Чтение онлайн

Я сглотнул очередной комок, огляделся по сторонам. Да, девки, но много - разорвут острыми своими когтями!

– Можно с тебя получить и больше, глупо упускать возможность. Арнив уже передала, тебе нужна некая услуга, перенести через Долину Кости? Придётся потрудиться!

Арнив призывно выставила бедро, раскинула руки, выпятив холмики. Перья встопорщились и задрожали на кончиках. Во рту сухо, нет, я конечно готов, если за ради дела, и не сказать чтоб Арнив и прочие были совсем уж плохи, вовсе нет, даже наоборот, очень даже наоборот!

– Для вас всё готово, Арнив проводит, - продолжила Герена с довольным видом.
– Уверена, это сущий пустяк, любимое дело для самцов вроде тебя!

Я неуверенно кивнул, что поделать. Иногда, лучше смириться с неизбежным, особенно, если неизбежность обещает быть столь приятной. И полезной - впоследствии. Мы двинулись прочь с площади, в дальнюю расщелину, что сразу переходит в закрытый поверху крышей ход. Впереди Арнив, тащит за руку, от маленькой ладошки настоящий жар. Я задышал чаще, потянул за ворот рубахи. Позади лёгкий шорох множества ног, с полдюжины гарпий увязалось следом.

В просторный зал мы вошли вдвоём, остальные отстали. Стенами служат скалы, в промежутках всё те же глиняные перегородки, одна с неровной аркой дверного проёма. Крыша слеплена на манер стен: поверх мощных балок прутья, щедро обмазаны глиной и побелены, за ними ещё слой и ещё, глины всё больше. Такую крышу и дракону в раз не проломить, пружинистая, отбросит обратно. На месте стыка крыши и глиняных стен приплюснутые, но широкие окна, прямые лучи заходящего солнца упираются в потолок, от чего в зале светло как днём.

В центре зала высокий помост, укрыт мохнатой шкурой горного тролля. Арнив взобралась как на ложе, с видимым удовольствием откинулась в объятия золотистого меха. Ноги немного на бок, чуть подтянуты и согнуты в коленях. Руки закинула вверх, за голову, дышит часто, грудь вздымается, натягивает лоскуты, веки прикрыты.

– Ну что ты стоишь? Не видишь, мне страшно?
– прошептала Арнив.
– Начинай! Всё потребное под столом!

Я, ничего не понимая, откинул край шкуры, потянул короб. В нем каменный нож, чёрное лезвие из обсидиана с краю острое до прозрачности. Склянки с багровым, чёрным, прозрачным, чистые тряпицы. Отдельно на полке пучок кончиков стрел, я узнал и человечьи и эльфячьи.

– Но... зачем?!

– Как зачем? После спасения Герены это самый край моды!
– воскликнула Арнив, не открывая век.
– К тому же, пусть всякий знает, кто здесь главный!

Я почувствовал, как разбирает смех. Торопливо разложил инструмент, перенюхал склянки.

– На-ка, выпей! Будет не так больно.

Склонился над Арнив, ладонью под затылок, во второй склянка. В нос ударило тонким ароматом, волнующим и резким, но приятным и томным. Веки Арнив дрогнули, вся замерла как птичка в лапах кошки, во взгляде покорность. Тёмная жидкость потекла тягучей каплей, я аккуратно и нежно подтёр с уголка губ.

И взялся за нож.

На крики и стоны вломились гарпии, но вышли вон по властному жесту - нельзя отвлекаться. Старательно раздуваю искру магии гарпии, заклятие за заклятием прокладываю путь к новым, гм, перьям, на полу кровавая горка вырезанных родных. Арнив перестала всхлипывать, едва наложил повязки, забылась беспокойным сном.

– Как прошло???

За спиной Герена, глаза беспокойно расширены.

– Вы, гарпии, совершенно сумасшедшие!
– воскликнул я вместо ответа. Герена кивнула согласно, пальцы на запястье Арнив.

– Вижу, в порядке. Что ж, ты выполнил уговор, теперь наша очередь!

– Да, но как перенесёте, едва ли она способна лететь сейчас!

– Зачем вместе?
– удивленно спросила Герена.
– Одна управлюсь, ты лёгкий. Да и не в весе дело.

– Да, но Арнив уверяла...
– растеряно проговорил я.

– Она пошутила!

Герена улыбнулась, рука сестры выскользнула из пальцев, дыхание Арнив ровное, как у спящей. Герена шагнула ко мне.

– Прежде чем полетим, ты должен знать.

Ладонь гарпии тянется к волосам, в пальцах очутилось перо. Один локон выбился из прически, скользнул вдоль щеки.

– Я сделаю всё для своего народа!

– Да-да, конечно...

– Не перебивай!

Пальцы гарпии тянуться к второму перу.

– Ты совершил что должно, и Вольный народ благодарен.

Ещё локон скользнул вниз, осталось четыре пера.

– Но это не значит, что благодарна и я!

Гарпия выдернула все четыре пера одним движением, волна волос обрушилась на плечи, ещё ниже, чёрные локоны разметались во все стороны. Герена шагнула совсем близко, ладошка упирается мне в грудь. Я сделал шаг назад, ещё один в арочный проход, Герена не отстает. Сзади под колени давит мягкий бортик.

– Я очень, очень, очень благодарна...
– жарко прошептала Герена, закинула руки за шею, ткань на груди натянули вдруг ставшие острыми кончики. Что-то коротко потянула, и платье скользнуло зелёной волной.

Мгновение, прежде чем швырнул на ложе, впился в её губы, показалось вечностью, всё что после - кратким мигом.

– Не могу! Не могу больше!
– захрипела Герена. Мы уже пробовали и так и сяк, то я обнял сверху, то она сжимает ногами со всех сил. Тело гарпии пышет жаром, кожа скользкая от капелек пота.

Руки-крылья гарпии бессильно сложились, и мы рухнули камнем вниз.

– Расправь! Я отпущусь! Расправь крылья, кому говорю!

Но Герена лишь сжимает упрямо зубы, во взгляде решимость быть вместе до конца. Нет, хватит жертв на моей совести! Земля стремительно приближается, в сумерках видно как шевелят листьями кроны деревьев. Я резко оттолкнул гарпию, та не ожидала, невольно забила крыльями и я замедленно вижу как стремительно уносится вверх. Я крутанулся в воздухе, лицом вниз, не хочу погибать в неведении! Крона дерева ринулась, выставив копья ветвей, я проломил наискось зелёную кровлю, шмякнулся наземь и покатился по склону. Чтобы обрушиться снова! На этот раз в воду.

Что говорить - повезло. Дуб или каштан, а может ива, на ощупь не понял, высокое дерево на обрывистом берегу озерца - идеально для приземления с низколетящей гарпии. Я выбрался на топкий берег, в сапогах разве что не квакает, в тине по уши. Гарпия раскинула руки-крылья, беспокойно рыскает, выглядывая, что там внизу. Помахал, мол, всё в порядке, лети давай! Герена вильнула на прощание задницей, и заложила вираж в направлении родного Гнезда. Уносит частичку моей души, взамен теплое такое чувство, свернулось калачиком где-то по центру груди.