Мелисенда
Шрифт:
Магистр (королю):
... о сем радеть нам надлежит.
И та защита будет тем надежней,
Чем больше сможем в истинную веру
Мы обратить детей неверных,
На дню пять раз молящихся пророку.
Когда язычники увидят
Величье милосердного Христа,
То сами устремятся к Богу.
Так дайте же узреть им милость.
Пример терпения явите.
И помните, значение побед
Не исчисляется пролитой кровью.
Фульк:
Однако крепость новую построить
Вы собираетесь, на милость не надеясь,
На милость тех, кто стен ее страшится.
Де Брант:
Ваше Величество!
Мессир! Прошу меня простить!
Гонец из Акры прибыл с сообщеньем.
Корабль тот, что в Яффе нынче ждали,
Уж боле не придет.
Захвачен он пиратами у Крита.
Магистр:
Захвачен?
Де Брант:
Да, захвачен и потоплен.
Фульк (магистру):
Корабль тот, что должен был?..
Магистр:
Потоплен... Боже! Сколько жизней...
(Фульку)
Да, тот, о нем мы с вами говорили прежде.
Отважному барону де Басси
Я поручил из Генуи доставить средства.
И этих средств хватило бы с лихвой
На крепость, что хранила бы Эдессу.
(де Бранту)
А де Басси, он другом был тебе?
Убит? Пленен?
Де Брант:
Нет, сир, не другом.
Его я младшим братом почитал
С тех пор, как, головой в бою рискуя,
Он спас меня. Таких пленить непросто.
Магистр:
Кто весть принес, тому возможно верить?
Де Брант:
Да, только он один и спасся
Из всех, кто был на этом корабле.
Бертрам де Сьёк, бретонский рыцарь.
Магистр:
Один?
Де Брант:
Да, он упал за борт
И смог доплыть до голых скал средь моря,
Откуда снят был после рыбаками.
Магистр :
И он уверить хочет, что пираты
Не стали пленных брать?
Что ж за пираты это,
Которым выкуп дорогой не нужен?
Доселе я не слышал о таких.
Фульк:
Уж если золото их блеском ослепило,
То, верно, пленники им стали ни к чему.
Магистр:
Пиратам? Или тем, кто ждал,
Когда корабль из Генуи отчалит,
Тем, кто заранее о грузе ценном ведал?
Король, Магистр и отец Катарины уходят. Из ниши выглядывает Катарина.
Катарина:
Ушли, и мне пора идти.
Филипп:
Но как же так! Барон погиб?
Стой, погоди! Выходит,
Вольна ты от отцовских обещаний!
Теперь и я не знаю как сказать!
Катарина:
Сказать? О чем?
О том, что мы с тобою
Своими мыслями накликали беду?
Филипп:
Одни лишь помыслы не могут убивать...
Катарина:
Иначе говоря, ты уверяешь
Меня, что я должна быть только рада
Тому, что друг отца убит?
Тому, что храбрый благородный воин,
Кому обязана я за его отвагу,
Не удостоившись могилы,
На дне в морской пучине сгинул!
Филипп:
Но видит Бог!
Катарина:
Не смей!
Катарина убегает.
Картина IV
Резиденция Ордена Бедных воинов Христа, Храм Соломона.
Великий магистр в сопровождении де Бранта появляется в своих покоях.
Магистр:
В каком же то году случилось?
Постой, тогда король покойный
Был у неверных в заточеньи.
Прошло лет десять, нет, пятнадцать лет с тех пор.
Де Брант:
Двенадцать лет, мессир, я помню точно.
В тот год мою жену прибрал Господь.
Магистр:
Двенадцать лет... А ведь уже тогда я был немолод...
А... что? Жена? Да-да, ее я помню, красавица была...
Прости, тебе, наверно, больно вспоминать.
Де Брант:
Нет, боль ушла... почти ушла, а о любимой
Я не могу не помнить, у дочери ее лицо.
Магистр:
Да, это так:
Все больше в памяти и меньше впереди.
И все же, нам с тобой ворчать негоже,
Мол, молодые уж не те,
Какими прежде мы с тобою были.