Чтение онлайн

Посудите же, умоляю Вас, в какой печали я могу находиться, моя Сивилла; и если Вы пожалеете мои несчастья, я буду почитать Вас не меньше. Умоляю Вас, когда будете говорить с королевой моей матерью, напомните ей о том, что если я еще существую для нее, она не может оставить меня в таком положении, самом несчастном в мире, и что я продолжаю уповать на ее добрую милость Бабелон Жан-Пьер. Генрих IV. Ростов-на-Дону, 1999. С. 192-196.

647 4. Жан III де Бомануар, сеньор, затем маркиз де Лаверден (Лаварден) (1552-1614) – сын Шарля, сеньора де Лавердена, погибшего в Варфоломеевскую ночь. Сохранил себе жизнь, перейдя в католичество. В описываемое время находился на службе Генриха Наваррского в чине полковника пехоты, являлся губернатором Лектура. С 1595 года – маршал Франции.

648 5. Жан де Фавас, или Фабас, сеньор де Касте (ум. 1622) – известный гугенотский капитан, преданный Генриху Наваррскому, губернатор Ла Реоля. См. интересную биографическую работу: Barth'el'emy A. Deux Fabas // Biblioth`eque de l’Ecole de Chartes. T. X. Paris, 1845-1846. P. 545-566.

649 6. Современный городок (Bazas) в департаменте Жиронда на юго-западе Франции.

650 7. Современный Кастельжалу в департаменте Лот-э-Гаронн, расположенный недалеко от Ажена и Нерака.

651 8. Речь идет о Гаронне.

652 9. В одном из писем начала августа 1580 года Генрих Наваррский писал: «Он [маршал Бирон] теперь находится со всей артиллерией в Ажене, кажется, собираясь далее направиться к Сент-Базею, где, как я надеюсь, мы себя так обезопасили, что он [Бирон] не достигнет никакого успеха и во второй раз, как не достиг и в первый» // Henri IV. Recueil des letters missives de Henri de Navarre / 'Ed. M. Berger de Xivrey et J. Guadet. vol. 1. Paris, 1843. P. 313.

и защиту. Если бы моего брата наделили соответствующей властью, мы обрели бы мир, ибо это – единственный способ его достижения [653].

[Подпись в виде монограммы]

Biblioth`eque Nationale de France. Paris. MS. Fr. 3387. F. 56. Национальная библиотека Франции. Париж.

653 10. Очевидно, что Маргарита здесь отстаивает интересы Франсуа Алансонского, своего любимого младшего брата, который в этот момент собирался в поход во Фландрию и нуждался в военных людях, в том числе гугенотах. Его возможное посредничество в вооруженном конфликте на юге Франции решило бы обе проблемы: позволило бы положить конец очередному противостоянию и набрать войска для войны с Испанией в Нидерландах (см. «Мемуары» за 1580 год). Как известно, по разным причинам король и королева-мать согласились с доводами королевы Наваррской.

№ 4. ГЕНРИХУ ДЕ БУРБОНУ, КОРОЛЮ НАВАРРСКОМУ

ГЕНРИХУ ДЕ БУРБОНУ, КОРОЛЮ НАВАРРСКОМУ

Замок Фонтенбло[654]. Середина мая 1582 года.

Автограф.

[…] [655] с видимой холодностью, но при этом он использовал почтительные выражения и в отношении Вас, и в отношении меня [656].

Что касается господина де Женевуа, мне нечего сказать о нем [657]. Здесь много говорят о другом – господине де Мене [658]: он так [291] невероятно растолстел, 654 1. Замок Фонтенбло, выстроенный Франциском I в 1528 году, был одной из любимых загородных резиденций семьи Валуа. Очевидно, что Маргарита, прибывшая из Наварры, присоединилась там ко двору в конце апреля 1582 года.

655 2. Начало письма не сохранилось. Возможно, отсутствует целая страница.

656 3. Королева явно описывает прием, который ей оказал Генрих III.

657 4. Господин де Женевуа, Генрих Савойский – незаконный сын герцога Жака Немурского, второго мужа Анны д’Эсте, вдовствующей герцогини де Гиз, матери братьев Гизов. Оказался в центре большого скандала осенью 1581 года, когда потребовал материальной компенсации для себя и своей матери, гугенотки Франсуазы де Роган, у своего отца, могущественного герцога Немурского, который, будучи в свое время помолвленным с его матерью, тем не менее, не женился на ней по причине религиозных различий.

658 5. См. прим. к «Мемуарам».

что стал уродлив. Господин де Гиз [659] же сильно похудел и постарел. Оба они пребывают в том же расположении духа, в каком Вы их и оставили, хотя ведут себя уже не столь вызывающе, [как прежде]. У них небольшая свита, они часто играют в мяч, посещают балы и уже не так сильны, чтобы привлекать к себе дворянство. Те же, кто решит присоединиться к ним во второй раз, могут быть уверены, что обретут неприятности, что, как известно, связано с соперничеством Гизов и герцогов [660].

Если бы Вы были здесь, то стали тем, от кого зависели бы и одни, и другие, ибо каждый так считает; и поверьте, [не стоит] опасаться этих Гизов – никто из них не обладает ни влиянием, ни возможностью причинить Вам зло. Что же касается короля, то я всегда отвечала своей жизнью, чтобы с Вами ничего не случилось. Вы вернете всех своих служащих, которых Вы потеряли из-за продолжительности смут, и, находясь здесь, за восемь дней приобретете больше, чем за все то время, что Вы прожили в Гаскони [661]. Здесь Вы сможете получить дары от короля, чтобы поправить Ваши дела, и сделать гораздо больше для членов Вашей партии одним своим словом (поскольку будете находиться подле короля), так что все те, кто обратится к Вам с просьбой, будут удовлетворены. Весьма необходимо, по всем этим соображениям, чтобы Вы, 659 6. См. прим. к «Мемуарам».

660 7. Герцоги – это «архиминьоны» короля, самые близкие его друзья и самые влиятельные лица двора с 1578 года: гасконец Жан-Луи де Ногаре де Ла Валетт (1554-1642), которого король сделал герцогом д’Эперноном в 1581 году, и Анн де Батарне, виконт де Жуайез и барон д’Арк (1561-1587), родом из Лангедока, возведенный в ранг герцога по случаю его женитьбы на сестре королевы Луизы – Маргарите де Водемон-Лотарингской в том же 1581 году.

Оба были крайне враждебно настроены к Маргарите и способствовали ее ссоре в королем в 1583 году.

661 8. Маргарита имеет в виду, что восемь дней, проведенные при дворе, соизмеримы с восьми годами, которые Генрих Наваррский прожил в Гаскони (в действительности же меньше, но, как известно, для королевы часто временные рамки были очень условными).

не медля, прибыли сюда, что возможно осуществить безо всякого риска.

Я смиреннейше умоляю Вас поступить именно так, как та, кто любит Вас больше всего на свете и больше всех желает Вам благ – в чем, я надеюсь, Вы уже могли убедиться. [292]

Поступили новости от Лаквиля [662], направленного моим братом в Англию, что королева светится радостью от его несомненного заверения жениться на ней как можно скорее [663].

[Однако] я Вам уже надоела. [Эти] мои размышления – единственное удовольствие, на которое я могу рассчитывать, будучи в разлуке с Вами, и из-за которого я умоляю Вас продолжать оказывать мне честь Вашими милостями и разрешить мне нижайше целовать Ваши руки.

[Подпись в виде монограммы]

Biblioth`eque Nationale de France. Paris. Dupuy 217. F. 21. Национальная библиотека Франции. Париж. Фонд Дюпюи.