Чтение онлайн

Вывернувший из-за спины Миха оттянул веко на правом глазу, наводя резкость, и проговорил:

— Ну, кому воспрещен, а кому и нет.

После чего приблизился к двери и сел на корточки рядом с замком. Мы с Катей с интересом наблюдали, как он с помощью металлических проволок, которые нашарил во мхе, ковырялся в замочной скважине. Он то прикладывал к двери ухо, то постукивал, продолжая ковырять. Через пять минут послышался негромкий щелчок, а губы Михи расплылись в довольной улыбке.

Он поднялся, его плечи расправились, как у служебника на параде, а сам указал ладонью на замок и проговорил довольно:

— Вот, пжалста.

После чего толкнул дверь, заржавевшие петли поддались со скрипом, но дверь медленно открылась. Из темноты внутри пахнуло застоявшимся воздухом, пылью и сухостью, что удивительно, поскольку вокруг столько влаги, что хватило бы обеспечить весь Рязна град. А может и Красный град.

Повернувшись ко входу правым ухом, Катя пару секунд двигала бровями, потом проговорила:

— Тишина. Вообще никого не слышу.

Кивнув, я втянул носом воздух, хотя из темноты и так пахнуло вполне густо. Но на всякий случай принюхался. Уловил только запахи очень старой пыли, металла и электрики.

— Похоже, мох и влажность туда не проникли, — сообщил я. — Значит не отсыреем.

— Ага, — согласился Миха. — Только там ни зги не видно.

— Погодите, — чирикнула Катя и стала рыться в сумке.

Когда она вытащила из нее небольшой дрожжевой фонарь, ее личико просияло, Катя направила фонарь в сторону входа и потрясла. Фонарь засветился бледным, но направленным светом, и темнота впереди рассеялась.

— Ну-ка дай, — попросил я.

Девушка вручила мне фонарь. Я, посветив перед собой, шагнул вперед. Тишина в миг надавила на уши и зазвенела тиннитусом, какой бывает в полном отсутствии звуков. Слабый свет фонаря вычленил впереди металлический край стола с небольшим слоем пыли, что значит она сюда попала до того, как двери закрыли.

— Что это за место? — шепотом спросила Катя из-за спины.

— Сейчас узнаем, — ответил я и развернулся к стене, направив на нее фонарь.

Та гладкая и блестит серым металлом, значит руины использовали уже после коллапса, потому что брошенные руины никто обшивать металлическими пластинами изнутри не додумался бы. Они все из бетона, камня, иногда изнутри проклеены бумагой. Опекун называл их «обои». Но встречаются они редко, поскольку быстро покрываются плесенью, трескаются и вообще осыпаются.

Я пошарил световым лучом по стене и разглядел рубильники.

— Ну, посмотрим, — проговорил я и, приблизившись, дернул их по очереди вверх.

Загудело. Через секунду одна за другой на потолке стали включаться лампы, длинные, с необычным голубоватым свечением, и перед нами из темноты выступили несколько рядов столов с мониторами.

— Ого! — впечатлился Миха.

Самый большой монитор впереди в половину стены засветился последним. На нем нарисовалась карта громадных размеров, основная часть в середине желтовато-зеленоватая, или скорее бурая. Это суша. По краям все синее, что значит — вода. На области суши чуть слева и сверху мигает зеленая точка, а выше в хаотичном порядке красные буквы «х».

Катя с восторженным лицом шагнула к карте и потянулась, чтобы прикоснуться, но в последний момент одернула пальцы и проговорила:

— Что это такое?

Под большим экраном я заметил стол с техникой. Подойдя, нашел колесо управления и покрутил. Карта задвигалась, а когда приноровился, смог приблизить изображение, довольно четкое и детальное. Пульс участился. Я с волнением двигал картинку, быстро бегая взглядом по навигации, открывая для себя территории, которых никогда не видел на этаже обучения.

— Это карта, — сообщил я неверяще. — И она гораздо больше тех, что нам показывали в Красном граде.

— Карта чего? — уточнила Катя, все так же завороженно таращась в сияющий экран.

Я сглотнул от волнения и ответил:

— Судя по всему, мира. Смотрите, вот Красный град.

Ткнув на пятнышко внизу карты среди густой желтизны, я приблизил изображение роликом, потом передвинул выше со словами:

— А это Рязна град. Мы оттуда прилетели.

— Я никогда не видела карт… — произнесла Катя зачарованно. — Почему тут все желтое?

Рядом, такой же очарованный, хотя старается хмурить лоб, чтобы это скрыть, стоит Миха. Он почесал макушку и предположил:

— Так песок же видать.

Я кивнул, а Катя спросила:

— А это что?

Она указала на зеленую точку вверху экрана. Я приблизил. Вокруг этой точки цвет местности зеленовато-серо-бурый. Дальше красные «х», а после них размытая картинка.

— Судя по всему, зеленая точка это мы, — пояснил я. — Вернее, место, где мы находимся.

Миха ткнул на крестики.

— А это что такое похеренное? Зачеркнутое то есть.

— Не знаю, — честно признался я. — Но здесь точно была какая-то база. Сам оглянись. Такие крестики могут означать что угодно. Возможно цели, которые были уничтожены, а может точки, куда удалось добраться. Кого сюда занесло, интересно.

— Смотрите, — произнесла Катя и указала на самый край экрана, где на корпусе слабо блестит едва различимый шильдик.

Наклонился. Пригляделся. Рассмотрел небольшой круг, в котором заключена буква «Т» и поморщился.

— Ну, конечно. Можно было сразу догадаться. Оазис-Техно.

— Значит, Лютецкий был и здесь? — предположила Катя.

Я кивнул, возвращаясь к карте.

— Очевидно. Но, судя по тому, что здесь все давно заброшено, пользы для себя он тут не нашел.

Орудуя колесиком, я принялся изучать местность. Само наличие обозначенных территорий дальше Ново града и старой столицы уже открытие. Причем давно известное Лютецкому. Что значит, моя разработка по обеспечению людей зелеными фермами шла не только в разрез с его планами на Красный град и остальные грады, но и на весь мир. Мотор за грудиной застучал бодрее — похоже, мы сковырнули что-то крепко запечатанное.

— Я считала, что за старой столицей ничего нет. Только каменная пустыня, — проговорила Катя, приложив к раскрасневшимся щекам ладони.

— Все так считали, — отозвался я, орудуя колесиком. — Это результат пропаганды Лютецкого.

— Но зачем?

Я ответил:

— Он обманывает людей и сильнее узурпирует власть.

Катя помотала головой.

— Но почему сюда никто не добрался из простых людей?

— А ты бы ломанулась на север без единого ориентира, когда тебе из всех утюгов говорят, что дальше Ново града и Казна града жизни нет? Что там безжизненные пустоши и твари? Что спасение есть только в градах под заботливым крылом Оазис-Техно?