В полном разбитом сердце она упала на одно колено.

"Ты привёл тёмных фэйри прямиком к нам... в том походе." Она складывала всё воедино, каждый новый кусочек приближал её к ясной картине, в которую она с трудом верила.

"Твои наблюдения запоздали." — Он говорил без эмоций. Это было словно разговор с призраком в теле её друга.

"Это не ты." — Фэйт выбрала отрицание, когда реальность была так близка к тому, чтобы обрушить мир вокруг.

Рубен присел на корточки, но она не могла смотреть на него, не в силах вынести лицо своего детского друга, искажённое такой ненавистью к ней. "Это я, Фэйт." — Жестокая усмешка скользнула в его тоне. "Тот, кого ты недооценивала, кого все вы считали простым дураком. Знаешь, даже моя собственная мать предпочитала тебя, Фэйт? Она всегда думала, что ты храбрая, добрая и предназначена для великих дел. А я? Меня готовили лишь к разочарованию. Ни амбиций, ни воли сражаться. Но посмотри, где мы теперь. Ты проигрываешь, Фэйт. Ты всегда будешь проигрывать."

"Нет." — Она покачала головой. Это не мог быть он.

Каким-то образом слова показались знакомыми — возможно, из-за сокрушающей боли в сердце, в душе.

Рубен выпрямился. "Ты добралась до пера раньше меня, но это Малин заподозрил тебя, и чтобы облить тебя чувством вины, он послал убийцу убить библиотекарей, которых ты оставила беззащитными."

Фэйт не могла поднять голову из покорного поклона.

"Я пошёл в твои покои искать перо, когда увидел, как ты уходишь той ночью. Твоя служанка увидела меня и глупо решила последовать. Почему она не могла просто *оставить всё как есть?*"

Сквозь затуманенное зрение Фэйт подумала, что мельком увидела того мальчика, которого когда-то знала. Выражение, жутко похожее на то, что было на нём в тот день, когда она помогала ему бежать в неизвестность. Он был в ужасе. "Ты не хотел этого," — сказала она, пытаясь простить его.

"Хотел," — прошептал он. "Я не хотел убивать её, но я *должен был,* Фэйт. И мне нужно, чтобы ты сказала, где находится руина. Это всё, чего она хочет, и всё, что я искал. Я обыскал всё, но ты спрятала её на ком-то другом. Я искал перо для Малина, зная, что он работает с ней."

Фэйт погрузилась в такую глубокую скорбь в своём молчании.

"Мне нужна руина, Фэйт. Скажи, где она." — В его голосе появилась резкость, которую она на нём не узнавала.

Фэйт слабо покачала головой. "Я не могу этого сделать..."

Её крик превратился в стон, когда боль в плече взорвалась, обездвиживая её. Рубен скрипел зубами, пока он поворачивал рукоять, в то время как клинок всё ещё был глубоко вонзён.

"Я не хочу тебя убивать," — умолял он, и столько страха и конфликта наполнили его карие глаза. "Но она убьёт меня. Убьёт нас всех, если у меня этого не будет."