Чтение онлайн

— Да-да! Всё верно! Этот господин будет ужинать с нами, — крикнул выбежавший из ресторана Павел Елин, а затем провёл меня за собой. — Прошу прощения, Алексей Александрович, я совсем забыл предупредить билетёра. Просто ваша слава и ваш статус иногда не сочетаются у меня в голове. Не держите зла.

— Всё в порядке, — ответил я. — Большинство моих знакомых привыкли думать, что я на самом деле дворянин, а потому забывают о моём прошлом.

Я и сам порой об этом забываю. За счёт своих достижений в лекарском деле и производстве медицинских товаров я смог пробиться туда, куда не добираются даже благородные господа.

Что ж, вполне может быть, что скоро ситуация изменится, и я, сам того не желая, получу титул. Правда, этот момент я уже обдумал. Если князь Игнатов и вправду захочет передать мне Балашов, я временно приму его предложение, а затем добровольно откажусь от него в пользу Евгения.

Правда, до этого ещё дожить нужно. Для начала нужно спасти Евгения от практически неминуемой гибели, а затем ещё выяснить, с какого перепугу его сумасшедший брат завещал мне свой титул.

Я присел за стол рядом с Анной и Павлом. Мы довольно быстро поужинали, поскольку каждый из нас куда-то спешил, а затем перешли к главной причине нашей встречи.

— Итак, Павел Иннокентьевич, расскажите, о чём вы хотели меня попросить? — поинтересовался я.

Заодно проведу небольшой эксперимент со своей клятвой лекаря. Нужно убедиться, что она работает именно так, как я думаю.

— Алексей Александрович, как вы могли заметить, мы приехали сюда без отца. Он что-то совсем сдал, — ответил Павел.

Так я и думал. Почему-то я предчувствовал, что проблема именно в бароне. Не стали бы его дети заявляться ко мне лично по какой-либо другой причине.

— Как давно он уже болеет? — спросил я.

— Три недели, — вступила в разговор Анна. — Поначалу жаловался на несварение. Говорил, что в животе постоянно урчит, причём очень болезненно. Потом начал слабеть. Раньше просыпался до петухов, а теперь половину дня проводит в постели. И с каждым днём ему всё хуже и хуже.

— Кто-то из хопёрских лекарей его уже осматривал? — спросил я. — Сеченов? Кораблёв?

— Оба, — кивнул Павел. — Первым пришёл Иван Сергеевич. Он излечил его, и на несколько дней отцу стало гораздо лучше. Потом симптомы вернулись с прежней силой.

— После этого я позвала господина Сеченова, — сказала Анна. — У меня появились подозрения, что причиной этого заболевания может быть какая-нибудь инфекция.

Не зря я её обучал. Анна думает в том же ключе, что и я. Быстро сообразила насчёт инфекции.

— И что в итоге? Дали ему антибиотики? — уточнил я.

— Да, и ему снова стало лучше, представляете? — произнесла она. — Но через три дня и они перестали действовать. С тех пор мы не знаем, что делать. Ехать в Саратов он отказывается, не может бросить Хопёрск, поскольку после всего, что натворил верховный некромант, ему до сих пор приходится контролировать процесс восстановления города и расселения людей, оставшихся без домов.

Точно, несколько деревень почти полностью оказались стёрты с лица земли. Одни выкосил мор, другие — наводнение. Представляю, каково сейчас барону Елину разгребать эту кучу проблем. В этом наши с ним ситуации похожи.

— Поэтому мы приехали в Саратов, чтобы купить у знакомых военных те антибиотики, которые вы им передаёте. Стрептоцид, — сказал Павел. — Ещё только его мы на нём не испробовали. А заодно решили попросить вас о помощи. Пожалуйста, найдите время — загляните в Хопёрск. Мы боимся, что без вашей помощи отец не выживет.

А вот и момент истины. Я выждал пару секунд и убедился в своей правоте. Всё-таки клятва лекаря не сработала. Выходит, что кто-то может провоцировать её просьбой помочь другому человеку. Но судя по всему, этот человек должен находиться где-то поблизости.

— Я смогу попасть к вам лишь через четыре-пять дней, не раньше, — прямо сказал я. — Но обязательно вырвусь. У меня появилось несколько дел в Хопёрске, заодно и вашего отца проведаю.

— Спасибо вам, Алексей Александрович, — расплылась в улыбке Анна. — Мы будем вам очень благодарны. Можете взамен просить что угодно. Отец не пожадничает, обещаю.

— Об этом пока говорить рано, — перебил её я. — Меня больше всего смущает тот факт, что Иннокентию Сергеевичу помогают антибиотики, но их эффект длится недолго. Если бы у него не было бактериальной инфекции, они бы совсем не подействовали. А тут мы наблюдаем что-то среднее.

— Я тоже об этом подумала, — кивнула Анна. — Поэтому и решила добить болезнь стрептоцидом по вашей схеме.

— Сильно много антибиотиков ему тоже не давайте, — подметил я. — Если переборщите с дозировкой, можете испортить ему печень и почки. Про кишечник я вообще молчу — там побочные эффекты в любом случае возникнут.

— Правда, есть вероятность, что я с вами через неделю уже увидеться не смогу, — сказал Павел.

— Почему же? — не понял я.

Павел резко изменился в лице, совсем поник и, стараясь сбросить напряжение, принялся хрустеть пальцами.

— Отец подозревает, что я его чем-то отравил, — заявил Павел. — Думаю, вы и сами догадываетесь, откуда у него такие умозаключения.

Я не стал ничего отвечать, лишь молча кивнул. Когда-то Павел выкрал огненное кольцо Кособокова, чтобы взять под контроль отца и забрать себе его титул. Жизнь его после этого нещадно наказала, и выжил он лишь потому, что на помощь пришёл я, а барон смилостивился и решил простить своего сына.

Не знаю, изменился за это время Павел или нет, но вряд ли бы он приехал просить о помощи, если бы на самом деле желал своему отцу смерти.

— Если отцу продолжит становиться хуже, моего брата могут посадить, — призналась Анна. — У отца уже разум ослабевает из-за этой болезни. Именно поэтому мы бы хотели поторопиться. Возможно, вы сможете дать нам хоть какие-то советы, чтобы потянуть время до вашего приезда?

Я подробно расписал Елиным схему лечения двумя антибиотиками, а также добавил ещё несколько препаратов. Противовоспалительные порошки и зелья, улучшающие мозговое кровообращение. Всем этим их может снабдить Иван Сеченов.

— Попробуем тяжёлую артиллерию, — сказал я. — Два антибиотика хоть и увеличат нагрузку на организм, но, вероятно, смогут поддержать Иннокентия Сергеевича. А через пять дней я приеду к вам и со всем разберусь.

Анна и Павел ещё очень долго благодарили меня за помощь, после чего мы разделились. Я вернулся в свою квартиру, в которой Синицын вовсю уплетал жареную картошку.

— О-о! Я уж думал, что ты и не вернёшься! — с набитым ртом пробурчал он. — Я и для тебя оставил, садись.

— Нет, Илья, спасибо, я не голоден. Да и наедаться на ночь — плохая идея, — ответил я. — Где Захаров? Всё ещё в мастерской?