Чтение онлайн

– Твой друг в большом дерьме, - просто объяснил я.

– Это не новость, - хмуро сказал он и добавил, - ни слова. Примешь душ и все расскажешь. Уже почти приехали.

Мы находились в одном из самых престижных районов города. Автомобиль въехал во двор старого дома, мавританский стиль которого навевал мне печальные воспоминания. Изгибы линий, игра геометрических тел, искра мысли далекого и часто неизвестного творца в конце концов заменяется в нашем сознании знакомым лицом и случается так, что восстает архитектурным колоссом перед тобой образ друга, - музыка прошлых событий, записанная в трещинах старых стен.

– Узнаешь?
– спросил Слава, останавливая машину.

– Да. Здесь жил тот, чья подпись читалась просто - "Ленин". Он любил такие эпатирующие штучки.

– Любил?

– И сейчас, наверное любит, но только далеко от нас. Золотые годы были, Слава, - вздохнул я, вылезая из машины. Молодые, красивые... Бицепсы - во, рост - во, а сейчас...- я поморщился, - Тьфу.

– Это же ты мне говорил лет десять назад, однако угрозы стать уродом так и не выполнил.

– Хуже. Куда хуже, - с горечью сказал я.
– Твой друг стал Ангелом. Хреновей занятия не найдешь.

– Кем, кем?

– Потом, - отмахнулся я.

Мы поднялись на второй этаж. Славик нажал на кнопку звонка у огромной бронированной двери. Послышались быстрые шажки. Дверь распахнулась. Миловидная блондинка в розовом пеньюаре удивленно уставилась на меня.

– Извините, - буркнула женщина и скрылась в глубине квартиры.

– Ты же говорил, что не женат, - удивился я.

– Это домработница, - неуверенно объяснил Славик и, поразмыслив, добавил, - она женщина со странностями. Не обращай внимания. Давай раздевайся. Чувствуй себя, как дома...

– Но не забывай, что ты в гостях, - сморозил я банальность, снимая плащ.

– Да-да, - задумчиво пробормотал Слава, а потом громко сказал, исчезая вслед за домработницей, - Лона Алексеевна, даю вам завтра отгул.

До моего слуха донесся шепот, что-то похожее на шлепок и чмоканье. Я решил не вникать в кадровую политику моего друга и переключил свое внимание на материальную составляющую его жизни. Уже по прихожей было ясно, что он на взлете. Я поставил меч в угол, прикрыл его плащом и подошел к зеркалу. Ничего хорошего его поверхность не отразила: русые волосы и темная, с рыжинкой, борода - довольно экстравагантно.

– Что стоишь? Проходи, - предложил, внезапно появившись, Слава.

– Может быть, я не вовремя?

– Перестань. Столько лет не виделись. Лона Алексеевна сейчас нам что-нибудь приготовит. Располагайся.

– Слав, ты где работаешь?
– поинтересовался я, рассматривая великолепный "Людовик" в гостиной.
– Случайно не в наркомате?

– Нет, к госструктурам отношения никогда не имел...

– Да я не об этом. Наркотиками не торгуешь?

– Бог с тобой, - обиделся Слава, - я коммерческий директор совместного предприятия.

– А-а, - протянул я, - дурная наследственность сказывается.

Семья моего друга была примером династии коммерческих директоров.

– Аперитивчику не желаете, - дипломатически предложил Славик, открывая бар.

Чудная мелодия поплыла по комнате. В такой день, да под "Элизу" Бетховена было грех не выпить. Я с благодарностью принял предложение. Домработница быстро собрала на стол, пожелала нам приятно провести время и удалилась. Славик тяжело вздохнул, когда хлопнула входная дверь. Но печаль его была недолгой. Чокаясь, мы ударились в воспоминания. Когда все "а помнишь" исчерпались, я был пьян.

– Слуш-ш-шайте, - обратился ко мне, как к генеральной ассамблее, Слава.
– Ты про какое-то дерьмо говорил...

– Пр...пр-про какое именно?
– с видом государственного человека спросил я.

– А черт его знает, - засмеялся Славик.

– Тсс, - приложил я палец к губам, - он все слышит.

– Кто?

– Бог.

Славик посмотрел на меня, как на ненормального.

– Давай выпьем, - предложил он, но я остановил его руку на пути к вавилонской башне спиртного.

– Щас покажу, щас... я вспомнил, - обрадовался я, поднимаясь и, пошатываясь, направился в прихожую.

Откинув плащ, я протянул руку к рукояти меча. Страшный удар потряс мое тело. Я повалился на пол, опрокинув чугунный антикварный столик. Россыпи звезд сияли перед глазами.

– Что случилось?
– радостно спросил Славик, подходя ко мне.
– О, какая красивая штука!

– Стой!
– крикнул я, но он уже дотронулся до меча.

Волосы его встали дыбом. Невидимая сила приподняла тело Славика и швырнула его к стене. Упало, расколовшись, зеркало.

– Плохая примета, - огорчился я, осознавая свою абсолютную трезвость.

– Трезвость - норма жизни, - простонал Славик, поднимаясь, - Это что? Новое средство от алкоголизма?

– Это Меч Митры, - устало объяснил я.

– Тот, что из музея?
– быстро сообразил мой друг.

– Я его унес, Славик... Я... А-а, - махнул я рукой.
– Смотри.

Подняв меч, я двумя ударами рассек антикварный столик на четыре части.

– Семнадцатый век, - удрученно вздохнул Славик.

– Нет, ты ошибся на две тысячи лет, - поправил я его, любуясь движением бликов на клинке.

Ответом мне было молчание. Вытаращенные глаза моего друга, казалось, вот-вот выскочат из орбит.

– Что? Глаза сияют и волосы искрятся?
– печально улыбаясь, спросил я.

Славик с трудом склонил голову.

– Не бойся, это не белая горячка. Я же тебе говорил, что твой друг в ангелы заделался. Я - Ангел. Не жизнь, а сплошной дрэк.

– Не верю, но рассказывай, - дрожащим голосом предложил Слава, - но прежде положи эту штуку.

Я с сожалением поставил меч в угол. Мы вернулись в гостиную и я, обхватив голову руками, поведал другу грустные и невероятные события последних дней.

– Давай так, - решил Слава, когда я окончил рассказ, - разделим твою историю на две части. В содержание первой включим происки твоих недоброжелателей, твои преступления и киднап. А второй - оставим ангелов, духов и прочий мистический бред...

– Как ты можешь так говорить! Это не бред. Вовсе не бред, - возмутился я, вскакивая.
– Ты же сам видел. Я тебе покажу...

– Не надо. Мне очень нравится моя мебель, - остановил меня Слава. Пойми меня правильно. Если бы ты не был моим другом, я посчитал бы тебя просто сумасшедшим. Я человек сентиментальный и постараюсь тебе помочь, но убеждений своих не изменю. Разве они мешают? Ты сам прекрасно знаешь, что для того, чтобы оператор нажимал на кнопки, не обязательно знать, для чего это нужно.